Предпосылки личной гениальности

Модератор: просто Соня

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 05 сен 2021, 12:39

Сила - не обязательно сосредоточенность, она божественна и ясна в своей природе, но внешне иногда она выражает себя как собранность.














Следуя изменению в правилах и в целях облегчения работы форума, ряд постов заменяется ссылками на другие ресурсы, где они доступны для чтения.
http://forum.arimoya.info/threads/%D0%9 ... 915/page-2
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 13 мар 2023, 10:31

Ошо - Великий вызов. Жизнь за пределами обыденности

Изображение

Ошо
Великий вызов. Жизнь за пределами обыденности


Глава 1
Полет одинокого к одинокому

Пожалуйста, объясни, что ты имеешь в виду под йогой, йогом и медитацией.

Первое, что необходимо помнить о медитации, — это то, что ее невозможно делать. Во всем мире у людей существует представление, что медитация — это то, что нужно делать. Но это не делание, не действие, это то, что случается. Не вы идете в нее, а она приходит к вам и проникает в вас. Она разрушает вас нынешних и воссоздает вас в новом качестве. Это настолько жизненное и настолько бесконечное явление, что оно не может быть частью ваших действий.
Тогда что же нужно делать? Вы можете только создать ситуацию, в которой медитация случится. Все, что вы можете делать, это быть уязвимым и открытым существованию. мы стали «жизненепроницаемыми» — жизнь не может в нас проникнуть. Медитация — это открытость во всех направлениях, открытость всему. Ум, который стремится к безопасности, стремится к покою, стремится к определенности, не может быть медитативным умом. Только ум, который открыт всему, что предлагает жизнь, принимая абсолютно все, что происходит, даже смерть, может создать такую ситуацию, в которой случится медитация. Так что единственное, что можно сделать, — это быть восприимчивым к медитации, быть тотально восприимчивым — не к частному событию, а ко всему, что происходит.

Медитация — это это существование без каких-либо условий, без каких-либо желаний, без каких-либо ожиданий. Если есть хоть какие-то ожидания, ваша открытость не будет полной. Ни одна ваша частичка не должна оставаться закрытой. Медитация — это только лишь создание принимающей ситуации, в которой что-то может случиться, и все, что вы можете делать, — это просто ждать. Ум, который ждет… Ждет неизвестного; вы не можете ничего себе даже представить; то, что может произойти, остается для вас неизвестным. Ум, который ждет неизвестного, — медитативный ум.

Вы не должны быть в «знающем» настроении, вы должны быть полностью невежественны; только тогда неизвестное может к вам прийти. В тот момент, когда ваше неведение осознает себя, в тот момент, когда вы знаете, что не знаете, вы начинаете ждать неизвестного. Это осознанное неведение. В тот момент, когда вы осознаете свое неведение, вы достигаете точки, в которой начинается истинное знание.
Человек, который думает, что что-то знает, обречен быть нерелигиозным. Но в тот момент, когда вы осознаете свое неведение, эго растворяется, потому что исчезает пространство, в котором эго могло бы существовать. Самый большой удар по эго — это осознать свое неведение; самая большая поддержка для эго — заявлять о своем знании. Ваш ум должен полностью осознавать свое неведение. А осознать свое неведение можно только тогда, когда вы поймете, что все накопленное, заимствованное знание — на самом деле незнание. Это не знание, это просто информация, а информация — еще не знание, как бы вам ни казалось по-другому. Человек, который знает, не настаивает на своем знании; он колеблется.
Вы должны осознать следующий факт: то, что вы не познали сами, не может стать вашим знанием. Вы не можете позаимствовать знание: в этом разница между богословским и религиозным умом. Знание приходит, когда эго нет, поэтому эго не может обладать знанием. Идти в медитацию — значит выйти за пределы накопленных вами знаний. В тот момент, когда вы выходите за пределы знаний, начинается познание. И познающий — это нечто совсем иное: он никогда не скажет, что он знает, он всегда осознает свое невежество. И чем больше он его осознает, тем более восприимчивым ко всему новому он становится.

Медитативный ум живет от момента к моменту. Он ничего не накапливает, он лишь проживает каждый момент. Медитативный ум никогда не выходит за пределы здесь и сейчас, он всегда в настоящем, восприимчивый к каждому приходящему мгновению. Лишь момент между прошлым и будущим — вот единственное, что существует. Если бы на земле не было человечества, не было бы ни прошлого, ни будущего. Было бы только настоящее — сейчас, только сейчас — без какого-либо течения времени, ненаступающее, неуходящее. Медитативный ум живет в этом «сейчас», для него это единственно возможная форма существования.
Каждое мгновение вы можете проживать лишь один момент, нет другого способа жить. Два момента никогда не приходят к вам одновременно; в вашем распоряжении всегда только один момент. И этот момент настолько мимолетный, что если вы поглощены прошлым или очарованы будущим, вы не сможете его уловить. Он пройдет мимо вас, вы его упустите. Только ум, который пребывает здесь и сейчас, только восприимчивый ум может создать ситуацию, в которой случается медитация.

Четвертое, о чем нужно сказать, — это серьезность. Серьезность — это напряжение, а в напряженный ум не приходит медитация.
Вам нужно воспринимать медитацию как игру. Только в момент расслабления, только в момент игры что-то может случиться. медитация не подразумевает никаких ожиданий, это нечто абсолютно бесцельное. Результат медитации и есть сама медитация. Нет ничего, что должно быть достигнуто — она не может быть средством. Медитация приходит только к тем, кто заинтересован в ней как в конечной цели. Приходит тишина — это нечто другое. Приходит покой — другое. Приходит божественное — все это другое. Это все следствия, производные; к ним нельзя стремиться, потому что само это стремление создает напряжение.
Приходит божественное: все становится божественным, все становится блаженным. Это происходит не напрямую, без стремления к нему, это тень медитации. Это одна из тайн жизни: того, что красиво, что подлинно, что прекрасно, невозможно добиться. Вы не можете гоняться за медитацией, вы не можете достичь ее напрямую, Ее нельзя делать средством, она не может быть средством. И серьезность — препятствие для нее. И расслабление создаст нужную ситуацию, создаст экстаз, и тогда для чего-то откроется дверь.

Йог —медитативный человек; человек, который живет медитативно, ест медитативно, спит медитативно. Вся его жизнь, все, что он делает, медитативно. Он относится к существованию как к игре. Йог живет только в настоящем. Жизнь для йога — это непрерывный поток без какой-либо цели и без ее достижения. Ваш первый шаг — это последний шаг. Тогда нет никакого бремени: жизнь становится просто лилой, игрой.

когда вы начинаете смеяться над собой, вы становитесь религиозны. Человек, который умеет смеяться над собой, не может быть серьезным: его жизнь похожа на игру без какого-либо результата, без какой-либо цели. Ничего не нужно достигать, все, что только возможно, есть в настоящем.
Ум, нацеленный на достижение, не может отделить себя от будущего, достигающий ум вынужден быть ориентированным на будущее. И, кроме того, такой ум основан на прошлом, потому что будущее — это не что иное, как проекция прошлого. Мы проецируем воспоминания прошлого на представления о будущем. Медитативный человек живет в настоящем, потому что нет другого способа действительно жить.

Йога — это не метод медитации, а способ создания ситуации, в которой медитация случается. И человек, который начал жить в настоящем и не озабочен никакими жизненными целями, — это йог, отрекшийся, саньясин.
Саньясин — единственный человек, который действительно живет. Саньяса — это не отречение, а посвящение в жизнь. Это отречение от мертвого прошлого и от нерожденного будущего. Это отречение от суицидальных тенденций и откладывания жизни. Это причащение к жизни. И йога — это не что иное, как посвящение в тайны жизни и метод создания ситуаций, в которых может случиться медитация.

У каждого человека, у каждой личности есть свой собственный путь, своя собственная дверь в реальность. Поэтому никто ни за кем не может следовать. Пока ты следуешь, ты не можешь стать йогом. Последователь никогда не будет йогом, потому что следование означает, что ты опять стремишься к безопасности: ты хочешь быть уверен, что достигнешь. Но то, что кому-то помогло, не обязательно поможет и тебе. Вернее, точно не поможет, потому что каждый человек уникален, каждый должен создать собственный путь.
Нет готового пути, который нужно преодолеть, чтобы куда-то прийти; ваша собственная жизнь и есть путь. Вы создаете путь и идете по нему, и чем активнее вы его создаете, тем дальше продвигаетесь. Путь одного человека не может быть пройден кем-то другим, потому что путь йоги — внутренний. На этом пути нет внешних обозначений и указателей, нет вообще никаких видимых знаков. Будда прошел определенный путь, но то был внутренний путь, и существовал он только для одного Будды. Никто другой не может пройти путь Будды.
Так что у каждого человека своя собственная йога. Каждый должен сам ее создать. Каждому придется вести поиск в полном одиночестве, в полной темноте. Но сам этот поиск будет светом, потому что осознание одиночества разрушает одиночество и создает храбрость. Если ты полностью осознаешь что ты одинок, страха нет. В таком случае ты понимаешь, что одиночество неизбежно. Именно в момент осознания своего тотального одиночества ты становишься йогом. Йог осознает тот очевидный факт, что природа каждого человека — абсолютное одиночество, и с этим ничего не поделаешь.
Но как только это осознание достигнуто, происходит взрыв. Теперь незачем убегать, потому что с осознанием становится очевидно, что возможности для бегства нет никакой. Человек остается наедине с самим собой, и он может жить один, но не чувствовать себя одиноким. Теперь он смотрит на всех по-другому — каждый одинок! И в нем возникает сострадание, сострадание к абсолютному одиночеству каждого человека.
Когда есть сострадание к другим, йог переживает опыт медитации. Этот опыт — стрела о двух концах: один конец направлен на медитацию, другой — на сострадание. В вашем внутреннем мире случается медитация, ваши внешние отношения наполняются состраданием.

