6 Сквозь смерть

[просто Соня]

Ограничения движка таковы, что для публикации следующего поста
надо выждать несколько часов.
Надеюсь, заинтересовавшимся книгой проще будет пройти по ссылке,
чем мне претерпевать такие муки

https://forum.arimoya.info/threads/06-Сквозь-смерть.5391/page-8#post-158203

Добавлено спустя 3 минуты 36 секунд:
Навстречу смерти. Практические советы и духовная мудрость тибетского буддизма - Эндрю Холечек

https://www.koob.ru/holecek/navstrechu_smerti



Эндрю Холечек
Навстречу смерти
Практические советы и духовная мудрость
тибетского буддизма
Самадхи. Москва. 2016

Вступительное слово

если мы достаточно преуспеем в искусстве медитации, то во время умирания и в бардо мы увидим и реализуем изначальное осознавание, истинную просветлённую природу нашего ума — обнажённую, такую, какая она есть. Это исконное осознавание есть изначальная мудрость с её пятью аспектами и пятью семействами будд в их чистых землях. Всё это — естественная лучезарность и исконная сила самогó недвойственно проявляющегося, незримо и неограниченно пребывающего и безусильно действующего изначального осознавания. Если мы сможем реализовать и поддерживать его, мы достигнем состояния будды. Хотя во время смерти все мы видим изначальное осознавание, истинную природу ума, это переживание настолько скоротечно, что большинство из нас не только не может поддерживать, но даже не замечает его. Многие важные буддийские тексты о смерти уделяют основное внимание реализации сияющего бардо дхарматы.
Однако большинство из нас не занимаются практикой медитации всерьёз, и уж конечно не являются мастерами высокого уровня. Так что нам не стоит надеяться реализовать мудрость изначального осознавания в самые неспокойные моменты умирания и бардо, а следует сосредоточиться на трансформации двойственных привычек ума, бурных эмоций и чувственных переживаний в благие качества посредством молитвы и медитации на преданности, свете и любящей доброте. Такая практика более проста — и очень полезна.
«Навстречу смерти» — это крайне своевременный подарок всем нам, стремительно несущимся к критическому моменту физической смерти. Здесь исключений быть не может. Мы все умрём. Эта книга наполнена нектаром религиозной и практической мудрости, позволяющей наилучшим образом использовать исключительно ценное время оставшейся нам жизни. Она изобилует понятными и полезными подробностями и пропитана великими любовью и заботой. Это справочник для всех, кто понимает, что умрёт, и хочет, чтобы его путь освещал дарящий счастье и благословение свет Дхармы.
— Тулку Тхондуп

Введение

Смерть — одно из самых драгоценных переживаний в жизни. Это в буквальном смысле тот шанс, который выпадает лишь раз. Карма, которая привела нас в эту жизнь, иссякает, временно оставляя «чистый лист», а карма, которая толкнёт нас в следующую жизнь, ещё не кристаллизовалась. Так мы оказываемся в уникальной «ничьей земле», в потустороннем мире, который тибетцы называют «бардо» и в котором может осуществиться множество чудесных возможностей. В это особенное время при поддержке искусных друзей мы можем достичь быстрого духовного прогресса и напрямую повлиять на то, где переродимся. Более того: мы даже можем достичь просветления. Буддийские мастера заявляют, что благодаря этому кармическому зазору в смерти больше возможностей для просветления, чем при жизни. «Это промежуточное время [бардо]... — лучшее время, чтобы попытаться сознательно внести позитивные изменения в причинно-следственный процесс эволюции. В этом промежутке наш эволюционный импульс крайне нестабилен, и в подобном кризисном состоянии мы можем совершить большой скачок — как вперёд, так и назад».
Однако смерть страшит даже тех, кто занимается духовными практиками. Мы боимся её, потому что это нечто неведомое. Мы не ждём смерти, потому что не знаем, чего нам ждать. Для большинства из нас она остаётся великой загадкой. Смерть — это окончательное затмение, то, чего следует избегать любой ценой. Но у нас всегда есть выбор. Мы можем продолжать проклинать тьму или включить свет. Смерть — не время для колебаний и смятения. Это время для уверенных сострадательных действий. Лама Сопа Ринпоче говорит: «В это время люди действительно должны что-то сделать для умершего; это самое важное время для человека». В «Тибетской книге мёртвых» сказано: «Это линия, разделяющая будд и живых существ. Об этом моменте говорится: в один миг они разделяются; в один миг — полное просветление». Отношение к бардо, лишённое отвлечений, — это линия, отделяющая будд от живых существ.

Эта книга поможет вам подготовиться к смерти. Она основана на богатейших знаниях тибетской танатологии и содержит множество библиографических ссылок (для тех, кто хочет больше узнать о сложном феномене бардо). Однако главная задача этой книги,— быть практическим руководством, справочным пособием. Момент смерти, как и момент рождения, — это время, когда нам больше всего нужна помощь. Начало и конец жизни сопряжены с уязвимостью, смятением — и одновременно с богатством возможностей. В обоих случаях мы вступаем на новую территорию — в мир живых или в мир мёртвых. Умирающий и те, кто за ним ухаживает, могут создать условия, позволяющие извлечь из этого бесценного события всю возможную пользу. Мы узнаем, что надо делать и когда это делать.

Парадоксально, но фиксация на идее «хорошей смерти» может помешать хорошо умереть. Если мы будем считать, что наше умирание пойдёт по намеченному плану и что за идеальной подготовкой последует идеальная смерть, мы искусственно приуменьшим загадочность этого поистине таинственного процесса. Покориться важнее, чем контролировать. Хорошую смерть определяет полная открытость всему, что возникает. Так что я не сравниваю вашу смерть ни с какой другой и не считаю, что вы должны умереть определённым образом. Пусть ваша жизнь и ваша смерть будут вашими собственными. В жизни есть вещи, которые мы просто делаем по-своему. Это означает, что обширная литература об осознанном умирании является как благословением, так и проклятием. В какой-то момент нам придётся просто нырнуть в смерть с умом новичка, в предвкушении неведомых приключений. Образы идеальной смерти создают ожидания, модель, которой, как нам кажется, мы должны соответствовать. Если опыт окажется отличным от наших ожиданий, мы можем запаниковать. «Должно быть по-другому», «Я не рассчитывал, что всё будет именно так». Смерть неразрывно связана с отпусканием. Включая отпускание любых ожиданий. Опасность слишком подробного изучения смерти в том, что мы можем попытаться «заказать» опыт в определённой упаковке, втиснуть реальность в смирительную рубашку наших представлений. Лучший подход — это срединный путь. Узнайте столько, сколько сможете. Изучайте, практикуйте, готовьтесь. А после — отбросьте всё, и пусть этот естественный процесс протекает естественно. Отбросьте карту и бесстрашно вступите на территорию. Это похоже на подготовку к большому путешествию.
Мы стараемся собрать всё необходимое. Но когда путешествие начинается, мы просто наслаждаемся им. Мы не пытаемся сделать его безупречным. Иногда величайшие приключения начинаются, если мы свернём не туда или заблудимся. Всесторонне подготовившись, мы расслабляемся со знанием того, что у нас есть всё необходимое. Зачастую лучшее, что мы можем сделать, — это отойти в сторону и позволить смерти произойти естественным образом. Смерть умеет о себе позаботиться. Как однажды сказал мой друг, «умереть не сложно, гораздо сложнее жить». Однако иногда бывает полезно вмешаться и действовать решительно. Смерть — время эмоций, спутником которых часто бывает замешательство. Грамотное руководство может принести большую пользу. Цель этой книги — обеспечить такое руководство. Опирайтесь на неё, а затем сделайте с ней то же, что и с самой смертью — отпустите её.

Краткий обзор книги

Центральным ориентиром в тибетском мире, а также каркасом этой книги служит учение о трёх бардо смерти: мучительном бардо умирания, сияющем бардо дхарматы и кармическом бардо становления. Если описать эти бардо вкратце, мучительное бардо умирания называется мучительным из-за боли отпускания. Сияющее бардо дхарматы начинается с окончанием бардо умирания. Для большинства из нас оно проходит незаметно. Слово «дхармата» означает «таковость» и указывает на природу реальности, просветлённое состояние. Оно названо «сияющим» в силу своей невообразимой лучезарности. Оно настолько яркое, что ослепляет нас, и мы теряем сознание. После этого мы с изумлением просыпаемся в кармическом бардо становления. Таковость исчезает, и с возвращением кармы, которая должна ввергнуть нас в следующее рождение, возникает замешательство. Весь процесс занимает примерно сорок девять дней и будет описан весьма подробно.
Разные существа по-разному проходят через бардо. Большинство учителей говорят, что культурные отличия и индивидуальные особенности являются источником разнообразия переживаний. Действительно, почему христианин или мусульманин, чья вера существенно отличается от буддизма, должен переживать смерть так же, как буддист?

Как мы увидим, путешествие сквозь бардо — это путешествие сквозь ум. С буддийской точки зрения сущность ума всех существ одинакова. Однако поверхностные структуры, скрывающие эту сущность, различаются. Таким образом, путешествие сквозь поверхностные структуры (бардо умирания) в сущность ума (бардо дхарматы), а затем — из неё (бардо становления) не всегда одинаково. Однако общая модель трёхступенчатого процесса универсальна. Хотя у тибетцев имеются захватывающие описания этого процесса, которые
легко перевести на язык нашей собственной традиции, современные мастера признают существование случаев культурной изолированности и вытекающих из неё особенностей. Тема противопоставления универсальной истины и культурных особенностей возникает каждый раз, когда учения древней традиции мигрируют в современность.
... потратив столько времени на проникновение в загадки собственного ума, я убедился в истинности поразительных учений о бардо. Любой из нас может проверить всё
нижесказанное на собственном опыте — если только захочет совершить эти открытия. Я поделюсь тем, что эта мягкая и заботливая, но в то же время бесстрашная традиция предлагает в виде бесценного дара всему человечеству.

Как использовать эту книгу

Эта книга представляет собой полноценный справочник, энциклопедию смерти. Тема изложена коротко и прямолинейно, что соответствует концентрированной интенсивности переживания смерти. Это подборка информации, к которой вы сможете обратиться, когда это вам действительно потребуется. В задачи книги не входит изложение обширных и необъятных теоретических знаний о бардо. Её цель — быть простой и практичной. Хотя материал подан в сжатой форме, я старался сделать его настолько удобным в использовании, насколько это возможно. Я отдаю себе отчёт в том, что в нашу суетную эпоху немногие найдут время, чтобы прочесть книгу такого объёма от корки до корки, — точно так же, как многие слишком заняты, чтобы умереть внимательно и осознанно. Смерть — очень досадная штука. Но оказаться неготовым к ней — ещё досадней.

Привыкание

Ключ к мягкому преодолению сложностей смерти — в привыкании, или близком знакомстве. Если вы позаботитесь о некоторых деталях сейчас, то в момент смерти сможете расслабиться, а расслабиться — это лучшее наставление по умиранию. Расслабление же рождается из привыкания.

Часть 1
ДУХОВНАЯ ПОДГОТОВКА

1. Что сделать для себя перед смертью
Даже если вы должны умереть завтра, сегодня вечером вы должны к этому готовиться.
— Сакьонг Мипам Ринпоче
К тому, кто подготовился и занимался духовной практикой, смерть приходит не как поражение, а как триумф и самый славный момент жизни — как её венец.
— Согьял Ринпоче

Как прожить хорошую жизнь и научиться отпускать Самая важная часть духовной подготовки к смерти — жить подлинно духовной жизнью. Мы умираем так же, как живём. Как сказал о смерти поэт Кабир, «то, что обнаруживается тогда, обнаруживается уже теперь».. Максима «Карма о тебе позаботится» напрямую применима к смерти. В сущности, карма — это привычка. Это импульс повторяющихся действий, которые входят в привычку. В наших собственных интересах развить как можно больше положительных привычек. В «Маханама-сутте» Будда говорит: «Подобно тому, как в горшке с водой растворённое в воде масло поднимается на поверхность, ваши добродетель, доброта, вера и щедрость поднимутся на поверхность, и вы понесёте их к следующей цели своего путешествия». Практика добросердечия или бодхичитты — это сущность добродетельной жизни и самая лучшая привычка. Бодхичитта или сердце, наполненное любовью и состраданием, также является сущностью Будды. Она очищает от негативной кармы и позволяет накопить позитивную карму. «Самое главное — практиковать бодхичитту. Умереть с бодхичиттой — лучший вид смерти». Постарайтесь сделать так, чтобы вашим эмоциональным состоянием «по умолчанию» была бодхичитта. Иначе говоря, задумайтесь, какова ваша автоматическая реакция на жизненные ситуации, особенно — сопряжённые с трудностями? Если вы не уверены, как поступить в той или иной ситуации, просто откройте своё сердце и любите. Это упражнение в бодхичитте. Если вы будете хорошим человеком и начнёте помогать другим, это создаст импульс, который плавно пронесёт вас через все бардо. Это важно, потому что большинство практик медитации, о которых мы будем говорить, совершенно незнакомы небуддистам. Но хорошая смерть и готовность к ней не являются прерогативой буддистов. Сила добродетели позаботится о любом, кто проживает жизнь с подлинной добротой. Тенга Ринпоче говорит: «Отношение бодхичитты превращает в практику Дхармы даже то, что выглядит как мирская активность». Бодхичитта подготовит вас к смерти. Она расстелит красную ковровую дорожку на вашем пути через бардо. Далай-лама говорит: «Пока я живу, я буду медитировать на бодхичитте. Это придаёт смысл моей жизни. В момент смерти я буду медитировать на бодхичитте. Это поможет мне продолжить путь к просветлению». После этого Его Святейшество добавляет: Если человек взращивает в себе такие духовные качества, как гармония ума, смирение, непривязанность, терпение, любовь, сострадание, мудрость и т.д., он вооружает себя силой и рассудительностью, необходимыми для эффективного решения проблем этой жизни, а поскольку он накапливает ментальное, а не материальное богатство, ему не придётся расставаться с ним после смерти. Ему не придётся вступать в посмертное состояние с пустыми руками.

Мы должны не только жить добродетельной жизнью, но и научиться отпускать. Если мы сумеем пресечь свои привязанности, то и наша жизнь, и наша смерть будут лёгкими. Во многих смыслах весь духовный путь связан с отпусканием и поэтому является подготовкой к смерти. Если мы идём по истинному пути, мы будем готовы. «Многие считают, что практика Дхармы — это подготовка к смерти, что всё, что делает буддизм, — это готовит вас к смерти. И мы действительно готовимся — и готовимся основательно».

Описанные ниже медитации, многие из которых предназначены для ежедневной практики, чрезвычайно полезны в момент смерти. Смысл не в том, чтобы заставить вас практиковать все медитации, а в том, чтобы показать вам, как много вы можете сделать, чтобы подготовить себя наилучшим образом. Эти практики также указывают на то, насколько полезной подготовкой являются даже ваши ежедневные медитации. Практики более высокого уровня часто бывают проще практик для начинающих. Высочайшая практика смерти — это простое расслабление в умирании. Важны качество практики и ваша вера в неё.

Главный редактор первого полного перевода «Тибетской книги мёртвых»* пишет об эзотерических практиках: «В сердце этих навыков медитации лежат практики, посредством которых мастера данных медитационных традиций имитируют процесс растворения сознания в момент смерти... Первоисточник этих учений — прямое, полное и устойчивое, основанное на опыте понимание абсолютной природы ума. Ещё раз повторю, что путешествие сквозь бардо — это путешествие сквозь ум, так что любая медитация, которая позволяет вам познакомиться с собственным умом, готовит вас к смерти.
*) То, что мы называем «Тибетской книгой мёртвых», является переводом всего лишь трёх из четырнадцати глав полного текста. Первый полный перевод был значительным достижением. В свою очередь эти четырнадцать глав входят в более крупный цикл учений (связанных с «Гухьягарбха-тантрой»), состоящий из более чем шестидесяти пяти отдельных текстов.

Все эти различные практики упомянуты потому, что переживание бардо сопряжено с трудностями. Как это бывает в самых ярких путешествиях, события не всегда развиваются по заранее запланированному сценарию. Если не сработал план А для бардо умирания, у нас есть план Б для бардо дхарматы и план В для бардо становления. Держа в своей аптечке первой помощи различные медитации, мы сможем достать одну из них и сделать неудачное путешествие удачным. Самое главное — подготовиться. Как сказал о смерти Чагдуд Тулку Ринпоче, «если вам нужно срочно справить нужду, туалет строить уже поздно».
Наконец, Далай-лама говорит о духе нашего путешествия: Поскольку смерть — это состояние, в котором все грубые уровни энергии и сознания уже растворены и остаются лишь тонкие энергии и виды сознания, йогин может посредством медитации вызвать состояние, практически идентичное действительному переживанию смерти. Это достижимо, поскольку медитация позволяет растворить грубые уровни энергии и сознания. Справившись с этой задачей, медитирующий обретает колоссальный потенциал решительного и
необратимого прогресса на духовном пути. В обычной жизни, зная, что нам придётся столкнуться с трудной или непривычной ситуацией, мы заранее тренируемся и готовимся к
этим обстоятельствам, так что когда событие действительно происходит, мы полностью к нему готовы. Репетиция процесса смерти, а также промежуточного состояния и начала нового существования лежит в самом сердце пути высшей йога-тантры.

Добавлено спустя 8 минут 14 секунд:
Мне преходится публиковать свои дайджесты сразу значительными порциями. Но вынужденные многочасовые промежутки между постами затягивает мою работу
(превращающуюся из радостной в утомительную)
на неопределенное время.
Так что, с вашего позволения, облегчу себе задачу ссылкой на ресурс, где я и подготавливаю эти конспекты к публикации.
https://forum.arimoya.info/threads/06-Сквозь-смерть.5391/page-9#post-158224

[просто Соня]