Будда использовал два слова: праджна и каруна. Праджна означает медитацию, пик знания, каруна означает сострадание. Праджна, медитация — это пламя, а каруна, сострадание — это свет, который распространяется и заполняет весь мир. Оба они возникают одновременно — они едины.
Не нужно мыслить в понятиях этой йоги или той йоги, этой религии или той религии; подобное мышление по сути своей неверно. Мыслите в понятиях жизни, существования. Начните проживать каждый момент, который к вам приходит: проживайте его тотально, проживайте его в полном одиночестве. Проживайте жизнь от момента к моменту. Будьте открыты: открыты неизвестному. Принимайте все так, как есть. Отрицание и неприятие — вот единственный атеизм. Принятие — соглашающийся дух, который говорит «да» всему, который принимает все безусловно, — это религиозность.

Создайте ситуацию, и все будет происходить само собой. Допустим, я подготовил дом к приему гостя, но подготовка — это не гость. Он может прийти, а может и не прийти. слово гость, атитхи, очень красиво: оно означает человека, чей приход не имеет даты. Он может прийти в этот самый момент, а может быть, вы будете ждать его всю жизнь. Ожидание — это единственная проверка: если вы способны ждать, и ожидание вам не надоедает — это единственный показатель вашей любви. Более того, вы должны ждать с трепещущим сердцем, и ждать каждое мгновение, потому что любой момент может оказаться моментом взрыва.
Вам следует быть осознанными, вы должны непрерывно ждать, очень хорошо понимая, что, вполне вероятно, ничего и не произойдет, гость может не прийти.
С полным осознанием возможности, в полной неопределенности, сердце становится ожидающим. Сам его трепет есть ожидание; теперь само дыхание становится ожиданием Каждый момент вы осознаете все, что происходит, — дождь, цветы, звезды. Вы внимательны ко всему, потому что никто не знает, как гость придет. Никто не знает, когда он придет и как постучится в дверь.

йог — это человек, который всегда ждет и всегда бдителен. Даже во сне он ждет, потому что — кто знает? — гость может прийти ночью, никого не застать и уйти. Поэтому йог пробужден каждый момент — ожидая каждую минуту, надеясь вопреки всем неоправданным надеждам, несгибаемый перед лицом всех неопределенностей. И даже если один-единственный момент вы можете быть полностью поглощены ожиданием…
В Японии слову дхиана, медитация, соответствует слово задзен. Задзен означает просто сидеть и ждать, ничего не делая. Это не значит, что вы должны сидеть в одной позе пять часов; вы можете быть чем-то заняты и все-таки просто сидеть. жизнь может продолжаться, и все-таки есть неподвижность, все-таки есть ожидание, и все-таки нет делания. Это — медитация. Это — йога.
Это не отречение от жизни, а инициация в жизнь.
Не из чего делать выбор, нет нужды выбирать. Проживайте жизнь, глубоко в нее погрузитесь, будьте вовлечены в нее — и осознавайте свое одиночество. Каждый одинок. Что-то будет приходить, что-то — уходить, но ваше одиночество не может быть нарушено никогда, потому что это часть человеческой природы. Одиночество — это основа, фундамент. Из одиночества растет медитация, через одиночество происходит инициация в йогу, благодаря одиночеству, в конечном итоге, человек становится йогом и подлинной индивидуальностью. Каждый человек должен создать свою собственную йогу. Подлинный путь всегда индивидуален. Нужно быть достаточно мужественным, чтобы быть собой, принять себя и прыгнуть в неизвестное, отбросив все знания.
Бог — это абсолютное одиночество. Когда вы говорите: «Единство с богом», вы опять создаете другого. Бог для вас — средство уйти от себя. Теперь вы хотите стать едиными с богом, теперь бог является спасительным другим. Но вы не можете стать едиными с ним, потому что с ним вы уже едины. Ваше тотальное одиночество — это осознание того, что вы и есть божественное, что вы не отделены от него. Не может возникнуть никакого единства с богом, не может произойти никакого объединения, потому что объединение возможно только тогда, когда есть двое. И осознание своего полного одиночества означает не то, что теперь вы соединяетесь с божественным; оно означает понимание того, что вы и есть божественное, что вы — божественны! Сама терминология единства — пережиток дуализма.
Как только вы осознали свое тотальное одиночество, ума больше нет; ум — это ваше прошлое, ум — это другой. Обычно, когда вы остаетесь одни, ум продолжает говорить, он играет роль другого; между вами и вашим умом происходит диалог. Но когда вы тотально одиноки, вы действительно одни. Тогда нет ума, и нет бога; вы — божественны.

Поэтому невозможно сказать, что вы становитесь едиными с богом: это предполагает двойственность: бог — нечто одно, а вы — нечто другое. Даже говорить, что существование божественно, значит его разделять; не может быть небожественного существования. Есть божественность, она же есть существование. Сказать: «Есть существование» — достаточно. Сказать: «Есть божественное» — достаточно. нет ничего, что не было бы частью существования, ничего, что не было бы божественным.
Есть одно лишь существование, даже говорить о единстве неправильно. Вот почему мы предпочитаем слово адвайта. как только вы осознали свое тотальное одиночество, в этот самый момент вы узнаете, что двух нет.
Я не могу сказать, что вы станете едиными с божественным, потому что вы всегда им были; разделения не было никогда. Разделенность — ваша иллюзия; и из-за этой иллюзии вы создаете еще одну иллюзию — единства. Разделенность сама по себе иллюзия, умственная концепция, и теперь, чтобы отвергнуть ее, вы создаете другую концепцию — единства. Но если разделенность ошибочна, то и единство ошибочно.
Вы — один, а не единство. Нет никого другого. И в тот самый момент, когда другие исчезают, ум останавливается. Ум — это другой, и когда нет ума, нет и другого. Реальность — это свободное от идей, неконцептуализированное существование. Есть вы; нет никого, с кем быть разделенным, и нет никого, с кем быть единым. Вы в тотальном одиночестве — в самадхи.

***
самадхи и сушупти (сон без сновидений)

Во сне ум засыпает. В самадхи ум умирает. Так что сон и самадхи кажутся похожими, но на самом деле они различаются, потому что в самадхи ума больше нет. Когда вы просыпаетесь утром, ваш ум более крепок, более свеж, и вы снова воспринимаете двойственность. Но из самадхи нет возврата: вы не можете вернуться назад. Теперь целостность будет вечной. Так что самадхи и сушупти, сон без сновидений, имеют некоторое сходство. Можно сказать, что самадхи — это пробужденное сушупти, или можно сказать, что сушупти — это спящее самадхи.

Изображение
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 28 мар 2023, 21:50

Глава 2
Динамическая медитация
Что такое Динамическая медитация?

Во-первых, Динамическая медитация — это метод, который использует напряжение для создания ситуации, приглашающей медитацию. Если все ваше существо полностью напряжено, то единственное, что еще возможно, — это расслабление. Просто расслабиться довольно трудно, но если все существо достигает пика напряжения, то следующий шаг происходит автоматически, спонтанно — возникает тишина.
Первые три стадии этой техники выполняются для того, чтобы достичь высшей точки напряжения на всех уровнях вашего существа. Первый уровень — это физическое тело. За ним следует прана шарир, витальное тело — это второе тело, эфирное. После него идет третье тело, астральное.
Витальное тело в качестве пищи использует дыхание. Если изменить привычный характер потребления кислорода, то и витальное тело неизбежно изменится. Глубокое, частое дыхание в течение десяти минут на первой стадии Динамической медитации служит изменению химии витального тела.
Дыхание должно быть глубоким и частым — настолько глубоким и настолько частым, насколько возможно. Если вы не можете одновременно выполнять и то, и другое, то дышите часто. Используя частое дыхание, вы как бы ударяете по витальному телу, и тогда то, что спит, начинает пробуждаться: резервуар ваших энергий вскрывается. Дыхание похоже на поток электричества, пронизывающий всю нервную систему.
Так что первый шаг следует выполнять настолько энергично, настолько интенсивно, насколько это возможно. Вы должны отдаться дыханию тотально; ни одна ваша частичка не должна оставаться вне дыхания. На первой стадии все ваше существо должно только дышать.
Вы как будто сама анархия: вдох, выдох. Включите в этот процесс весь ум: воздух выходит, воздух входит. Если вы будете тотальны, течение мыслей прекратится, потому что не останется свободной энергии, которая поступала бы в мысли, не будет ни капли энергии, чтобы поддерживать мышление.

Затем, когда электричество тела пришло в движение, начинается вторая ступень. Когда биоэнергия активизировалась и циркулирует в нервной системе, для тела многое становится возможным. И вы должны позволить телу свободно делать все, что оно захочет.
Эта вторая ступень должна быть не просто позволением и свободой, но также — и состоянием позитивного сотрудничества. Вам следует прислушиваться к телу и сотрудничать с ним, потому что язык тела бывает утрачен. Если ваше тело хочет танцевать, то, возможно, вы даже не почувствуете этого. Так что, если на второй стадии у тела появляется хоть малейший импульс к танцу, сотрудничайте с ним, поддерживайте его; только тогда вы поймете послания вашего тела, его язык.
Что бы ни происходило на этой десятиминутной стадии, делайте все с полной отдачей. В течение всей практики вы должны быть, как минимум, тотальны. Вы можете начать танцевать, прыгать, смеяться или плакать. Что бы ни происходило с вами, как бы энергия ни захотела себя проявить, сотрудничайте с ней, дайте ей развитие и выход.
Вначале энергия может дать о себе знать неким предощущением, просто слабым побуждением — настолько слабым, что если вы захотите его подавить, то даже не осознаете его. Оно может быть подавлено неосознанно. Так что, если есть хоть какой-то намек, какая-то вспышка, какой-то знак в уме или теле, сотрудничайте с ним и делайте это по максимуму, на самом пределе своих возможностей.
Напряжение возникает только на пределе, не иначе. Если танец не будет тотальным, он не будет и эффективным, он окажется бесполезным; люди так много танцуют, но это никуда не ведет. Так что максимально вложитесь в танец, и пусть он будет не запланированным, а инстинктивным, интуитивным; ваш разум, ваш интеллект не должен вмешиваться.
На втором этапе просто станьте телом, объединитесь с ним, отождествитесь с ним — точно так же, как на первом этапе вы были дыханием. И как только вы станете тотальны в выражении своей энергии, в вас поднимется новое, свежее чувство. Что-то вскроется: вы увидите свое тело как нечто отдельное от себя; вы станете просто свидетелем по отношению к нему. Не нужно пытаться быть свидетелем, нужно просто полностью отождествиться с телом и позволить ему делать то, что оно хочет, и идти туда, куда оно хочет.
В тот момент, когда вы абсолютно тотальны, — вы танцуете, плачете, смеетесь, ведете себя безрассудно, совершаете любые глупости — нечто случается: вы становитесь свидетелем. Теперь вы просто наблюдаете: нет отождествления, просто свидетельствующее сознание, которое возникает салю по себе. Вам не нужно думать об этом, это просто случается.