Практики и учения для подготовки к собственной смерти

Медитация шаматхи

В «Тибетской книге мёртвых», являющейся важнейшим руководством тибетского буддизма, многократно повторяются две главные темы. Первая из них: «Не отвлекайся». Она связана с шаматхой, способностью сохранять неподвижность ума, сосредоточенного на любом происходящем событии или объекте. Стабильность, достигаемая в шаматхе, позволяет вам с уверенностью смотреть в лицо любому переживанию. В жизни и — что ещё важнее — в смерти отвлечение имеет огромную силу. Паскаль писал: «Отвлечение — это единственная вещь, утешающая нас в наших мучениях и одновременно являющаяся величайшим из наших мучений».
Шаматха избавляет нас от этого мучения. Шаматха, или умиротворённое пребывание — это базовая форма медитации внимательности. Внимательность является мощной подготовкой, поскольку она не растворяется в момент смерти. В момент смерти развитые навыки этой практики сами по себе послужат нам духовным спасательным тросом, за который мы сможем держаться в бардо и который вытянет нас из опасных ситуаций.
Один из лучших способов подготовки к смерти — научиться принимать её и сохранять полное присутствие в процессе умирания. Полное присутствие — это сущность внимательности, которая развивается посредством шаматхи. Поскольку смерть вызывает дискомфорт, быть с нею сложно. Как сказал Вуди Аллен, «я не боюсь смерти — я просто не хочу при ней присутствовать». Большинство из нас не присутствуют при своей смерти, тем самым усложняя её. Чтобы понять, о чём идёт речь, вспомните, как тяжело поддерживать полное присутствие, когда вы больны. Большинство из нас хочет оказаться где-нибудь ещё. При отделении жизненной силы от тела даже опытные практикующие могут почувствовать боль. Сопротивление этой боли, сопротивление смерти или любому другому нежелательному событию порождает страдание. Мы можем научиться принимать дискомфортное состояние смерти, если будем с внимательностью принимать каждый момент прямо сейчас. Замените противостояние равностным отношением. Как сказал Дзогчен Понлоп Ринпоче, «если вы умираете, будьте умирающим полностью и безоговорочно». Если сейчас не время для жизни, не пытайтесь быть живым.
Медитация внимательности практикуется во всех школах буддизма. Это фундаментальная медитация, на которой основываются все остальные. Без прочного основания внимательности другие практики не будут стабильными. Говорят о трёх формах внимательности. Первая из них — это «намеренная внимательность», как таковая являющаяся одним из ментальных факторов и растворяющаяся, когда ментальные факторы растворяются в сиянии (см. «Внутреннее растворение»).
Второй, говорящий о более высоком уровне развития тип внимательности, — это «безусильная внимательность», то есть внимательность, осознающая истинную природу ума. С усилением реализации внимательность достигает ещё более высокого третьего уровня: неконцептуальной и осознающей «спонтанной внимательности». Две последние формы внимательности не умирают. Далее в этом разделе пойдёт речь о бесформенной шаматхе, являющейся вратами к этим двум последним формам бессмертной внимательности.
Уравнение страдания, предлагающее один из способов работы с ним, таково: страдание = боль + сопротивление. Если вычесть сопротивление, сложное страдание превращается в простую боль.

Сначала внимательность развивается посредством практики шаматхи с формой или шаматхи с опорой. Этот тип шаматхи использует опору на тело, дыхание, чтобы успокоить ум. Идея заключается в использовании устойчивой формы — пока у нас ещё есть такая форма — для стабилизации ума. Когда со смертью физическая стабильность исчезает, нашим основным прибежищем становится стабильность ума.
Когда мы умрём, якорь тела будет оторван, и ум вырвется на свободу. Если мы не готовы к этой свободе, мы можем запаниковать. Представьте, что вас выбросило из космического корабля в открытый космос. Вызванная этим паника может заставить вас цепляться за всё подряд, лишь бы восстановить ощущение опоры. Словно поскользнувшись на льду, мы рефлекторно тянемся и пытаемся ухватиться за всё, что может поддержать нас и не дать упасть. Этот рефлекс цепляния может толкнуть нас к принятию неудачной формы, а значит, неудачного рождения.
Результатом шаматхи является способность помещать своё внимание на любой выбранный объект и сохранять неподвижность ума, избегая отвлечений. Ваша осознанность остаётся там, куда вы её швырнёте, — подобно тяжёлому мешку, шлёпнувшемуся на землю.
Следующим шагом после шаматхи с формой является бесформенная шаматха. Это способность направлять ум на всё, что возникает, а не только на конкретную форму, и сохранять его неподвижность. Вы снимаете с четырёхколёсного велосипеда два страховочных колеса и легко едете
по любой поверхности.
Бесформенная шаматха, или шаматха без опоры, важна, поскольку когда во время смерти тело перестаёт функционировать, у нас не остаётся никакой стабильной формы, на которую мы могли бы направить свою внимательность. Нет ничего устойчивого, нам не на что опереться. Если ум не мечется в поисках любой формы, за которую можно было бы схватиться, в этой точке без опоры бесформенная шаматха позволяет нам успокоить его на любом переживании, не увлекаясь им. То, что у нас нет тела, в которое мы могли бы вернуться, не является более проблемой. Мы просто помещаем свой ум на всё, что происходит, тем самым обретая стабильность. «Перевёрнутые» медитации и «йога бессонницы», о которых пойдёт речь ниже, помогают развить этот навык. Бесформенная шаматха — это спасательный круг, не позволяющий нам утонуть в бурном и пугающем океане переживаний.
За простотой внимательности можно не заметить её глубины. Она — врата к бессмертию. Людвиг Витгенштейн сказал: «Если под вечностью понимать не бесконечное течение времени, а безвременье, тогда вечно живёт тот, кто живёт в настоящем». Трунгпа Ринпоче и Падмасамбхава согласились бы с этим утверждением. Они учили, что существует четыре вида отношения к переживанию времени, делая акцент на четвёртом мгновении. Первыми тремя мгновениями называются условные переживания прошлого, настоящего и будущего. Четвёртое же мгновение вне времени, и потому бессмертно. Оно за пределами первых трёх. Четвёртое мгновение — это прямое переживание бардо дхарматы, которое, как мы увидим, лежит вне времени и пространства. Чтобы получить опыт бессмертной дхарматы, не обязательно умирать. Она тихо лежит между любой парой мыслей — а не только между парой жизней. Бардо дхарматы есть между любыми двумя мыслями (это промежуток безмолвия между ними), между любыми двумя днями (глубокий сон без сновидений) и между любыми двумя жизнями. Смерть подобна длинной паузе между двумя циклами дыхания. См. рис. (песочные часы), на котором четвёртое мгновение показано как точка безвременья в центре. В данном контексте верхняя часть песочных часов может символизировать прошлое, центральная точка — настоящее (а также портал, ведущий к четвёртому мгновению), а основание — будущее. О четвёртом мгновении см. [Padmasambhava].
Хотя четвёртое мгновение лежит за переделами остальных трёх мгновений, в нём можно оказаться лишь пройдя через лазейку в настоящем. Иными словами, «сейчасность» — это узкий проход, ведущий в вечность. Айенгар сказал: «Йогин учится забывать о прошлом и не помышляет о будущем. Он живёт в вечном настоящем».
Если вы не видите дхармату в пространстве между мыслями, вы можете понять, что это такое, когда поглощены какой-то деятельностью. Это гармоничное переживание четвёртого мгновения — вход в мир, где время исчезает, а значит, исчезаете вы. жизнь обретает смысл только в те мгновения, когда „я“ растворяется в какой-то задаче. Цель жизни не в том, чтобы найти себя. Она в том, чтобы потерять себя».
Фокус в том, чтобы потерять себя правильно. Если вы теряете себя в мыслях, воспоминаниях, ожиданиях или в жизни вообще, это просто отвлечение, противоположное шаматхе. Правильно потерять себя значит обнаружить четвёртое мгновение. Это позволяет вам оказаться на месте реальных событий, в эпицентре, а не где-то на периферии.
Это волшебное состояние, близкое к тому, что психологи называют «состоянием потока», а спортсмены — «зоной», не обязано возникать случайно.
Зону четвёртого мгновения можно развить, если научить ум присутствовать. Чем больше вы практикуете внимательность, тем чаще попадаете в зону. Тот, кто развил шаматху, может позволить своему уму покоиться в медитативной поглощённости, или самадхи, и ощутить вкус бессмертия. Он вошёл в бессмертную зону полного присутствия.
Несмотря на все сложности бардо, медитации, которые нас к ним готовят, не обязаны быть сложными по определению. Простота и расслабление — два ключевых наставления для прохождения бардо. Не нужно недооценивать силу внимательности. Наропа сказал: «Поскольку [в бардо] сознание не имеет опоры, намерение внимательности сложно стабилизировать. Но умеющий поддерживать внимательность не встретит помех на пути. Даже одна сессия медитации в этом промежуточном состоянии может привести к освобождению».

Медитация випашьяны

Вторая главная тема «Тибетской книги мёртвых» такова: «распознавание и освобождение одновременны». Это связано с випашьяной, практикой медитации особого видения. Шаматха успокаивает ум, а випашьяна позволяет его увидеть.
Ясно видя свой ум, мы можем понять, как он функционирует. Это помогает нам искусно работать с ним. В бардо нам «приходится» работать со своим умом — просто потому, что там нет ничего другого. Внешний мир исчез, тело исчезло, так что реальностью становится ум. Благодаря медитации особого видения мы обнаруживаем, что всё возникающее в бардо — просто проявления ума. Такое распознавание освобождает нас.
Подобно тому как распознавание того, что мы спим, в состоянии сна (осознанное сновидение) освобождает нас от страданий сновидения, распознавание того, что мы находимся в бардо, освобождает нас от страданий бардо. Пока мы не осознаем своё сновидение, оно будет швырять нас туда-сюда как кусок пенопласта, попавший в бурный поток. Однако как только мы пробуждаемся к сновидению, при этом оставаясь в нём, правила игры резко меняются. Теперь мы полностью управляем переживаниями, которые только что управляли нами. Как во сне, так и в смерти этот уровень распознавания и связанное с ним освобождение достигаются посредством випашьяны, или «особого видения».
Вместо того чтобы верить в реальность устрашающих видений бардо и погружаться в кошмар, мы можем проснуться в бардо. Мы делаем это, распознавая все видения как проявления нашего собственного ума. Такое распознавание можно пережить в медитации. В наставлениях по медитации говорится, что мы должны отмечать всё, что нас отвлекает, как «мысли». Наше особое видение растворяет отвлекающую мысль при первом контакте с ней. Отмечание и освобождение одновременны.
Не распознавая мысли, мы словно проваливаемся в сон, хотя кажется, будто мы продолжаем бодрствовать. Любая дискурсивная мысль — это мини-сон. Проваливаясь в мышление без внимательности, мы проходим через жизнь — и вследствие этого через смерть — как во сне. Когда во время медитации мы произносим «мысли», мы будто говорим: «Проснись!» Мы просыпаемся и возвращаемся к реальности, а не к своим сновидениям (мыслям) о ней. Если в течение дня мы сможем проснуться и быть внимательными, мы также сможем проснуться в бардо, после того как умрём. С этим связано значение слова «будда» — «пробуждённый». Пробуждение — плод шаматхи и випашьяны.
Мы уже говорили, что в бардо ум (мысль) становится реальностью. К чему вы сможете вернуться, если не будет ума? Вы просто вернётесь к этому распознаванию. Как и в осознанном сновидении, вы осознаёте, что всё возникающее — лишь игра вашего ума. Это позволяет вам быть свидетелем всего, что проявляется, без вовлечения. Поскольку у вас больше нет ни тела, ни какого-либо другого материального объекта, в котором вы могли бы найти прибежище, вы принимаете прибежище в самом распознавании (осознавании). С этой пробуждённой точки зрения неважно, что происходит. Всё это лишь проявления ума.
/Именно поэтому йога сновидений, о которой пойдёт речь ниже, является жемчужиной практики подготовки к бардо, а шаматха и випашьяна — лучшим способом подготовки к йоге сновидений. Кроме того, мы только что впервые ощутили могущественную силу равностного отношения. Всё, что возникает, одинаково в том смысле, что является только умом./

Четыре напоминания

Четыре напоминания, или четыре мысли, поворачивающие ум, — это важная практика подготовки к смерти, поскольку они наконец позволяют повернуть внутрь ум, непрерывно глядящий наружу. Они, как и внимательность, предоставляют способ работы с отвлечениями. Они делают ключевое указание «не отвлекайся» более простым в исполнении. Четыре напоминания показывают нам, что проблема не только в сиюминутных отвлечениях, но и в отвлечениях на уровне всей нашей жизни. Без постоянных напоминаний мы можем стать небрежными и впустую потратить всю свою жизнь.
/Эти четыре краткие формулировки, также называемые четырьмя разворотами, сочинил Падмасамбхава. Они - символ прогулок Сиддхартхи, сделавших из молодого принца Будду. Во время этих прогулок Сиддхартха столкнулся со старением, болезнью и смертью, развив дух отречения, превративший его из чипы (внешнего, или чужака) в нангпу (внутреннего, или своего)./
Трунгпа Ринпоче сформулировал эти напоминания так:
1.
2. Этот мир не вечен, а его обитатели смертны. Жизнь существ подобна пузырькам на воде. Смерть придёт без предупреждения, и тогда это тело станет трупом. В этот момент мне поможет лишь Дхарма. Я должен усердно практиковать её.
3. Когда придёт смерть, я буду беспомощен. Поскольку я создаю карму, я должен отринуть все злодеяния и постоянно посвящать себя благим делам. Думая таким образом, я буду проверять себя каждый день.
4. Дом, друзья, богатство и комфорт сансары есть непрерывная пытка трёх страданий. Они подобны пиру перед тем, как палач отведёт вас на казнь, так что я должен отсечь желание и привязанность и достичь просветления усердным трудом.
Как долго следует размышлять над этими напоминаниями? До тех пор, пока наш ум не развернётся и мы не перестанем надеяться на сансару, осознав, как глупо искать счастье во внешнем мире.
/ Согьял Ринпоче пишет: «Помню ли я в каждый момент о том, что умираю — как умирают все и вся? Стало ли моё понимание смерти и непостоянства таким острым и неотложным, что каждую секунду я посвящаю движению к просветлению? Если вы можете ответить „да“, вы действительно поняли, что такое непостоянство»/
если мы повернём свой ум и посмотрим в верном направлении, мы увидим путь к хорошей жизни — и хорошей смерти. Вместо того чтобы увлекаться внешними конструктами ума, мы наконец займёмся изучением программы самого ума.
Значение этих напоминаний как предварительной практики невозможно переоценить: если мы действительно найдём им место в своём сердце, путь к просветлению будет наполовину пройден. Эти размышления заставляют осознавание предпочитать себя объектам, которые воспринимаются как внешние. Они ум направляют его на истинное наслаждение, которое можно найти лишь внутри.
«если человек знает, что через две недели будет повешен, это прекрасно сосредоточивает его ум». Четыре напоминания не дают нам тратить время впустую. Один из лучших способов подготовиться к смерти — это признать, что мы действительно умрём. Мы падаем в чёрную пропасть и понятия не имеем, что ждёт нас на дне. «Жизнь — что-то вроде заключённого, приговорённого к смерти. Признание собственной смертности означает, что мы хотим видеть истину. Видение истины возвращает нас на землю. Оно возвращает нас в настоящее». Мы все знаем, что умрём. Но мы не чувствуем этого нутром. Если бы мы это чувствовали, то практиковали бы с таким рвением, словно на нашей голове загорелись волосы и мы пытаемся сбить огонь.
Трунгпа Ринпоче сказал, что до тех пор, пока мы не впустим смерть в своё сердце, наша духовная практика останется дилетантской. «Хотя мы стараемся об этом не думать, практически единственное, в чём мы можем быть уверены в этой жизни, — это то, что однажды мы умрём, и тогда всё останется позади. И всё же, парадоксальным образом, в это почти невозможно поверить. Похоже, наша собственная смерть не входит в то, что кажется нам реальностью. Мы сомневаемся в единственной вещи, которая совершенно несомненна».
Мы видим, как рядом умирают другие люди, и всё же по какой-то причине чувствуем, что мы будем исключением. В индийской «Махабхарата» мудрому Юдхиштхире задают вопрос: «Что в жизни удивительней всего?». Юдхиштхира отвечает: «То, что человек, видящий, как вокруг него умирают другие люди, не задумывается о том, что сам он умрёт». Однако если мы признаем смерть и сделаем её своим советчиком, она расставит приоритеты в нашей жизни, разожжёт в нас дух отречения и станет стимулом для практики медитации. Будда сказал: «Среди всех отпечатков ног величайший и глубочайший — отпечаток ноги слона. Среди всех размышлений величайшее и глубочайшее — размышление о непостоянстве».
Привнесите эти высочайшие напоминания в свою жизнь. Поставьте фотографии умерших близких на свой стол, приклейте напоминания со словами «смерть». Суть духовной практики — это памятование, будь то памятование о необходимости вернуться в настоящее или памятование об истине непостоянства. Делайте всё возможное, чтобы осознать, что ваше время истекает и что вы можете умереть уже сегодня. Вы буквально в одном вдохе от смерти. Выдохните, не вдыхайте — и вы мертвы.
Одна из отличительных черт ученика, достигшего высокого уровня, в том, что он наконец осознаёт: возможно, это случится именно сегодня.
Эти учения убеждают нас не тратить свою жизнь впустую — чем большинство из нас занимаются как в прямом, так и в переносном смысле.
Инвестируйте свою жизненную энергию с умом. Используйте подаренную вам бесценную возможность и не тратьте жизнь понапрасну.
Мы живём, отрицая смерть, и наши страдания во время смерти прямо пропорциональны силе этого отрицания. В одном-единственном слове «непостоянство» заключён весь спектр страданий сансары.
«Сила шаматхи в том, что наш ум замедляется и стабилизируется достаточно для того, чтобы выявить реальность, на самом деле увидеть её. Это называется силой ума». Такая стабильность естественно сияет, стабилизируя ум умирающего и помогая ему, когда всё остальное уносится прочь.

Подготовка к внезапной смерти

Что делать, если нам грозит смерть от несчастного случая?
Наставление простое: направьте осознанность в макушку головы и начитывайте мантру «Ом мани падме хум». Направление осознанности в макушку — это своего рода экстренная пхова. Повторение мантры Ченрезига, бодхисаттвы сострадания. Если у сострадания есть звук, то это «Ом мани падме хум».
Направляя осознанность на макушку своей головы, вы открываете врата к рождению в чистых мирах. Этого можно добиться, если визуализировать прямо над собой своего гуру или божество, или просто направить взгляд вверх. Если вы в панике и не помните, что нужно делать, обратитесь с мольбой о помощи к своему учителю или духовной сущности. Вместо того чтобы перед смертью удерживать в своём уме слова «Вот дерьмо!», лучше думать об Амитабхе и родиться в его чистой земле. Способ подготовки к внезапной смерти — повторять мантру или визуализировать божество каждый раз, когда вы внезапно узнаёте плохие новости или испытываете шок.
Любое переживание, вызывающее у вас чувство потери опоры, — это возможность для подготовки к внезапной смерти. Это как говорить «Будь здоров!», когда кто-то чихнул. Большинство людей делают это автоматически, однако эта вежливая привычка не возникла автоматически. Вам нужно было практиковаться в ней.
/Это одна из причин, почему в йоге божества они визуализируются над макушкой головы. Как обычно, существуют разные варианты подготовки к внезапной смерти. Например, вы можете заменить мантру Ченрезига мантройАмитабхи. Вместо того чтобы закрывать ненужные двери, эта мантра открывает нужную. Смысл в том, что всё должно быть предельно просто./
Используйте любые ситуации, заставляющие ваше сердце биться быстрее, чтобы оценить своюготовность, а также подготовиться к любой ситуации, которая действительно заставит ваше сердце остановиться.
/Многие умирают в состояниях наподобие комы или во сне. Такую смерть не следует считать смертью второго сорта. У сильных практикующих всё будет хорошо вне зависимости от того, как они умрут. Остальным людям придётся положиться на силу своей кармы, а также на способность пробудиться в бардо.
существуют ещё четыре вида пховы, которые можно использовать, если человек практиковал их прежде. Дхармакая-пхова — это, в сущности, пребывание в природе ума, которое с человеком, опытным в бесформенной медитации, происходит спонтанно. Самбхогакая-пхова — это плод стадии порождения и также может случаться естественно в результате выполнения в прошлом практики йидама./

Добавлено спустя 1 минуту 14 секунд:
Теоретическая подготовка

Один из лучших способов подготовиться к бардо — изучить их теоретически. Изучите карту, и вы узнаете территорию. Изучение бардо подобно установке внутреннего GPS-навигатора. После смерти вы будете знать, где вы и что вам делать. Изучение бардо создаёт правильное воззрение. Это воззрение позволит вам увидеть путь сквозь тьму смерти и избавит от страха. Оно также вдохновит вас на медитацию, что послужит подготовкой к смерти и поможет перейти от понимания к непосредственному опыту. Уверенность, рождающаяся из воззрения и медитации, проявляется в действии. Эта тройка — воззрение, медитация и действие — центральное учение о прогрессе на духовном пути.