Такова вторая стадия техники. Только когда вы максимально, тотально вложились в первую стадию, можно переходить ко второй. Это как переключение скоростей в машине: вторая скорость может быть включена только тогда, когда первая доведена до максимума, не раньше. Со второй скорости можно переключиться на третью, только если вторая достигла предела. В Динамической медитации мы имеем дело с «переключением скоростей» нашего ума. Если физическое тело — первая скорость — доведена до максимума с помощью дыхания, тогда вы можете переключиться на вторую скорость. И вторая стадия также должна быть пережита с полной интенсивностью: с полным вовлечением, преданностью, безоглядно.

Когда вы будете практиковать Динамическую медитацию в первый раз, вам будет трудно, потому что всю жизнь вы так сильно подавляли собственную энергию, что это стало для вас естественным. Но подавление неестественно! Посмотрите на ребенка: он выражает себя. Если он плачет, он плачет интенсивно. Плач ребенка приятно слышать, но плач взрослого безобразен. Даже в гневе ребенок прекрасен; в нем есть тотальная интенсивность. Интенсивность в чем бы то ни была прекрасна.
Вторая стадия трудна лишь потому, что ваше тело, ваша энергия подавлены. Но если вы будете прислушиваться, сотрудничать с телом, то вспомните его забытый язык. Вы станете как ребенок, в вас возникнет новое ощущение: вы окажетесь невесомым — неподавляемое тело становится невесомым.

Когда телу разрешено жить, все накопленные в нем подавления отбрасываются. Это — катарсис. Человек, который прошел через катарсис, никогда уже не сможет стать безумным; это невозможно. И если безумного человека убедить пройти через катарсис, он снова станет нормальным. Тот, кто прошел через этот процесс, выходит за пределы безумия: потенциально опасное семя убито, сожжено посредством катарсиса.
Эта вторая стадия — психотерапевтическая. Медитация может случиться только с теми, кто прошел через катарсис. Вы должны полностью очиститься; все сумасшествие должно быть отброшено. Наша цивилизация научила подавлять, удерживать пережитое внутри себя, так что весь мусор попадает в подсознание и становится неотъемлемой частью души, создавая большой беспорядок внутри существа.
Малейшее подавление является семенем сумасшествия. Оно должно быть отброшено. Нецивилизованный человек потенциально менее сумасшедший, потому что он все еще понимает язык тела, он все еще сотрудничает с ним. Его тело не подавлено; его тело — это цветение его существа.
Вторая стадия должна быть выполнена тотально. Вы не должны быть вне тела, вы должны быть в нем. Когда вы что-то делаете, делайте это с полной отдачей: будьте действием, а не делающим. Именно это подразумевается под тотальностью: будьте действием, станьте действием, не будьте делающими. Делающий всегда находится вне своего действия, он никогда не бывает в нем.
На второй стадии с каждым будет происходить что-то свое. Один начнет танцевать, другой — плакать. Один обнажится, другой начнет прыгать, а кто-то будет смеяться. Может случиться все что угодно. Двигайтесь изнутри, двигайтесь тотально, и тогда вы сможете перейти к третьей стадии.

Третья стадия является результатом естественной последовательности. На первой стадии пробуждается электричество тела, кундалини. Оно начинает двигаться и циркулировать внутри вас. Только после этого вы можете достичь состояния полного позволения и услышать тело, не раньше. Внешнее движение возможно, только если началось внутреннее движение.
Когда катарсис второй стадии доведен до высшей точки, до предела, начинается третья десятиминутная стадия. Начните энергично повторять суфийскую мантру: «Ху! Ху! Ху!» Энергия, которая была пробуждена с помощью дыхания и выражена через катарсис, теперь начинает двигаться внутрь и вверх; мантра распределяет энергию по новым каналам. До этого энергия двигалась вниз и наружу, теперь она начинает двигаться внутрь и вверх.
Продолжайте отбивать звук внутри: «Ху! Ху! Ху!» — пока все ваше существо не превратится в один только звук. Полностью истощите себя; только тогда может наступить четвертая стадия, медитация.

Четвертая стадия — это ничто, только тишина и ожидание. Если в первых трех стадиях вы участвовали тотально, полно, ничего не удерживая, тогда на четвертой стадии вы автоматически глубоко расслабитесь. Тело истощено; все, что было подавлено, высвобождено, все мысли отброшены. Теперь расслабление наступает спонтанно — вам ничего не нужно делать, чтобы оно случилось. Это начало медитации.
Ситуация создана: вас нет. Теперь медитация может прийти. Вы открыты, восприимчивы, полны ожидания. И нечто случается.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 01 апр 2023, 00:47

Как люди дисциплинированного ума могут практиковать Динамическую медитацию с ее безудержным выражением эмоций?

Такие люди придерживаются дисциплины, однако основная потребность неспокойного ума — быть анархичным, только тогда он может себя превзойти. дисциплина — это внешняя обусловленность, внутреннее существо остается тем же. Внутри анархия, снаружи дисциплина; анархия остается в душе, в то время как дисциплина формирует часть культурной личности. Так что сначала позвольте напряжению, смятению, анархии достичь предела. Тогда произойдет взрыв, и в результате установится истинная дисциплина.
Пусть они практикуют Динамику в качестве эксперимента — с их неспокойным умом, с их сомнениями — и если в результате этого что-то произойдет, практика будет продолжаться сама по себе; их уже не нужно будет убеждать. Внутренняя анархия должна быть взорвана. Ее не нужно успокаивать или подавлять, она должна быть выражена с полной интенсивностью. Тишина, безмятежность, нирвана приходят не через успокоение ума, а через взрыв. Тогда тишина устанавливается сама собой; это не культивированное самообладание.
Вы должны выразить себя полностью. Конечно, это будет безумие, потому что вы безумны. Возможно, вам станет от этого не по себе. Но это— подлинное выражение того, что накопилось внутри вас.
Очень многое из того, что должно быть выражено, подавлено в подсознании. Подавление продолжалось веками, на протяжении многих прошлых жизней. Анархичное существо внутри каждого из нас неизвестно даже нам самим. Его нужно выпустить наружу, призрак, находящийся внутри нас, должен выйти. А он может выйти только с помощью выражения, и только если он выражен с полной интенсивностью из самой глубины существа. Чтобы преодолеть свое внутреннее безумие, нужно сначала стать безумным.
Пусть люди попробуют Динамическую медитацию в качестве эксперимента. Скажи им, что главное не в том, чтобы в нее верить, а в том, чтобы ее делать, тогда они увидят, что произойдет. А что-то обязательно произойдет, потому что безумие, о котором я говорю, есть в каждом.

Попытки дисциплинировать ум окажутся абсолютно бессмысленными. Если, не познав своего настоящего нутра, вы попытаетесь поддерживать дисциплину снаружи, то станете дисциплинированным, но внутри вас сохранится сумасшествие. В конце концов, это приведет к шизофрении. Внутри постоянно будут присутствовать нерешительность и конфликт. А конфликт истощает вас и снижает в вас уровень энергии. Так что первым шагом к гармонии и единству является не дисциплина, а познание того, что находится у вас внутри.
Вот почему эта техника вызывает страх. Если мы позволим себе прекратить подавление и отпустим себя, то накопленное веками неизбежно вырвется изнутри наружу. Бессознательное человечества боится этого, этот страх рождает сомнения по поводу Динамики, и сами сомнения становятся еще одним орудием подавления.

Дыхание должно быть более глубоким и более частым, чем дыхание бхастрика. И дыхание не должно быть ритмичным. Если вы попытаетесь установить какой-нибудь ритм, то на второй стадии взрыва не произойдет, потому что вы по-прежнему дисциплинируете себя. Пусть дыхание будет настолько анархичным, насколько возможно: единственный акцент — на скорости, интенсивности и глубине. И не оставайтесь вне дыхания. Все существо должно быть вовлечено — полная самоотдача без какого-либо сдерживания.
Когда вы полностью вовлечены в дыхание, все ваше тело и ум начинают вибрировать, электричество тела приходит в движение. Если вы чувствуете в теле то, чего никогда раньше не чувствовали, это значит, что техника на вас подействовала. Нет никаких сомнений, потому что вы получили опыт того, чего раньше с вами не случалось. Обычно мы не чувствуем электричества своего тела. Это тоже следствие подавления: подавлен не только ум, подавлено также и тело. Мы не чувствуем свое тело настолько, насколько это предписано природой; мы подавили мудрость тела. Когда в результате глубокого, частого дыхания на первой стадии Динамической медитации человек начинает ощущать внутри себя вибрацию, это значит, что электричество тела пришло в движение. В этот момент биоэнергия становится настолько мощной, что заставить его подчиняться невозможно. Если ваша энергия разбужена, то вы больше не раб своего положения, вы уже не просто существуете. Вы чувствуете себя безграничным, беспредельным, могущественным. В такие моменты люди ощущали себя божественными: «ахам брахмасми, я — брахман».
Это чувство — «ахам брахмасми, я — бог» — возникает в результате ощущения движения электричества, обычно дремлющего в теле, а теперь стимулированного глубоким, частым, интенсивным дыханием. Теперь любой опыт, приходящий через тело, становится подлинным.
Мы называем что-то реальным, потому что каким-либо образом чувствуем это телом. Наша реальность — это то, что может быть подтверждено посредством тела. Мы верим в любую технику, если с телом происходит что-то новое. А когда больше нет сомнений по поводу техники, можно двигаться дальше.
Вот почему на первой стадии я уделяю особое внимание дыханию. Если дыхание было правильным, то на второй стадии оно продолжится само по себе. При этом в теле будет происходить множество разных вещей; это может быть все, что угодно, но все это будет случаться., это не будет результатом дисциплины. И случится многое!