«Гом», тибетское слово, обозначающее медитацию, переводится как «привыкание», а привыкание является центральной темой данной книги. Медитация связана с привыканием ко всем аспектам ума. Это важно, поскольку, как мы уже знаем, путешествие через бардо в действительности является путешествием через ум. Это путешествие сквозь ум, сквозь его мудрость и его заблуждения. Таким образом, подготовиться к встрече со смертью значит научиться смотреть в лицо самому себе. Знакомясь с бардо в рамках их теоретического изучения, мы знакомимся со своим умом, а привыкая к своему уму в ходе медитации, мы привыкаем к бардо. Смерть — это не враг. Настоящие враги — это неведение и отсутствие привычки. Практика и изучение побеждают этих врагов.

Как мы увидим далее, заблуждающиеся аспекты нашего ума умирают в бардо умирания, аспекты мудрости проявляются в бардо дхарматы, после чего заблуждающиеся аспекты возрождаются в бардо становления. Именно поэтому люди переживают бардо по-разному. И именно поэтому мы никогда не должны позволять карте — какой бы подробной она ни была — ограничивать переживание территории.

/на первой стадии бардо дхарматы, когда обнажается природа ума, то, что открывается, одинаково для всех, но переживается по-разному. Природа ума — это переживание пустотности в смысле пустоты, или свободы переживания от любых поверхностных структур. Она бесформенна. Нет ничего кроме бесформенного осознавания, сырого и обнажённого ума — до того, как он облачается в концептуальный или культурный наряд. Природа ума ничем не омрачена. Хотя это ничто (пустотность) открывается, оно не переживается большинством людей. Если вы не успели познакомиться с пустотностью перед смертью, она будет «переживаться» как отсутствие переживания, т.е. как забытьё. То же самое происходит, когда вы еженощно проваливаетесь в глубокий сон без сновидений, который для большинства людей является просто бессознательным состоянием.

Лишь когда ум отстраняется от своей обнажённой, пустой и бесформенной природы и начинает облачаться в привычные тенденции, переживание становится сознательным. Именно здесь оказывается важным различие между сознанием и мудростью. Сознание всегда двойственно; оно всегда воспринимает что-то «другое». Мудрость же недвойственна. Причина, по которой мы теряем сознание во время сна без сновидений и смерти, заключается в том, что это сферы недвойственности — в них в буквальном смысле нечего переживать. Бесформенное осознавание либо распознаёт себя, что является мудростью, либо нет. Двойственное сознание (эго) опустошается, когда открывается недвойственная мудрость./

Когда ум освобождается от тела, он становится «в семь–девять раз яснее».
Это туманное высказывание из текстов о бардо разъясняется ниже в комментарии Трангу Ринпоче. Оно предполагает, что наставления, услышанные сейчас, можно вспомнить после смерти. Трангу Ринпоче говорит:
Прослушивание этих наставлений [о бардо] создаст определённую привычку, или отпечаток, в вашем уме, и вы вспомните этот отпечаток, когда достигнете этой стадии бардо. Это вам обязательно поможет — и очень сильно...
Ринпоче добавляет:
[Поскольку] у вас нет материального тела, ваш ум становится самой мощной вещью в вашем переживании; таким образом, добродетельные состояния ума, а также состояния медитативной поглощённости и т.п. в бардо имеют бóльшую силу, чем в обычной жизни... Все эти типы медитации в бардо станут гораздо мощнее и яснее...
Страх всегда ассоциируется с неизвестным или непривычным. Страх и неведение — почти синонимы. Посредством теоретической подготовки и практики мы рассеиваем тьму неведения, окутывающую смерть, и трансформируем страх в бесстрашие. Это работа Манджушри, божества мудрости. Его гневное проявление носит имя Ямантака, «сокрушитель Ямы». Яма — это воплощение смерти. Так что Ямантака, бескомпромиссная и почти что гневная мудрость — это способ победить смерть. Иными словами, мы побеждаем и трансформируем смерть посредством привыкания к ней.

Одна из причин, по которой нам так сложно покинуть этот мир, заключается в том, что мы к нему очень привыкли. Он — всё, что мы знаем. Хотя он — сансара, его устройство даёт нам чувство уюта, защищённости и безопасности, от которых так сложно отказаться. И наоборот: одна из причин, по которым нам так тяжело шагнуть в новый мир, заключается в его неизведанности. Хотя он предоставляет нам больше возможностей для просветления, мы боимся сделать шаг в неизвестность. Таким образом, слишком сильная привычка к этому миру и недостаточное знакомство с другим миром осложняют переход. Иными словами, слишком сильная привычка к нашему поверхностному заблуждению и недостаточное знакомство с исконной мудростью (и то, и другое открывается в бардо) создают причины для трудного посмертного путешествия.
именно недостаток привычки выбрасывает нас из бардо дхарматы в бардо становления, обратно в сансару. На этом знании основано отречение. Что мы выберем: сияющую и непривычную мудрость и пробуждение или такое уютное и привычное заблуждение — и очередной сон?

Нужно добавить, что знание о бардо — это больше, чем просто знание о смерти. Это краткое описание всего пути. Это означает, что переживания бардо имеют место на уровне микрокосма каждую ночь, когда мы «умираем» во сне и «вновь рождаемся» следующим утром, а также между рождением и смертью любой мысли. Изучение бардо не только помогает нам умереть хорошей смертью, но и жить хорошей жизнью.

Тонглен

Тонглен («посылать и принимать») — практика, в ходе которой мы принимаем страдания других существ и посылаем им всё хорошее, что есть в нас самих — является мощной подготовкой к смерти. Она имеет особенную силу, когда практикуется умирающим, а также когда её выполняют для того, кто уже умер. Тяжесть этой практики сравнима с тяжестью смерти. Я заметил, что чем больше времени я нахожусь рядом со смертью, тем больше полагаюсь на тонглен.

Причина, по которой мы страдаем при жизни, а также во время смерти, заключается в нашем эгоизме. Когда мы мыслим узко, малозначительный повод приводит к сильному раздражению. Напротив, когда мы мыслим широко, серьёзные трудности кажутся несущественными. Тонглен предполагает широту мышления и чувств. Нам невероятно повезло умирать при поддержке учений Будды того, кто пробудился и превзошёл смерть... Тонглен предоставляет такую перспективу и делает нашу смерть более осмысленной.
Если вы возьмёте ложку соли и высыпите её в озеро Мичиган, соль не окажет на воду практически никакого воздействия. Тонглен превращает наш ум из рюмки в озеро Мичиган.
Страдание — на любом уровне — является результатом неспособности ума адаптироваться к определённому переживанию... Постарайтесь умереть с такой мотивацией. Если вы умрёте с мыслью о бодхичитте, ваша смерть станет причиной вашего просветления, а также просветления всех существ. Живите с этой драгоценной мыслью... Когда вы приблизитесь к смерти, вам следует думать так: «Я прохожу через смерть ради блага всех живых существ». Постарайтесь умереть с этой мыслью. Так вы умрёте ради блага других. Умирание с мыслью о других — лучший способ умереть.
Индийский мудрец Шантидэва сказал: «Если хочешь быть несчастным, думай только о себе. Если хочешь быть счастливым [даже в смерти], думай только о других». В свете сказанного тонглен является способом практики
доброго сердца бодхичитты. Когда я спросил Трунгпу Ринпоче, какую
практику он будет выполнять в момент смерти, он ответил: «Тонглен».

Перевёрнутые медитации

Тонглен входит в семейство практик, которые можно назвать «перевёрнутыми» медитациями. Они опираются на следующий принцип: если вы можете впустить нежелательный опыт в святилище здравомыслия, которое создаёт медитация, то вы можете трансформировать препятствие в благоприятную возможность. Этот подход применим в жизни, и — даже в большей степени — в смерти. Если вы можете привнести смерть на путь, вы можете перевернуть её, превратив в просветление. Самое нежелательное переживание превращается в самое желанное. Тонглен — это классическая перевёрнутая медитация, поскольку мы принимаем тьму других и посылаем им наш свет. Это противоположно способу работы нашего эго.

Медитация на боли — это перевёрнутая медитация, готовящая нас к мучительному бардо умирания. Помимо эмоциональной боли отпускания часто присутствует физическая боль, связанная с болезнью. Чтобы подготовиться к этой боли, мы добровольно привносим её в свой опыт уже сейчас, на своих условиях.
Перевёрнутые медитации выполняются в контексте медитации шаматхи. Это даёт закалку, позволяющую установить правильные отношения с нежелательными переживаниями. Войдите в боль. Что такое боль? Из чего она состоит? Что происходит, когда я растворяюсь в ней?

Перевёрнутые медитации неприятны. Как, впрочем, и смерть. Выполняйте их короткими сессиями и помните, что их смысл не в мазохизме. Хотя боль может не пройти, страдание исчезнет. Медитация на боли помогает нам стереть то, что Трунгпа Ринпоче называл «негативной негативностью», то есть сопротивление боли. Негативная негативность подобна вонзившимся в вас двум стрелам. Первая стрела причиняет вам физическую боль.
Если вы можете быть с этой болью и установить прямой контакт с ней, она по-прежнему будет болью, но не такой мучительной, как если вы соедините её со своей историей. Вторая стрела — это ментальный комментарий, превращающий простую боль в сложное, комплексное страдание. Когда вы соединяетесь с болью, тот, кто испытывает боль, исчезает. Характер боли меняется. Эта практика радикально меняет наше отношение к дискомфорту. Она переворачивает его.