Как нужно сидеть во время Динамической медитации?

лучше, если вы будете стоять. Глаза закрыты.
На второй стадии расслабьте тело. Дайте ему свободу, не подавляйте его. Продолжайте дышать и позвольте телу двигаться, вибрировать, танцевать, плакать, смеяться. Позвольте случиться всему, что захочет случиться: следуйте за телом, и многое начнет происходить. Затем, на третьей стадии, все еще продолжая интенсивно дышать и позволяя телу делать все, что оно хочет, начните повторять суфийскую мантру: «Ху! Ху! Ху!» — без пауз между звуками. Это нужно делать как можно более энергично, так, чтобы вы осознавали, что нисколько не сдерживаете энергию. Будьте тотально вовлечены. Постепенно повторение звука будет становиться все более и более энергичным, более и более интенсивным.
На первой стадии все внимание должно быть сконцентрировано на дыхании. И когда вы глубоко дышите, вторая стадия наступает как результат первой: тело начинает двигаться. Вам нельзя расслабляться ни на мгновение, непрерывно вкладывайте усилия в то, что делаете. А на второй стадии расслабьтесь, дайте телу свободу, позвольте ему выразить все, что было сдержано в прошлом. Тело начнет двигаться, танцевать или делать что-то еще, и вскоре вы почувствуете, что вы — нечто, отдельное от тела. Вы так ясно будете видеть тело плачущим, смеющимся, кричащим, что не сможете отождествлять себя с тем, кто все это делает. Вы будете видеть себя прыгающим, танцующим: что-то происходит механически. Вы начнете видеть тело как отдельное существо. Раньше вы всегда были отождествлены с телом.

Почему обычно мы не способны чувствовать себя неотождествленными с телом?

Вы полностью отождествляетесь с телом, потому что обычно между вами и вашим телом нет никакой дистанции. То, что вы делаете, делает и тело, и наоборот. Вы и действия вашего тела воспринимаются как одно и то же. Но когда тело получает свободу действия, оно становится отдельным механизмом. Начинает происходить то, что вы никогда не планировали, чего вы даже допустить не могли. «Неужели это делаю я? Неужели я это чувствую?» И вы знаете, что это делаете не вы. Вы не хотите этого, но танец все равно продолжается — и к тому же энергично.
Вот что такое дистанция. Делающий и действия разделены, теперь не вы совершаете действия. Теперь тело — отдельный механизм.
Сознание не может отождествиться с автономным механизмом. Вы не можете отождествлять себя с машиной, если машина не работает согласно вашей воле. Рука движется, когда я приказываю ей двигаться, а когда я приказываю ей не двигаться, она не движется. Это основа отождествления: через движение двигающий и движимое становятся одним.
Но когда тело движется без вашего сознательного усилия, оно превращается в отдельный механизм. И так вы понимаете, что отделены от тела. И это такое отчетливое чувство, что никаких сомнений не остается.

Поэтому я придаю особое значение движению тела. Позвольте телу двигаться. Что бы ни случалось, пусть это случается. Вы увидите, что ваше тело ведет себя как сумасшедшее, или как животное, или как машина, и не сможете с ним отождествиться, — теперь вы остаетесь в стороне. Теперь вы — свидетель.
На второй стадии наблюдайте все, что происходит. Тело двигается. Внутри вас просыпается свидетель. Вы начинаете видеть происходящее как что-то вне вас; теперь вы не делающий, а просто наблюдающий; вы только наблюдатель.
В начале вы, может быть, еще отождествлены с телом, но по мере того, как вы позволяете себе отдаваться технике все больше и больше, действие исчезает. С какого-то момента, если тело упадет на землю, вы не будете думать, что вы упали, вы будете думать, что упало тело.

На третьей стадии вы должны кричать «Ху! Ху! Ху!» с максимальной интенсивностью. Вы должны стать совсем безумными. Погружайтесь в звук глубже и глубже. Доведите свои усилия до пика, потому что только с высшей точки вы сможете упасть в глубины своего существа. Чем более безумными вы станете, чем более высокого пика интенсивности вы достигнете, тем глубже внутри себя вы окажетесь, тем большее здравомыслие в себе откроете.
Подлинное здравомыслие приходит после трансценденции безумия. Расслабление наступает только тогда, когда достигнуто предельное напряжение. После наивысшего напряжения идет четвертая стадия. Ум становится тихим, спокойным.

Теперь, пройдя через три предыдущие десятиминутные стадии, вы должны просто расслабиться на пятнадцать минут. Прекратите делать все, что вы делали на первых трех стадиях, и просто упадите или остановитесь, будьте неподвижными в той позе, в которой вас застала четвертая стадия. Ничего не нужно делать. Теперь не может быть речи о том, чтобы что-то делать, потому что вы полностью истощены, все ваше существо утомлено. Теперь энергия течет автоматически.

Эта техника — последовательность стадий, каждая из которых логично вытекает из предыдущей. Если вы будете делать технику без четвертой стадии, она наступит сама как естественное следствие того, что произошло до нее. Это неизбежно — неизбежно наступает момент, когда все исчерпано, и вы падаете. Вам больше ничего не остается.
Четвертая стадия — это момент не-делания. Это то, что я называю дхианой, медитацией. Первые три стадии — это только ступени, четвертая стадия — дверь. Сначала есть вы. Потом больше нет ни действий, ни дыхания, ни движения, ни звука — только тишина.
Предыдущие три стадии должны быть в некотором смысле «сделаны», но четвертая стадия наступает сама по себе. На четвертой стадии происходит то, что не является вашим действием, а приходит как милость: вы стали вакуумом, пустотой, и нечто вас заполняет. Нечто духовное вливается в вас, когда вас нет.
Вас нет, потому что нет действий; когда нет делающего, эго исчезает. Делающий — это эго. Так что на первых трех ступенях вы можете быть, потому что вы что-то делаете: дышите, двигаетесь, кричите, — но теперь, на четвертой стадии, вас быть не может, потому что нет действий.
В действительности, эго не существует, существует лишь память о ваших действиях, поэтому в те моменты, когда нет действий, нет и вас. И в эти моменты что-то происходит. Вы ничего не делаете, но вы полностью осознаны. Безмолвны, но осознаны. Истощены, но осознаны. Есть только осознание: осознание глубокого позволения, осознание того, что теперь все исчезло.

Когда четвертая стадия завершена, когда она стала частью прошлого, вы можете о ней вспоминать. Но в самый момент четвертой стадии нет ничего, есть только сознание. Позже вы понимаете, что это была пауза.
Ваш ум работал до определенного момента; потом была пауза, и потом ум опять заработал. Вы осознаете эту паузу позже, тогда лишь, когда она становится частью вашей памяти.
Наша память записывает события, а эта пауза — великое событие, великий феномен. Ум — это механизм. Он записывает все; он подобен магнитофону, который мы здесь используем. Магнитофон записывает две вещи: когда мы говорим, записываются слова; когда мы не говорим, записывается тишина, пауза. Даже когда мы не говорим, что-то все равно записывается — тишина, пауза. Точно так же механизм ума постоянно все записывает. На самом деле он даже более чувствителен, более восприимчив в отношении пауз.
Так что пауза запоминается — и она благословенна. событие, которое откладывается в памяти, — это груз, напряжение, в то время как пауза — это интервал покоя, блаженства. Эта пауза и есть дхиана, медитация.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 07 апр 2023, 04:38

Глава 4
Л.С.Д: короткий путь к ложному самадхи

В результате употребления химического наркотика вам может открыться определенное блаженство. Под воздействием наркотика вы полностью расслабляетесь; все напряжение временно отступает. Оно не исчезает, оно вернется к вам, но сейчас ваше внимание не на нем, поэтому вы полностью расслабляетесь. Блаженство, которое при этом приходит, настолько велико, что вы будете продолжать испытывать его и позже, как послевкусие.
Чем больше временной промежуток между опытом и памятью о нем, тем более прекрасным, более блаженным будет он вам представляться. Он превратится в незабвенное воспоминание. А каждый опыт медитации будет для вас сравнительно блеклым, потому что медитация реальна, это не сновидение. Ее развитие идет шаг за шагом, она не так внезапна. Она вами не овладевает, так что продвижение будет очень медленным. На какое-то мгновение исчезают все напряжения. Вы расслаблены и ощущаете космическую гармонию. Границ нет: вы не существуете как «Я»; вы и мир становитесь одним. Это так блаженно, что каждый раз, когда вы будете сравнивать это незабвенное воспоминание с реальностью, вы будете добавлять к нему какие-то штрихи. Воспоминание будет становиться все более и более прекрасным, а реальность — тускнеть.

...Я говорю не о том, что не существует таких вещей, как кундалини или чакры. Я говорю не о том, что никаких реальных переживаний не возникает; реальные переживания есть, но вы не должны знать о них заранее, иначе вы просто будете их воображать. Вы должны быть совершенно незнающим, вы должны пребывать в неведении: это основное условие для продвижения. Каждое явление должно быть познано и пережито непосредственно вами; ничто не должно приниматься на веру. Не принимайте информацию за знание. Так что откажитесь от любой информации. Забудьте о знаниях и двигайтесь, как будто в вакууме, двигайтесь в неведении. Вы ничего не знаете, так что все будет для вас неожиданностью. Все и должно быть неожиданностью. Если вы говорите: «Да, я уже знаю это, так уже случалось раньше», — значит, вы не вошли в неизведанное, вы не вошли в медитацию.
Вероятность самообмана велика. Ум обманчив, и бессознательное продолжает играть с вами шутки. И заблуждения возможны не только под действием Л.С.Д, но даже и в обычной медитации, потому что и в том, и в другом случае вы имеете дело с одним и тем же бессознательным умом. Если вы хотите идти в медитацию, бессознательное должно стать пустым, незнающим. Оно должно быть открытым, восприимчивым, готовым встретиться с неизвестным, потому что медитация означает движение в неизвестное.
Знания являются препятствием к самадхи, так что знающий человек никогда не сможет достичь самадхи. Вы можете достичь дверей самадхи, только если вы ничего с собой не несете, если вы совершенно открыты, обнажены, пусты. Только тогда происходит нечто действительно подлинное; иначе вы будете медитировать со всеми своими проекциями.
Забудьте любые предварительные представления, не концептуализируйте. Просто невинно, как ребенок, вступите в неведомую страну, где язык неизвестен, где вы ни с чем не знакомы, где все ново, и у вас нет с собой путеводителя. Только при таком подходе может возникнуть что-то подлинное.
В противном случае медитация тоже будет воображаемой, сновидением.

Увидеть, в чем заключается это различие, трудно, но различие есть. Вы можете понять это так: если нечто происходит согласно вашим знаниям, согласно тому, что, по вашему мнению, должно происходить, тогда не принимайте это за истину. Медитация никогда не происходит согласно вашим знаниям. К каждому человеку она приходит так по-разному, что никакое писание, никакой гуру не может точно сказать, что произойдет. Все, что уже сказано, является просто обобщением; медитацию все переживают по-своему. Опыт семи чакр или подъема кундалини настолько различен для каждого человека, что если нечто происходит по шаблону, то это снова проекция; вы это воображаете. Для вас все будет иначе, никогда не будет так же, как с кем-то еще. То, что действительно случается, — индивидуально, и здесь нет никаких общих правил.
Если знания касаются внешней информации, тогда все в порядке, не важно, что они есть и как вы их получили. Но если они касаются внутреннего опыта, то разница велика, потому что ум искажает реальную картину. Идите в медитацию, отложив в сторону любую информацию. Пусть это будет первым условием для вашей медитации: ничего не знать. Вы должны быть просто восприимчивы, открыты всему, что происходит. Ожидать нечего, не с чем сравнивать.

Осознание означает, что вы встретились с чем-то: вы прыгнули, вы где-то оказались. Вы уже больше не тот человек, которым были, вы изменились. Это изменение — сознательное изменение, совершенное с полным пониманием. Это изменение состоялось благодаря вашему усилию. Вы что-то сделали, вы совершили путешествие, вы поднялись на вершину.
Истинная медитация возможна, только если бессознательное не загружено, не наполнено желаниями и запретами, которые стремятся осуществиться.

Находясь под воздействием Л.С.Д, я видел определенную последовательность цветов. Что означают эти цвета?

Внутри содержится сущность каждого внешнего переживания; все чувства имеют в уме хранилища своего опыта. Когда вы идете внутрь, вы встречаетесь с этими хранилищами. Приближаясь к хранилищу цветов, вы начинаете видеть прекрасные цвета, которых в действительности никогда не видели. Эти цветы являются сущностью всего вашего прошлого опыта восприятия цветов. Все чувства имеют внутри хранилища. Когда вы идете внутрь, эссенции вашего опыта вскрываются в вас, и вы переживаете многое такое, что во внешнем мире не встречается в чистой форме. Поскольку это явление — просто энергия, оно чисто; оно прозрачно.
Когда вы действительно проникнете глубоко внутрь, никаких переживаний не будет — ни света, ни звука, ни чего-либо еще.
Пока все эти переживания не прекратятся, вы не выйдете за пределы ума. Эти переживания — просто проявление накоплений психики, которые она собрала за бесконечное число жизней. Вот почему у каждого человека будут разные переживания: у каждого свой багаж прошлого, так что у каждого будет индивидуальная ориентация внутренних переживаний.
Внутренние переживания различаются от одного человека к другому. Только одно несомненно: когда вы идете глубоко внутрь по своему собственному пути, что-то начинает происходить. Вы начинаете переживать цвета, звуки, запахи, и это все накопленные вами переживания. Весь ум — это хранилище, и каждая клетка — это скопление переживаний, готовых прорваться. Идите внутрь, прикоснитесь к источнику, и он проснется.

Эти переживания имеют значение лишь потому, что они указывают на ваше движение внутрь. Но поскольку чувства, которые вы испытали, так прекрасны, ум будет стремиться их удержать. Вам захочется повторить их, и это станет препятствием для дальнейшего продвижения.
Нужно достичь такого состояния ума, в котором нет никаких переживаний. Можно даже сказать не «состояние ума без переживаний», а «состояние ума, в котором вы переживаете ничто».Переживание само по себе является последним препятствием. Вы должны прийти к такой точке, где есть вы, но нет никаких переживаний.
Только когда исчезает переживание как таковое, исчезает двойственность. Есть вы, так что есть и переживание — есть что-то внешнее. Даже если вы переживаете единство с миром, это переживание является частью двойственности. Когда медитация достигнет полного расцвета, не останется совсем никаких переживаний. Вы просто есть, и переживанием будет лишь само бытие. Ничего нет, только ваше бытие, только ваше существование. А когда нет переживания, переживающий исчезает. Когда нет объекта, исчезает и сам субъект; нет субъекта, нет объекта.
Только тогда экзистенциальное достигнуто. Только тогда вы можете сказать, что бог есть. Вас нет, и мира нет. Только божественное! Сама эта бытийность и есть бог.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 15 апр 2023, 18:02

Возможно ли, что на четвертой стадии люди получают разный духовный опыт?

Опыт как таковой принадлежит личности. А такого понятия как «духовный опыт» вообще не существует. Это просто пауза в жизни вашего эго. Переживающего опыт нет, поэтому сам опыт невозможно как бы то ни было классифицировать. Вы переживаете момент, существующий вне опыта. Если вам нужны определения, то я могу сказать лишь то, что это — пауза.
Любые слова оказываются бессмысленными. Язык предназначен для описания событий, он не предназначен для выражения тишины. Если я буду пытаться с помощью языка выразить то, что происходит в момент медитации, термины будут зависеть от меня, но тишину невозможно передать словами. Вы можете назвать ее брахманом, вы можете назвать ее нирваной, или как вам нравится, но это будет просто выбор между разными названиями.
Единственное сходство, основная общность всех религий - в том, что их языки в равной степени вводят вас в заблуждение. Это неизбежно. Это не осуждение, это факт — потому что паузу нельзя выразить, ее можно только почувствовать. А у чувств нет языка; у них нет слов.

Если на четвертой стадии эго исчезает, тогда что происходит после завершения четвертой стадии и возвращения из медитации?

Эго возвращается, потому что поддерживающий его механизм не умер, все прошлое по-прежнему с вами. Какое-то время вы не были его частью, на несколько минут вы вышли за пределы ума, эго. Вы были вне вашего опыта. Вы покинули дом; теперь вы вернулись. Но вы не можете вернуться тем же человеком, который его покинул, потому что вы узнали что-то за его пределами. Вы не можете снова стать прежним, но все же вы возвращаетесь.
Со временем выходить и входить становится легче, и возникает вероятность, что начнется новая стадия, когда вы ни снаружи, ни внутри: вы за пределами и того, и другого. Это высшая точка, потому что вы можете выйти, когда хотите быть снаружи, и можете войти, когда хотите быть внутри. Вы ни внутри, ни снаружи; вы за пределами и того, и другого. Это — самадхи.
Когда я могу приходить или уходить по собственному выбору, когда я могу быть внутри и снаружи, когда мне становится все легче и легче по своему усмотрению приглашать ум или останавливать его, тогда и внутреннее и внешнее могут быть превзойдены. Только тогда достигается глубочайшее ядро. Это и есть самадхи.
То, что происходит на четвертой стадии, — лишь проблеск. В дзэн-буддизме этот проблеск называется сатори. Сатори — это не самадхи, сатори — это лишь проблеск, потому что вы еще можете вернуться. Но из самадхи вы не можете вернуться: это точка, из которой нет возврата.

Что происходит с теми, кто достигает самадхи?

Если вы говорите «кто-то достигает», это означает, что кто-то есть. Но только когда этого кого-то нет, когда он отсутствует, он действительно достигает. Кто-то входит в медитацию, кто-то выходит из медитации — это переживания отдельной души. Но никто не достигает самадхи, потому что когда самадхи достигнуто, никого нет.
Многие религии остановились на точке, к которой приводит четвертая стадия Динамической медитации. Эти религии говорят, что есть лишь душа, атман, потому что все, что они узнали, — это приход и уход души. Но четвертая стадия — это только проблеск. Вы выходите — оставляете тело, ум, эго — и снова возвращаетесь. Это не та точка, из которой нет возврата; у вас есть все шансы вернуться.
Вы возвращаетесь, потому что механизм эго все еще поджидает вас Вы возвращаетесь, и он начинает работать.
И тогда все, что остается, — это воспоминание о паузе. Но пауза зовет вас снова и снова.
Некоторые религии, например дзэн, ошибочно приняли сатори, этот проблеск, за предельный опыт, самадхи. Но это не самадхи, потому что все еще существует возможность возвращения к прошлому. Эго не умерло, вы только временно выпрыгнули из него. На мгновение вы были свободны от его хватки, но потом снова вернулись. Сатори — это просто прыжок. Не привязывайтесь к нему.
К прыжку наружу очень легко привязаться, потому что в нем столько блаженства. Каждый раз, когда вы переживаете этот опыт, он дает вам некоторую свежесть, он создает в вас волнение. И вы начинаете повторять опыт вхождения в медитацию, переживания блаженства и возвращения назад. Вскоре это входит в привычку, и, возвращаясь, вы думаете, что достигли предельно возможного опыта, потому что ваш опыт был таким блаженным. Но вы еще не познали чего-то за пределами блаженства, так что опыт каждой медитации становится частью все той же самой повторяющейся, механической, привычной рутины. Теперь даже пауза, даже медитация становится частью механического действия.
Некоторые религии остановились на этой точке; они говорят, что есть душа, индивидуальная душа; они не могут постичь брахмана. Брахман появляется только после того, как вы превзошли четвертую стадию, — когда вы можете выйти за пределы ума и вернуться и не привязываетесь к блаженству паузы. И когда вы начинаете свидетельствовать этот выход и возвращение, медитативное состояние ума и немедитативное состояние ума, вы достигли самого тонкого момента. Тогда вы знаете, что момент медитации — тоже привычка, которую вы можете поддерживать многие жизни. Это не самадхи, не предельная осознанность, это — сатори.
Когда вы начинаете наблюдать это, на вас нисходит безмолвная осознанность. Безмолвная осознанность, невыбирающая осознанность возможна только в этой точке, не раньше.