Перевёрнутые медитации требуют усердия. Вместо того чтобы нырять в боль, мы предпочли бы сидеть в умиротворённом состоянии. Однако чтобы установить здоровые отношения с нежелательными переживаниями, мы должны провести с ними какое-то время. Нам может показаться, что мы сумеем наладить отношения с болью или со смертью, лишь прочитав о них, но такие ожидания редко оправдываются, когда мы действительно испытываем боль или умираем.

Очень сложно трансформировать переживание сильного страдания, если мы не заложили основу в виде работы с болью, на которую можем опереться. Поэтому сначала необходимо работать с болевыми ощущениями и болезнями небольшой силы и выяснить, как мы можем привнести их на путь. В конце концов мы будем способны привнести на путь даже самые изматывающие и болезненные состояния... Если вы привыкнете наблюдать за переживанием боли — если вы действительно сможете наблюдать за ней и ваш ум будет покоиться в чистом ощущении... Мы даже сможем встретить боль и страдание умирания с большей уверенностью, потому что они станут для нас привычной, а не неизведанной территорией. Когда момент смерти действительно наступит, мы сможем посмотреть на эту боль и трансформировать её.

Я практиковал медитацию на боли много лет, и теперь совершенно по-иному отношусь к укусам насекомых или внезапному удару по пальцу. Моё автоматическое отвращение к боли сменилось практически духовным переживанием. Пульсирующее ощущение в пальце напоминает мне о необходимости медитировать, и это меняет интенсивность боли. Я начинаю привносить боль на свой путь.

***

Навстречу смерти. Практические советы и духовная мудрость тибетского буддизма - Эндрю Холечек
https://www.koob.ru/holecek/navstrechu_smerti

[просто Соня]

Чокьи Нима Ринпоче. Путеводитель по жизни и смерти
https://www.youtube.com/watch?v=bJZVDJdz8q0

[просто Соня]

Согьял Ринпоче. Тибетская книга жизни и смерти
Исполнитель: Пётр Маркин
https://www.youtube.com/watch?v=_GJMgPm_-GY

Признанный шедевр духовной литературы, "Тибетская книга жизни и смерти" - это бесценное пособие по жизни и смерти и источник глубокого вдохновения, исходящего из самого сердца древней буддийской традиции Тибета. Согьял Ринпоче предлагает нам ясное и захватывающее введение в практику медитации и природу ума, даёт объяснение кармы, перерождения, сострадательной любви и заботы об умирающих и рассказывает о тех препятствиях, искушениях и победах, что ожидают нас на духовном пути. Это сокровище тибетской мудрости, по всеобщему признанию, является классикой духовной литературы нашего времени.

Книга жизни и практики умирания», также «Тибетская книга жизни и смерти» (англ. The Tibetan Book of Living and Dying) — произведение Согьяла Ринпоче, в котором он сопоставляет древние воззрения тибетского буддизма на смерть и околосмертные переживания с современными научными взглядами, а также даёт практические рекомендации по психологической подготовке каждого человека к собственной смерти и по медицинскому уходу за смертельно больными и умирающими. Автор, занимающий высокий ранг в духовной иерархии тибетского буддизма и получивший образование как в Индии, так и на Западе, долгое время жил и работал в развитых странах. Это обстоятельство позволило ему изложить духовные учения Востока в форме, легкодоступной для понимания жителями Запада (в отличие от широко известной и сложной для понимания Тибетской книги мёртвых).
Часть 1. Аудиокнига.
00:00:00 — Предисловие
00:14:53 — В зеркале смерти
00:34:53 — Смерть в современном мире
00:50:12 — Путешествие через жизнь и смерть
01:07:17 — Всё преходит
01:17:06 — Великий обман
01:23:47 — Деятельная леность
01:34:19 — Лицом к лицу со смертью
01:41:05 — Серьёзно относится к жизни
01:47:28 — Осенние облака
02:00:34 — Размышление и перемена
02:05:56 — Принятие смерти
02:15:41 — Перемена в глубинах смерти
02:25:01 — Сердцебиение смерти
02:32:33 — Работа с переменами
02:38:35 — Дух воителя
02:45:08 — О чём нам говорит то, что всё преходит
03:04:38 — Природа ума
03:26:24 — Ум и природа ума
03:39:43 — Небо и облака
03:44:38 — Четыре препятствия
03:50:34 — Рассмотрение того, что внутри
03:57:43 — Обетование просветления
04:10:04 — Возвращение ума домой
04:16:28 — Тренировка ума
04:24:47 — Сущность медитации
04:33:39 — Практика внимательности
04:38:48 — Естественный великий покой
04:48:11 — Методы используемые при медитации
04:53:43 — Положение тела
05:07:45 — Три метода медитации
05:22:25 — Ум при медитации
05:25:03 — Тонкое равновесие
05:27:23 — Мысли и эмоции
05:37:15 — То, что вы испытываете
05:46:08 — Перерывы
05:50:22 — Слияние
05:59:07 — Вдохновение
06:06:38 — Эволюция, карма и повторные рождения
06:15:53 — Перевоплощение в Тибете
06:27:52 — Бардо и другие реальности
06:34:09 — Разные бардо
06:39:10 — Неуверенность и возможность
06:53:11 — Другие реальности
07:00:01 — Жизнь и смерть на ладони
07:08:14 — Эта жизнь - естественное бардо
07:12:40 — Кармическое видение
07:15:31 — Шесть миров
07:24:44 — Двери восприятия
07:32:08 — Мудрость отсутствия эго
07:41:07 — Эго на духовном пути
07:51:28 — Мудрый руководитель
07:58:36 — Три орудия мудрости
08:04:37 — Сомнения стающие на пути

Часть 2 — • Тибетская книга жизни и смерти. Часть...
https://www.youtube.com/watch?v=0yWlzqIFlSE
Часть 3 --- • Тибетская книга жизни и смерти. Часть...
https://www.youtube.com/watch?v=Jkn186xT7ss&t=0s

Исполнитель: Пётр Маркин

[просто Соня]

Тит Нат Хан - Ни смерти, ни страха (аудиокнига)

https://vk.com/video-206789676_456239147
https://www.youtube.com/watch?v=8xqDWSAv5GU

***

Его открытия боялись, а книги сжигали… Кто был Виктор Вейник? Шокирующая история
https://www.youtube.com/watch?v=v7KiZ9jcKAw

[просто Соня]

Ведическая книга смерти - Гаруда-Пурана Сародхара
древнеиндийский трактат
Полностью - тут:
https://scriptures.ru/puranas/garuda_purana_sarodhara.htm
https://stihi.ru/2017/05/16/4322



https://yandex.ru/video/preview/17820845979556786068

https://www.youtube.com/watch?v=fX7KoXJo92Q

[просто Соня]

Тибетская книга жизни и смерти | Часть 1 | Согьял Ринпоче | Аудиокнига
https://www.youtube.com/watch?v=K_E8MDiN-ig


Тибетская книга жизни и смерти Часть 2 Согьял Ринпоче Аудиокнига
https://www.youtube.com/watch?v=0yWlzqIFlSE

[просто Соня]

Ошо - Искусство жить и умирать The Art of Living and Dying
(Не путать с "Искусство умирать. Истинный мудрец": 2 цикла бесед по хасидизму)
https://osho.secretblog.ru/book39-read-online/
Книга также выходила под названием «Неведомое путешествие: за пределы последнего табу».

Полностью - тут:
https://naturalworld.guru/kniga_iskusst ... umirat.htm



https://forum.arimoya.info/threads/06-Сквозь-смерть.5391/#post-120344

Бхагаван Шри Раджниш (Ошо)
Искусство жить и умирать
* * *

Введение

Жизнь очень растянута во времени – семьдесят лет, сто лет… Смерть так интенсивна, что вообще не имеет времени – одно-единственное мгновение. Она будет так интенсивна, что ничего более интенсивного ты не можешь знать. Но если ты испугаешься, если прежде, чем придет смерть, убежишь от нее и из страха станешь бессознательным, то упустишь одну из золотых возможностей, золотые врата. Если же всю жизнь ты был в принятии, то и когда придет смерть, терпеливо, пассивно ты ее позволишь и войдешь в нее без всяких попыток от нее бежать. Если ты сможешь войти в смерть пассивно, в молчании, без всякого усилия, смерть исчезает.
Если же ты ни к чему не привязан, смерть может прийти в это самое мгновение, и ты будешь абсолютно готов уйти. Перед таким человеком смерть бессильна. Смерть побеждают лишь те, кто готов умереть в любое мгновение, без малейшей неохоты. Они становятся бессмертными, они становятся буддами.
Эта свобода – цель религиозного поиска.
Свобода от привязанности – это свобода от смерти.
Свобода от привязанности – это свобода от колеса рождения и смерти.
Свобода от привязанности делает тебя способным войти во вселенский свет и стать с ним одним. И это – величайшее благословение, высочайший экстаз, за пределами которого ничего не существует. Ты пришел домой.

Часть первая
За пределы последнего табу
Смерти нельзя преградить путь, просто повторяя, что смерти нет.
Смерть придется узнать, со смертью придется столкнуться, смерть придется прожить.
Вам предстоит с ней познакомиться.