Осознанность возможна только после сатори?

Да. Только после сатори, не раньше. Когда вы безмолвно осознаете уход и возвращение эго, может случиться окончательный взрыв. Вы выходите за пределы внутреннего и внешнего; вы растворяетесь во взрыве.
Это точка нирваны, брахма-упалабдхи, мокши, или называйте ее, как хотите. Она не была записана в уме; она не может быть записана в уме, потому что в ней сам механизм ума растворился.

Продолжает ли человек жить после этого в теле?

Конечно, потому что работа тела — это другой процесс. У тела свой собственный процесс; вы можете быть в нем, а можете и выйти из него. Окружающим кажется, что вы все еще живете в теле, в доме, но для вас этого дома больше нет. Вся вселенная стала телом.

Продолжает ли существовать индивидуальное тело?

Нет. Так только кажется другим. Если я попытаюсь говорить об этом, выразить это словами, возникает парадокс. Это невозможно объяснить, потому что любое объяснение будет создавать новые противоречия.
Пятая стадия — это взрыв всего, что было. На пятой стадии ничего не остается. Это взрыв всего, чем вы были: вашей памяти, вашего интеллекта, вашего эго, вашей личности, вашего существа, вашей души. Того, чем вы были, теперь нет; вы выходите за пределы всего себя. Вас нет; вы становитесь существованием. Это точка брахмана, космического сознания.

Динамическая медитация может довести вас только до четвертой стадии, до сатори. Пятая стадия лежит за пределами любого метода. Руководство возможно только до четвертой стадии. Вот почему Кришнамурти говорит о не-руководстве. Пятая стадия находится за пределами руководства. Никакое руководство не может привести к безмолвной осознанности. Она либо случается, либо нет.
Пятая стадия — это само существование.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 09 май 2023, 01:26

Глава 5
Жизненный баланс

В нашей цивилизации мы чрезмерно используем свой интеллект;
проблема заключается не в чрезмерном использовании интеллекта, а в недостаточном использовании эмоций. мы никогда не достигнем блаженства баланса и гармонии, если не расправим одновременно оба крыла.
И не бойтесь использовать свой интеллект чрезмерно. Только когда вы максимально используете интеллект, вы действительно соприкасаетесь с глубиной; только тогда пробуждается ваш потенциал. Откликаясь на вызов, интеллект и эмоции рождают блаженство.
Личность — это целостность; в ней не должно быть никакого разделения. По сути, личность является потоком энергии. Когда энергия используется логически, она становится интеллектом, а когда она используется эмоционально, она становится сердцем. Это просто два разных проявления одной и той же энергии, текущей по разным каналам.
С одним лишь интеллектом, без сердца, вы совершенно не можете расслабиться. Расслабление означает действие в другом русле. А то измерение, которое было перенапряжено, расслабляется.
Но ни ум, ни интеллект не виноваты. Просто внутри вас нет второго русла, нет другой открытой двери.
Энергия не может стоять на месте. Энергия — это то, что не стоит на месте, это то, что всегда течет. Расслабление не означает, что энергия остановилась или заснула; расслабление означает, что энергия теперь течет по другому каналу, в другом измерении — она перешла в другое пространство. Вы ничего не решаете, вы не активны; вы просто принимаете, что-то получаете.
Интеллект должен быть уравновешен любовью, а любовь должна быть уравновешена интеллектом. Эти две части, эти два полюса должны находиться в равновесии. Всегда уравновешивайте полюс его противоположностью. Тогда чем больше будет использоваться один полюс, тем ярче будет проявляться второй, для которого это будет расслаблением. Ум должен быть способен так же легко переключаться с одного полюса на другой, как мы переходим от бодрствования ко сну. Нужно уметь быть закрытым по отношению к одному измерению и оставаться открытым по отношению к другому. Когда это случается, жизнь становится блаженством.

Умер великий учитель. Тысячи людей к своему удивлению, увидели главного ученика рыдающим.:
— Почему ты плачешь?
— Я не могу все время жить с «почему?». Бывают моменты, когда нет никаких «почему?». Я плачу, вот и все. Душа сама плачет, и я не могу ничего с этим поделать. Что бы ни приходило ко мне, я един с этим. Слезы приходят, и я с ними един.
— Но ведь ты же духовный человек, — люди обвиняли его в том, что он сбивает их с толку.
— Я и сам сбит с толку, — сказал, он. — Такова жизнь! — она так противоречива. Она существует в противоречиях. Я и сам сбит с толку, но меня это не смущает, меня не смущают эти противоречия, поэтому я расслаблен. Вы видите мои слезы, вы видите, что я плачу, но я спокоен. Я расслаблен. Я чувствую блаженство.

От груза не свободен никто, но один груз может быть уравновешен другим. Когда грузы уравновешены, тяжесть исчезает. Ум, не обремененный тяжестью, это не ум без груза; это ум с уравновешенными грузами.
Я за то, чтобы интеллект и иррациональное существовали одновременно. Я советую поддерживать между ними постоянный баланс. Как только вы почувствуете тяжесть, знайте, что баланс нарушен, и вам пора взяться за его восстановление. Тогда добавьте недостающий вес туда, где он нужен. Если интеллект стал слишком тяжел, делайте что-нибудь иррациональное. Медитируйте! Медитация иррациональна. Единственный способ ее узнать — это пригласить ее. Когда интеллектуального понимания недостаточно, поможет только иррациональный прыжок. Когда вы идете в медитацию, это больше похоже на чувствование, чем на понимание: медитация переживается, ее невозможно понимать.

Баланс возможен только тогда, когда вы делаете и что-то иррациональное. Прыгайте и танцуйте в течение часа, и вы удивитесь, насколько расслабленным, свежим и бодрым вы себя почувствуете. Пока иррациональное получает удовлетворение, ум очищается. И теперь он может работать свободно, нет больше затаившегося врага, готового взять реванш.
Давайте возможность свободно выражать себя обеим своим частям; постоянно уравновешивайте их. Живите в двух взаимодополняющих измерениях — интеллекте и эмоциях.
Когда противоречия не воспринимаются как противоречия, между рациональным и иррациональным установлено равновесие. Каждый момент наполнен блаженством. Каждый момент приносит блаженство сам по себе, иначе жизнь становится грузом. Но жизнь не ответственна за это, ответственны только мы, потому что выбор всегда остается за нами.


Глава 6
Религия: предельная роскошь

Почему сейчас западные общества проявляют такой интерес к индийской религии?

Потребности ума появляются только тогда, когда удовлетворены потребности тела. Религия — это потребность ума. Именно поэтому животные могут жить без религии, а человек не может, — благодаря уму.
Если вы богаты, ваш интерес на девяносто девять процентов обращен к уму. Хотя отдельно взятый богатый человек может не быть религиозным, а отдельно взятый бедный человек может быть религиозным, но в целом в бедном обществе религия может существовать лишь как замена экономического богатства. Молитвы бедняков нацелены на то, чтобы что-то потребовать, что-то получить.
Америка в религиозном плане скоро станет очень важной и значимой страной, — Америка и все другие страны, которые с каждым днем все богатеют и богатеют. В ближайшем будущем коммунизм будет процветать в бедных странах, а религия будет процветать в богатых.
В бедной стране религией неизбежно будет коммунизм. Но в России в ближайшие двадцать лет религия вновь обретет свою значимость. Россия же не бедная страна, а когда общество становится богатым, интереса к религии не избежать. Это исключено.

Правильно ли отдавать право на религию только богатым?
Для меня это не вопрос правильного или неправильного, это вопрос соответствия ситуации. Больной человек пойдет в больницу, а здоровый не пойдет. Так что бедную страну неизбежно привлечет коммунизм. Просто таков ход истории — в некотором смысле, это неизбежно. Точно так же богатую страну неизбежно привлечет религия.
В России за последние десять или пятнадцать лет ситуация изменилась. Теперь у них самое большое в мире количество ученых исследователей, работающих над исследовательскими проектами в области парапсихологии. И их открытия удивительны! Так что это не вопрос правильного и неправильного, просто таков естественный ход развития истории.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 12 авг 2023, 22:19

Глава 7
Секреты ученичества
В чем заключаются отношения гуру и ученика?

Витгенштейн сказал, что то, что не может быть сказано, может быть показано. Обычно гуру ничего не говорит, но пытается что-то показать; и если ученик осознан, тогда все само собой проясняется. На самом деле, ясность присутствует всегда, но в ваших умах столько хаоса…Но духовное настолько субъективно, настолько зависит от вашего видения, что перегруженный ум может неправильно понять и разрушить что угодно.
Особенный урон наносят накопленные вами знания. Ваш ум узнал и накопил слишком много, этот багаж вмешивается и искажает реальную картину; на пути к истине оказывается старый хлам.
Если мы можем быть полностью осознанными в отношении всего нового, если мы можем стать восприимчивыми и осознанными к присутствию нового, тогда оно проникает прямо в сердце. Понимание никогда не происходит в уме, понимание всегда исходит из сердца. Сердце всегда чисто, свежо и девственно. Сердце не обременено прошлым. Поэтому, когда работает ум, ваше понимание всегда неправильно — это неизбежно. Но когда он замолкает, когда он спокоен, молчалив, выключен, когда есть только осознанность — возникает пауза, и тогда дверь к сердцу открыта.
Сердце не интерпретирует; его понимание прямо и непосредственно. Вы просто понимаете, вы видите, вы ЗНАЕТЕ: «Это так». Это состояние вне ума и есть то, что я называю медитацией. Если вы можете воспринимать вещи сердцем, если вы можете соприкасаться с существованием через сердце, вы в медитации; но если вы всегда живете одним только умом, вы никогда не будете в медитации.

Можно сказать, что сердце — это способность к медитации, а ум — это способность, противодействующая медитации; и эти способности не могут проявляться одновременно. Если работает ум, сердце молчит. Невостребованное, оно уходит в тень и засыпает. Только когда ум замолкает, сердце раскрывается, чтобы дышать, чтобы смотреть. Оно приходит, только когда ум выключен, когда ум отброшен. И в тот момент, когда сердце соприкасается с экзистенциальным, вы испытываете экстаз, блаженство. Все становится божественным. Все и было божественно, но теперь вы это чувствуете.
Когда сердце соприкасается с миром, мир становится божественным; когда с миром соприкасается ум, мир проявляется как материальный. Ум может работать, познавать только в пределах материи, а сердце не знает ничего, кроме духовности. Вот почему люди, ориентированные на сердце, говорят, что мир нереален, иллюзорен, что он — майя, просто волшебная игра. Для этого есть основания: поскольку сердце не может выйти за пределы духовного, оно не способно познать материальное. Материальный мир кажется сердцу иллюзорным, нереальным, призрачным — как будто его нет.

Но зато Запад никогда не знал, что такое медитация. В лучшем случае там могли молиться. Но молиться — это не то. Молиться можно с помощью ума; можно продолжать повторять заученные слова. Вне ума молитва безмолвна. Вне ума вы не сможете молиться, как вы будете молиться без слов? С сердцем можно быть просто молитвенным.

Медитация не является ни размышлением, ни концентрацией. Это не ментальный процесс, это существование вне ума. Это общение с миром без помощи ума. В тот момент, когда ум отсутствует, между вами и существованием, между вами и божественным нет никаких преград, потому что сердце не умеет устанавливать границы, не умеет давать определения. Классифицируя, ум создает преграды, границы, ограничения. Но с сердцем существование становится безграничным. Вы нигде не кончаетесь, и нигде не начинаетесь. Вы повсюду, вы едины со всем существованием.
Сердце не способно воспринимать двойственность; двойственность — порождение ума. Чем больше разделений, тем спокойнее ум, потому что существование для него становится более определенным, им можно управлять, можно его изучать.
Научный метод разгадки тайн — это анализ: вы что-то анализируете и находите решение. Но тайны существования остаются неразгаданными, потому что для их постижения нужен синтез. Эта целостность и есть то, что я называю богом. Медитация — это способ познания божественного. Ум — это способ познания материи. Ум и медитация — полные противоположности, совершенно разные измерения. Вы не можете быть одновременно в двух измерениях. Вы можете находиться в уме, но тогда сердце не будет работать. Вы можете пребывать в сердце, но тогда не будет работать ум. Вы можете использовать и то и другое, но не одновременно; это полярные противоположности.
Религия — это метод познания тайны, не разрушающий ее. Религиозный метод познания не логический и не рациональный; он абсолютно восприимчивый. Но наш ум при этом оказывается в затруднении, потому что мы так одержимы рассудком. Такая незначительная наша часть — рассудок — стала для нас целым, стала для нас всем.
Жизнь не рациональна; она в своей основе иррациональна, и эта иррациональность жизни и существования и есть тайна. Если все кажется вам таинственным, значит, здесь и сейчас вы едины с божественным. В медитации тайна оживает: вы вновь приходите в соприкосновение с таинственным.
Медитация принадлежит сердцу, а у сердца свои методы познания, совершенно отличные от интеллектуальных, совершенно отличные от умственных. Я хотел бы, чтобы вы познали сердцем как можно больше.
Отношения гуру и ученика — это понимание сердца. У Востока так много тайн, но чтобы открыть тысячи и тысячи замков, достаточно одного ключа. Отношения между гуру и учеником — такой ключ.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8895
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: Предпосылки личной гениальности

Сообщение 04 дек 2023, 00:30

Глава 8
Бог — это само существование
Существует ли на самом деле бог? Если он существует, то как в мире может быть столько зла и порока?

Бог — это мифическое слово, слово-фетиш, которое изобретено духовенством. На самом деле, спрашивать, существует ли бог, абсурдно. Для тех, кто знает, бог — это и есть существование, или существование — это и есть бог. Существуют вещи, а не бог. Можно сказать, что стул существует, потому что стул может сломаться. Говорить, что стул существует, имеет смысл, потому что возможно, что его не будет. Бог — это само существование, сама бытийность. Если мы говорим, что бог существует, мы из слова «бог» нечто создаем, и тогда бог становится вещью. Но бог — это не вещь и не человек. Вот почему он не несет никакой ответственности. Ответственность возникает только тогда, когда есть личность, когда есть некто, кто может быть ответственным.
Бог — это чистое существование. Просто само это слово вводит в заблуждение, потому что слово как будто бы указывает на некую персону. Лучше использовать слово «существование». Тотальность существования и есть бог.
Так что нельзя спросить, существует ли бог. Это все равно что спрашивать, существует ли существование. В такой форме — существует ли существование — вопрос становится абсурдным. Очевидно, что существование существует; в этом нет сомнений. Если бы не было существования, не было бы и вопроса, так же как и того, кто спрашивает.

когда я говорю «бог», я имею в виду существование как таковое. Бог — это не вещь среди других вещей, бог — это совокупная вещественность. Бог — это существование. Бог — это бытийность, качество бытийности, качество существования.

Прежде всего, бог — это не вещь. Во-вторых, бог — это не личность, потому что целое не может быть личностью. Личность — это взаимоотношения. В одиночестве, в полном одиночестве, вы не будете личностью, вы будете существованием. Вот почему люди, которые ищут божественное, обычно уходят в уединение. Таким образом они могут перестать быть личностью и обрести единство с существованием. Одиночество, абсолютное одиночество, является шагом к прыжку в бездну существования.
Бог — это не личность, потому что нет никого другого, никого, от него отличного. Бог не может сказать «я», потому что нет никого, кто существовал бы для него как «ты». Он ни с кем не может быть связан. Он — целое, поэтому все отношения находятся внутри него и не могут быть вне него.
Таким образом, если бог не личность, то не может быть и речи ни о какой ответственности. Если зло существует, оно существует. Бог за это не ответственен. Целое не может быть ответственно за это. У существования нет эго, у бога нет эго, поэтому вы не можете возложить на бога ответственность за какое бы то ни было существующее зло.

Но человеческий ум очень изобретателен. Сначала мы изобретаем бога как личность, а затем возлагаем на него ответственность за то, что происходит. И здесь начинаются проблемы. На самом деле, это не проблемы, а всего лишь лингвистические заблуждения. Если вы называете что-то «целым», «существованием», вы не можете возложить на это ответственность, но если вы называете что-то богом, тогда вы можете возложить на это ответственность — а изменилось лишь слово.
Вся игра разыгрывается в вашем уме, бог в ней не участвует. Давая существованию имя, личное имя, вы создаете проблемы. Но это не настоящие проблемы, это созданные проблемы, вы изобрели их сами.
Бог означает существование. Я не могу сказать, что бог существует, потому что это тавтология. Это то же самое, что сказать: «существование существует», или «поэзия — это поэзия». В этих словах нет смысла, они ничего не определяют, ничего не проясняют, ничего не объясняют, а просто повторяют сами себя.

Для меня бог — это существование, а существование безлично. Иначе и быть не может, потому что целое не может быть личностью. Как это возможно? В противоположность кому оно может быть индивидуальностью, личностью? В противоположность чьему эго оно может создать свое собственное?
В вас формируется эго, потому что существуют другие эго. Психологи говорят, что у ребенка эго развивается гораздо позднее понимания, что вокруг него есть другие люди. Сначала ребенок начинает осознавать других, а только потом себя. Эго — более позднее приобретение. Вы не можете осознать себя, если рядом нет другого. Без другого человека вы не сможете определить, где вы, а где не вы, — ваше определение себя происходит посредством другого. Вас определяет существование других, другие люди делают вас отдельными. Через присутствие других вы приходите к ощущению собственных границ. Рядом с другими вы знаете: «Я здесь, а там меня нет». Тогда вы знаете: «Это тело мое, а то — не мое». Тогда то, чем вы являетесь, четко определено — определено существованием эго других людей. Если бы не было никого другого, вы никогда не осознали бы себя как личность.

Бог не может обрести эго. Он не может сказать «я», потому что нет «ты», он не может обнаружить свои границы. Бог неопределим, потому что определение означает проведение границ, а целое не имеет никаких границ. Целое — это то, что не имеет границ, что безгранично.
Мы не можем представить себе бесконечность — все, что ум может себе представить, конечно. Даже когда мы думаем о бесконечном, мы представляем себе его как что-то очень большое, но конечное. Мы не способны вообразить безграничное существование, но, тем не менее, существование безгранично. Можете вы себе это вообразить или нет, не имеет никакого значения.
Ум не способен постичь неопределимое, потому что уму нужны определения, четко очерченные границы. Именно поэтому бог, существование, не может быть понят умом.

Бог неопределим. Но мы используем местоимение «он» и для обозначения личности, и для обозначения бога. Но когда для обозначения бога мы говорим «он», это вводит в заблуждение, потому что бог тогда предстает личностью. Правда, другого слова нет. Иногда кажется, что лучше было бы назвать бога «это», но поскольку так мы называем неодушевленные предметы, бог тогда превратился бы в неодушевленный предмет. Наш язык не предназначен для выражения неопределимого, поэтому нам не остается ничего лучшего, как использовать слово «он». Но бог вовсе не личность: бог не-личность, не-эго. И бог не может быть ответственным.