В поисках бессмертного

На самом деле в центре религиозного поиска стоит не Бог – в центре его стоит смерть. Без смерти не было бы вообще никакой религии. Именно смерть заставляет человека исследовать и искать запредельного, бессмертного.
Человек достигает настоящей зрелости, когда приходит к заключению: «Если смерть происходит со всеми остальными, значит, не могу быть исключением и я». Как только это заключение глубоко просачивается в сердце, твоя жизнь никогда больше не будет прежней.
В тот день, когда ты осознаешь, что тебе предстоит умереть, что единственная определенная вещь в жизни – это смерть. Настоящий вопрос – не о Боге и не может быть о Боге, потому что… ты знаком с Богом? Что ты знаешь о Боге?
разумный человек спрашивает о смерти. человек, который спрашивает о смерти, обязательно найдет Бога – потому что именно смерть трансформирует, изменяет видение. Сознание обостряется, потому что ты поднял настоящий вопрос, подлинный вопрос, самый важный вопрос в жизни. Ты создал такой великий вызов, что не можешь долго оставаться спящим; тебе придется проснуться и быть достаточно бдительным, чтобы столкнуться с реальностью смерти.
Если эта жизнь закончится смертью, эта жизнь не может быть настоящей жизнью; тогда эта жизнь – только иллюзия. Истина, чтобы быть истиной, должна быть вечной – преходящей может быть только ложь. Если жизнь преходяща, тогда, должно быть, это иллюзия, непонимание; значит, наверное, в чем-то наша жизнь укоренена в невежестве. Мы, должно быть, живем таким образом, что эта жизнь приходит к концу.
Мы можем жить по-другому, чтобы стать частью вечного потока существования. Такой радикальный поворот может дать только смерть.
Мы пытаемся скрыть смерть – особенно на Западе, где смерть табуирована. Точно так же, как табуирован был секс, теперь табуирована смерть. Смерть – это последнее табу.
Нужен кто-то, подобный Зигмунду Фрейду, который сможет снова принести в мир смерть, кто сможет показать людям явление смерти.
Помни, никто не исключение. Будда говорит: Эс дхаммо санантано – только один закон правит всем, вечный закон. Что бы ни случилось с муравьем, это же случится и со слоном, и что бы ни случилось с нищим, это случится и с императором. Бедный или богатый, невежественный или знающий, грешник или святой, закон не различает – закон очень справедлив. И смерть уравнивает людей. Она не обращает внимания на то, кто ты такой. Она никогда не смотрит на страницы опубликованных книг, не читает «Кто Есть Кто». Она не беспокоится о том, бродяга ты или Александр Великий.
Смерть – самый важный вопрос в жизни. И те, кто принимает вызов смерти, – вознаграждены безмерно.

Осторожно: верование

Если ты веришь, то одновременно и не веришь. Никто не может верить, одновременно не «неверя». Пусть это будет установлено раз и навсегда: никто не может верить без неверия. Каждое верование – это прикрытие для неверия.
Верование – только периферия центра, который называется сомнением; поскольку есть сомнение, вы создаете верование. Сомнение ранит, оно причиняет боль. Поскольку сомнение подобно ране, оно болит; оно заставляет вас чувствовать внутреннюю пустоту, внутреннее невежество. Вам хочется чем-то его прикрыть. Но прикрывать рану цветком розы – думаете ли вы, что это поможет? Думаете ли вы, что роза поможет ране исчезнуть? Как раз наоборот! Рано или поздно роза начнет пахнуть раной.
И тебе, может быть, удастся обмануть кого-то другого, но как ты обманешь самого себя? где-то глубоко внутри ты будешь знать, обязательно будешь знать, что рана существует, и ты скрываешь ее за розой. И роза не выросла в тебе; пока росла рана, ты сорвал ее снаружи.

Ребенок приносит с собой сомнение – внутреннее сомнение, это естественно. Именно из-за сомнения он исследует, и именно из-за сомнения он задает вопросы. Откуда берутся все эти вопросы? Они естественны для ребенка. Сомнение – это внутренний потенциал; это единственный путь, которым ребенок сможет исследовать, открывать и искать. Это естественно, и это нужно принять и уважать. Если вы относитесь к сомнению уважительно, это больше не рана; если вы отвергаете его, оно становится раной.
Пусть это будет очень ясно: само по себе сомнение – это не рана. Это огромная помощь, потому что это делает тебя искателем приключений, исследователем. Оно приведет тебя к самой дальней звезде в поисках истины, оно сделает тебя паломником. В том, чтобы сомневаться, нет ничего нездорового. Сомнение красиво, сомнение невинно, сомнение естественно.
первое, что нужно сделать, – это не пытаться верить. Почему? Потому что, если есть сомнение, есть сомнение! Не нужно его скрывать. позвольте его, помогите ему, пусть оно станет великим поиском. Пусть оно станет тысячей и одним вопросом – и в конце концов вы увидите, что важны не вопросы, а вопросительный знак! Сомнение – это не поиск верования; сомнение – это просто поиск на ощупь, совершение всех возможных усилий, чтобы понять непостижимое для понимания, чтобы постичь непостижимое – попытка поиска ощупью.
Я не говорю верить, я говорю доверять. Сомнение – это естественный дар; должно быть, оно от Бога – откуда еще оно могло взяться? Ты можешь принести с собой сомнение – доверяй ему, доверяй своим вопросам и не торопись набивать и скрывать его верованиями, заимствованными снаружи, пришедшим от родителей, от священников, от политиков, от общества, от церкви. Твое сомнение – нечто красивое, потому что оно твое; это нечто красивое, потому что оно подлинно. Из подлинного сомнения однажды вырастет цветок подлинного доверия. Это будет внутренний рост, это не будет навязанным снаружи.
В этом разница между верованием и доверием: доверие растет внутри тебя, в твоей внутренности, в твоей субъективности. Доверие настолько же внутренне, что и сомнение. И только внутреннее может трансформировать внутреннее. Верование снаружи; оно не может помочь, потому что не может достичь глубочайшего ядра твоего существа, а сомнение именно там.
Откуда начать? Доверяй своему сомнению. Это мой способ внести доверие. Не верь в Бога, не верь в душу, не верь в жизнь после смерти. Доверяй своему сомнению, и тотчас же начнется разговор. Доверие – это такая мощная сила, что даже если ты доверяешь своему сомнению, то тем самым вносишь свет. А сомнение подобно темноте. Это маленькое доверие к сомнению начнет изменять твой внутренний мир, внутренний пейзаж.
И задавай вопросы! Чего бояться? Зачем быть таким трусом? Оспаривай, подвергай сомнению – подвергай сомнению всех будд, подвергай сомнению меня, потому что, если есть истина, истина не побоится твоих вопросов. Если будды истинны, они истинны; тебе не нужно в них верить. Продолжай в них сомневаться… и все же однажды ты увидишь, что возникло доверие.
Если ты сомневаешься и продолжаешь сомневаться до самого конца, до самого логического конца, рано или поздно ты наткнешься на истину. Сомневаться значит блуждать ощупью в темноте, но дверь существует. Если Будда мог выйти в дверь, если Иисус мог до нее добраться, если я мог до нее добраться, почему не можешь ты? Каждый способен найти дверь – но ты боишься искать ощупью, поэтому ты сидишь в темном углу и веришь в кого-то, кто нашел дверь.

Каким образом ты веришь в Иисуса? Почему? Ты же не видел Иисуса! И даже если бы ты его видел, то упустил бы. В тот день, когда он был распят, тысячи собрались, чтобы на него посмотреть, и ты знаешь, что они делали? Они плевали ему в лицо! Может быть, ты был в этой толпе, потому что толпы совершенно ничем не отличаются друг от друга. Человек не изменился. Вы плевали ему в лицо, когда он был жив, а теперь верите в него, через две тысячи лет? Это просто отчаянная попытка скрыть сомнение. Почему вы верите в Иисуса?
Если одну вещь выбросить из истории Иисуса, все христианство исчезнет. Если одну вещь, одну только вещь, явление воскресения – то, что Иисус вернулся, после того как был распят и три дня был мертв, – если эту часть отбросить, все христианство исчезнет. Вы верите в Иисуса, потому что боитесь смерти, и он кажется единственным человеком, который вернулся, который победил смерть.

Христианство стало величайшей в мире религией. Буддизм не стал такой великой религией, и по той простой причине, что страх смерти помогает людям верить в Иисуса более, чем в Будду. чтобы верить в Будду, нужно иметь мужество, потому что Будда говорит: «Я учу вас тотальной смерти». Эта небольшая смерть – он ею не удовлетворен. Он говорит: эта небольшая смерть не подойдет, вы вернетесь снова. Я учу тотальной смерти, предельной смерти. Я учу полному уничтожению, чтобы вы никогда больше не пришли, чтобы вы исчезли, чтобы вы растворились в существовании, чтобы вы больше не существовали; от вас не останется и следа.
В Индии Будда исчез, совершенно исчез. Такая великая, так называемая религиозная страна, а буддизм исчез полностью. Почему? Люди верят в религии, которые учат, что вы будете жить после смерти, что душа бессмертна. Будда говорил, что единственное, что стоит осознать, – это что вас нет. Буддизм не смог выжить в Индии, потому что не давал прикрытия этому вашему страху.
Будда не говорил людям: «Верьте в меня». Поэтому его учение исчезло из Индии – люди хотят верить. Люди не хотят истины, они хотят верования.
Верование дешево, истина опасна, тяжела, трудна; человек должен за нее заплатить. Человек должен искать и исследовать, и нет гарантии, что она найдется, нет гарантии, что вообще есть какая-то истина. Ее может вообще не существовать.