Будущее неизвестно. Любое действие, любое событие — только фрагмент, кусочек целой картины. Мы не знаем целого и поэтому не можем выносить о нем истинных суждений. Это как страница, вырванная из романа, — как вы можете судить о романе, прочитав лишь одну страницу? Вы ничего не знаете о романе. У вас в руках только фрагмент — у него нет ни начала, ни конца. Наверняка вы скажете: «Я хотел бы сначала прочитать всю историю. Иначе трудно что-нибудь сказать. Одной страницы недостаточно».
Такие слова, как «хорошее» и «плохое», просто удобны в использовании, утилитарны; они не экзистенциальны. Но мы не можем существовать, не разделяя мир на хорошее и плохое, наше общество может существовать только в этом разделении.
Все наши вердикты о хорошем и плохом, о красивом и безобразном — не более чем правила дорожного движения. Мы должны их создавать, но они не являются непреложными истинами. «Держись правой стороны» или «держись левой» — не имеет никакого значения. Но ни одно общество не может делать и то и другое одновременно: вы должны держаться либо правой стороны, либо левой. Правила имеют прикладное значение, они не естественны и не абсолютны.
Дороге совершенно безразлично, держитесь вы правой или левой стороны, но движение транспорта требует определенных правил. Если транспорта мало, правила не нужны; но чем более сложным становится движение, тем больше нужно правил. В деревне нет нужды в правилах дорожного движения, а в большом городе правила необходимы.
По мере того как общественный строй развивается и становится все более сложным, ему требуются все более ясно обозначенные нравственные правила; иначе жить будет невозможно. Но нравственные правила, любые концепции хорошего и плохого — просто средства, определенным образом служащие обществу.

Вы не отдельны, не отделены от существования, вы — часть всего существующего. Вы слиты с существованием не механически, а органически.
Но это осознание приходит, только если вы не амбициозны. Только не амбициозный ум религиозен. Если вы амбициозны, это значит, что ваш ум к чему-то стремится, за чем-то гонится. Он занят достижением, он не хочет быть просто самим собой. Амбиции — это напряжение, а напряжение препятствует встрече с божественным. Но если встреча произошла, вас больше нет. Встреча с божественным полностью вас очищает, полностью поглощает вас. Только тогда приходит любовь. Смерть вашего эго — это рождение любви.
Обычно мы принимаем за любовь нечто противоположное ненависти. Но тот, кто знает истину, тот понимает, что любовь — это противоположность эго. Истинный враг любви — не ненависть, истинным врагом любви является эго. А ненависть и то, что мы обычно понимаем под любовью, — это две стороны одной медали. Любовь приходит, когда вас нет, когда нет эго. А эго нет, вас нет, когда вы не амбициозны. Момент отсутствия амбиций — это момент медитации. В момент отсутствия амбиций, когда вы ни к чему не стремитесь, ничего не просите, ни о чем не молитесь, когда вы полностью удовлетворены тем, кто вы есть, ни с кем себя не сравнивая, — в такой момент вы прикасаетесь к глубочайшему источнику божественного. И вы не просто соприкасаетесь с ним, вы погружены в него, вы с ним едины.
Тогда любовь течет. Тогда вы можете быть только любящим — больше вам ничего не остается. Тогда любовь — уже не противоположность ненависти. Нет ни любви, какой мы ее знали, ни ненависти; и то и другое исчезло. Теперь в вас вырастает совершенно другое качество, любовь в совершенно новом измерении.
Теперь ваша любовь — это определенное состояние ума, а не взаимоотношения. Она ни на кого не направлена. Нельзя сказать, что вы кого-то любите, скорее, вы просто любящи. Другого человека нет, возлюбленного нет, вы просто любите все, что приходит в соприкосновение с вами. Вы сами и есть любовь; вы живете в любви. Она стала вашим ароматом.
Даже когда вы одни, любовь остается, аромат остается, словно цветок на пустынной тропинке. Никто не идет мимо, но цветок там, и аромат там. Нет никого, кто мог бы увидеть его, насладиться им, но цветок продолжает безмолвно благоухать. Благоухание есть сокровенная природа цветка. Цветок безмятежен, и аромат является частью его природы. Цветок не прикладывает усилий, чтобы источать его, — это происходит само собой.
Когда эго нет, любовь приходит как аромат, как цветение вашего сердца. И, никому не адресованная, источается постоянно. Совершенно ни на кого не направленная, она становится молитвой. Направленная любовь вырождается в секс; когда она не направлена, она вырастает до молитвы.

Бог — это экзистенциальный поиск; это исследование, а не вопрос. Так что нет никаких ответов на вопрос: «Существует ли бог?» Тот, кто дает готовые ответы на этот вопрос, решительно ничего не знает. Нельзя сказать, что бог существует, но также нельзя сказать и то, что бога нет. Оба ответа неприемлемы, потому что ни один вопрос не может затронуть подлинную проблему. Мы хотим готовых ответов, потому что пытаемся избежать страданий, которые приносит любовь, которые приносит жизнь, существование, бог. Мы хотим плыть на безопасном корабле: мы хотим получить ответы и обойтись без страданий. Но страдание — это рождение; через страдание возможен экстаз. Вы должны пройти через темную ночь души, чтобы прийти к рассвету. Вы не должны спрашивать, что такое рассвет. Вам нужно прожить темную ночь, чтобы узнать это.

Бог — это поиск, а не вопрос, а вместо поиска нельзя получить ответ. В поиск нужно отправиться; в него нужно глубоко погрузиться. Вы должны будете отдаться ему целиком и полностью; вы должны будете броситься в этот поиск. Именно это и страшно: броситься в неизвестное, в неизведанное.
Вы боитесь, поэтому сидите на берегу и задаете вопросы. И, конечно, всегда находятся люди, которые с удовольствием вам отвечают. Вы должны войти в воды неизвестного, но в неизвестное нельзя войти с готовыми ответами. Готовые ответы ограждают вас от неизвестного. Вам нужно войти в неизвестное в полной незащищенности, ничего не зная. Это необходимость — и с этим ничего не поделаешь. Прыгнуть в неизвестное значит найти истину, экстаз. Когда вы находите божественное сами, это не просто ответ, это трансформация: вы становитесь едины с божественным.

Но этого не случится, если у вас есть какой-либо ответ; ответы всегда изолируют вас, обособляют. Вы можете собирать ответы и накапливать их в своей памяти. Вы соберете великое множество ответов, но вопрос останется, не разрешится.
Этот вопрос не может быть решен обычным образом. Он может быть решен только трансформацией. Когда вы встречаетесь с божественным напрямую, непосредственно, когда божественное перед вами, а вы перед божественным, без всяких преград между вами, тогда вы встречаетесь с огнем, тогда вы трансформируетесь. Вы становитесь едины с божественным огнем, вы и огонь теперь нераздельны. Вы уже никогда не станете спрашивать: «Что такое бог?» — потому что вы знаете его. Вы уже никогда не станете отвечать на вопрос: «Что такое бог?» — потому что вы и он — одно.
Те, кто знают, не дают ответов на этот вопрос, не делают никаких заявлений, все хранят молчание. Они могут указать определенное направление, но указывать — не значит заявлять, это просто жест. Из-за ограничений языка, из-за ограниченности человеческого ума, из-за скудных возможностей слов, вопросов и ответов можно только направить, только показать нужную сторону.

Бог — это живая встреча, а не вопрос. И через божественное приходит любовь. Но познать божественное можно только тогда, когда вы не амбициозны. Будьте не амбициозными, и вы познаете.
Не равняйтесь на тех, кто позади вас, потому что позади никого нет; не равняйтесь также на тех, кто впереди, потому что и впереди никого нет. Не сравнивайте себя ни с кем. Каждый из вас одинок. Только вы сами похожи на себя, никто другой на вас не похож. Просто будьте теми, кто вы есть.

И это не означает бездействовать. Будьте активными, но исходите из собственной энергии, не сравнивайте себя с другими. Цветите сами по себе, а не в сравнении с другими. Когда нечего сравнивать, ум полностью неподвижен, и божественное само привлекает вас, вам доступны проблески божественного.
И, познав однажды блаженство таких проблесков, вы поймете бессмысленность, нелепость и совершенно ненужную болезненность амбиций. Тогда ум останавливается сам. Он становится совершенно тихим, безмолвным, недостигающим. В этот момент тишины происходит прыжок. И после прыжка проявляется бог. После прыжка есть любовь — любовь следует подобно тени.

Глава 9
Неизвестная жизнь Иисуса
Был ли Иисус в полной мере просветленным?

Да, он был полностью просветленным. Но поскольку он жил среди людей, которые совершенно ничего не знали о просветлении, ему приходилось говорить на таком языке, как будто бы он — обычный человек. Ему приходилось использовать такой язык, потому что в то время и в том месте другой возможности не было, — только так его могли понять.
Иисус был просветленным существом. Феномен воскресения кажется непостижимым с точки зрения христианской догмы, но не с точки зрения йоги. Согласно йоге — и этому есть множество доказательств — человек может полностью умереть, на самом деле не умирая. Сердце останавливается, пульс прекращается, дыхание прекращается — в йоге даже есть методы обучения этому.

...После периода молчания Иисус все больше и больше вовлекался в деятельность, которая казалась скорее социальной и политической, чем религиозной. Это было необходимо, потому что все что он говорил, понималось неправильно.
Перед самым распятием, в последний момент, Пилат задал Иисусу вопрос:
«Что есть истина?»
Иисус промолчал. Это был ответ Будды. Только Будда хранил молчание, полное молчание. И Иисус хранил молчание.
Иисус говорил об ином мире в терминах этого мира, а его слова понимали буквально. Он жил с небольшой группой учеников, тихо и скрытно продолжая свою работу. И я чувствую, что до сих пор существует некая тайная, эзотерическая традиция. Если вы забудете про христианское учение и вернетесь назад, чтобы открыть Иисуса вне христианства, вы получите только пользу. В наше время христианство стало препятствием для познания.
В конечном итоге внешняя группа превращается в организацию. И первое, что должна сделать организация — это уничтожить собственную эзотерическую часть, потому что эзотерическая группа всегда доставляет беспокойство. Под видом ереси христианство всегда разрушало эзотерическое.
Да, Иисус был просветленным существом, подобно Будде, Махавире, Кришне.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

Пред.

Эзотерическая литература