Люди хотят верования – а Будда сказал, его последним посланием людям было: «Аппо дипо бхава» – «Будь светом самому себе». Его ученики плакали, десять тысяч санньясинов окружали его… конечно, они были грустны, и падали слезы; их мастер уходил. И Будда им сказал:
– Не плачьте. Почему вы плачете?
Один из его учеников, Ананда, ответил:
– Потому что ты покидаешь нас, потому что ты был нашей единственной надеждой, потому что мы надеялись, и надеялись так долго, что через тебя достигнем истины.
И тогда в ответ Ананде Будда сказал:
– Не волнуйся об этом. Я не могу дать тебе истины; никто другой не может тебе ее дать, она непередаваема. Но ты можешь достичь ее сам. Будь светом самому себе.
Мой подход такой же. Вам не нужно в меня верить. Я не хочу здесь верующих, я хочу искателей, а искатель – это совершенно другое явление. Верующий – не искатель. Верующий не хочет искать, и именно поэтому верит. Верующий хочет избежать поиска, именно поэтому он верит. Верующий хочет быть избавленным, спасенным, ему нужен спаситель. Он всегда находится в поиске мессии – кого-то, кто может есть за него, жевать за него, переваривать за него. Но если я ем, это не утолит вашего голода. Никто не может вас спасти, кроме вас самих.
Мне здесь нужны искатели, исследователи, не верующие. Верующие – самые посредственные люди в мире, люди самого низкого в мире разума. Поэтому забудьте о веровании; вы создаете для себя трудности. Начните верить в меня, и появится неверие – обязательно появится, потому что я здесь не для того, чтобы соответствовать вашим ожиданиям.
Я живу по-своему, я на вас не смотрю. Я ни на кого не смотрю – потому что, если начать смотреть на других, нельзя прожить свою жизнь подлинно. Смотрите на других, и вы станете фальшивыми.

Георгий Гурджиев часто говорил своим ученикам одну из самых фундаментальных вещей:
– Не смотрите на других, иначе вы никогда не будете расти.
И именно это происходит во всем мире, каждый смотрит на других:
– Что подумает моя мать? Что подумает мой отец? Что подумает общество? Что подумает моя жена, мой муж?..
Что говорить о родителях – даже родители боятся детей! Они думают:
– Что подумают наши дети?
Люди смотрят друг на друга. Если ты будешь продолжать смотреть на всех и каждого, то никогда не будешь индивидуальностью, ты будешь просто шалтай-болтай.
Говорят, что люди умирают в тридцать лет, а хоронят их в семьдесят. Смерть происходит очень рано – я думаю, даже говорить о тридцати годах неправильно, смерть происходит еще раньше. Где-то около двадцати одного года, когда закон признает тебя гражданином – в этот момент человек умирает. Фактически, именно поэтому тебя и признают гражданином: теперь ты больше не опасен. Теперь все в тебе вставлено правильно, укреплено правильно; теперь ты подстроился под общество. Именно это подразумевается, когда нация дает тебе право голосовать: нация может быть уверена, что теперь твой разум разрушен – ты можешь голосовать. Ты не вызываешь никакого страха; ты гражданин, цивилизованный человек. Ты больше не человек, ты гражданин.
Вот мое собственное наблюдение: люди умирают в возрасте около двадцати одного года. Все, что происходит потом, – посмертное существование. На могилах мы должны начать писать три даты: рождение, смерть и посмертная смерть.
Умным называют человека, который умеет находить выход из трудностей, а мудрым – того, кто знает, как в них никогда не попадать. Будьте мудрыми. Почему не обрубить сам корень? Не верьте. И тогда не будет вопроса о неверии, и раздвоенность никогда не возникнет, и вам не нужно будет искать из нее выхода. Пожалуйста, не входите в нее.

... Старик открыл глаза, улыбнулся и сказал:
– Я вспоминал тебя и в то же время боялся. Я слышал, что ты приехал в город, и думал, что, может быть, прежде чем мне умереть, я смогу еще раз тебя увидеть. Но в то же время мне было очень страшно, потому что встретиться с тобой может быть опасно!
– Это, несомненно, опасно, – сказал я. – Я пришел как раз вовремя. Я хочу отнять все твои утешения, прежде чем ты умрешь. Если ты сможешь умереть невинно, в твоей смерти будет огромная ценность. Отложи в сторону знание, потому что все оно заимствованно. Отложи в сторону своего Бога, потому что это только верование и ничего больше. Отложи в сторону все свои идеи о рае и аде, потому что это только твои страх и жадность. Всю жизнь ты постоянно цеплялся за эти вещи. По крайней мере, прежде чем умереть, наберись храбрости – теперь тебе нечего терять! Умирающему человеку нечего терять: смерть разобьет все. Лучше отбросить утешения собственной рукой и умереть невинно, полным удивления и вопрошания, потому что смерть – это предельный опыт в жизни. Это сама ее кульминация.
В жизни ты можешь продолжать верить в ложь, но в смерти прекрасно знаешь, что лодки, сделанные из бумаги, не помогут в океане. Лучше знать, что тебе придется плыть, и никакой лодки нет. Цепляться за бумажную лодку опасно; это может помешать плыть. Вместо того чтобы перевезти на другой берег, она может тебя утопить.
– Очень жаль, что я никогда тебя не слушал. Я чувствую такую легкость и освобождение от бремени. Я чувствую себя таким бесстрашным; во мне не только нет страха, но даже любопытно умереть и увидеть тайну смерти. Он умер, и у него на лице осталась улыбка.

[просто Соня]

У смерти много лиц

В истории человеческого ума можно найти три выражения смерти. Одно – выражение обычного человека, который живет привязанным к телу. В момент смерти он будет сопротивляться смерти и бороться со смертью. Смерть придет как враг. Поэтому все общества в мире изображали смерть как что-то темное и дьявольское.
Это обычный подход. Эти люди не смогли коснуться глубин жизни, не смогли долететь до высот жизни. Они упустили ее многообразие и благословение.
Затем есть второй вид выражения. Поэты и философы иногда говорили, что в смерти нет ничего плохого; это просто отдых – полный отдых, почти как сон. Этот подход лучше первого. По крайней мере, эти люди познали что-то за пределами тела, они познали что-то от не-ума. У них есть некоторая утонченность души; они немного более аристократичны и культурны. Они говорят, что смерть подобна великому отдыху; человек устает, входит в смерть и отдыхает. Она приносит отдых. Но и они далеки от истины.
Те, кто познал жизнь в ее глубочайшей сердцевине, говорят, что смерть божественна. Это не только отдых, но и воскресение, новая жизнь и новое начало; открывается новая дверь.

Когда суфийский мистик, Баязид, умирал, люди, которые собрались вокруг него, – его ученики – внезапно были удивлены, потому что, когда пришел его последний момент, он стал сияющим, ярко сияющим. У него была прекрасная аура. Баязид был красивым человеком, и его ученики всегда чувствовали ауру вокруг него, но никогда не видели ничего подобного. Такой сияющий!
Они спросили:
– Баязид, скажи нам, что с тобой случилось. Что с тобой происходит? Прежде чем уйти, дай нам свое последнее послание.
Он открыл глаза и сказал:
– Бог приветствует меня. Я иду в его объятия. До свидания!
Он закрыл глаза, и его дыхание прекратилось. Но в тот момент, когда его дыхание прекратилось, произошел взрыв света. Комната наполнилась светом, потом свет исчез.
Если человек узнал трансцендентальное в себе, смерть – не что иное, как еще одно лицо божественного. Тогда в смерти есть танец.

* * *
Иллюзия смерти – это социальное явление. Это нужно рассмотреть немного подробнее.
Ты видишь, что человек умирает, и думаешь, что он умер. Вот все, что следовало бы сказать:
– До вчерашнего дня этот человек говорил, теперь он больше не говорит. Раньше он ходил, теперь он больше не ходит. Того, что я до вчерашнего дня понимал как его жизнь, больше не существует. Если есть какая-то жизнь за пределами этого, тогда пусть так и будет; если ее нет, да будет так. Но говорить, что «этот человек умер», значит заходить немного слишком далеко; это значит уходить за пределы действительного. Следовало бы просто сказать: «Этого человека больше нет среди живых». В том смысле, в котором человек знал, что у кого-то есть жизнь, ее больше нет.
Такого рода негативное утверждение справедливо: того, что мы знали как его жизнь – его борьбы, любви, еды и питья, – больше нет.
Человек, который никогда не воспринимал в своей жизни ничего большего, чем еду, питье, сон, движение, ссоры, любовь, дружбу и вражду, – внезапно, в момент смерти он находит, что жизнь просачивается у него между пальцами. То, что он понимал под жизнью, совершенно не было жизнью. Были просто действия, видимые в свете жизни. Подобно тому, как объекты видны на свету, человек, в определенном смысле, видел определенные вещи, когда внутри него было светло. Теперь, в момент смерти, он находит, что они ускользают от него.
Поэтому теперь человек думает, что его вот-вот не станет, что он умирает, и жизнь потеряна навсегда. Раньше он видел, как умирают другие люди, и социальная иллюзия смерти застряла и у него в уме. И он чувствует, что умирает. Это его заключение – тоже часть социальной иллюзии. Он начинает чувствовать, что умирает точно так же, как другие умирали до него.
Он видит себя окруженным любимыми, они горько плачут. Теперь его иллюзия начинает подтверждаться. Все это оказывает на него гипнотический эффект. Теперь этот человек уверен в собственной смерти. Его ум захватывает социальная иллюзия, что он умирает.
Это социальный гипнотизм. Этот человек совершенно убежден, что сейчас умрет, что умирает, что его вот-вот не станет. Этот гипноз смерти заставит его стать бессознательным, испугаться, прийти в ужас; он заставит его сжиматься, чувствовать: «Сейчас я умру, сейчас я умру. Что мне делать?» Побежденный страхом, он закрывает глаза и в этом состоянии страха теряет сознание.
потеря сознания – это средство, которое мы применяем против того, чего боимся. Например, если боль становится невыносимой, ты теряешь сознание. Если боль не проходит, единственная альтернатива – это отключить ум. Человек «отключается», чтобы перестать осознавать боль.
Таким образом, потеря сознания – наш способ справиться с невыносимой болью. нет ничего подобного невыносимой боли: вы чувствуете боль только до тех пор, пока она выносима. Как только боль достигает точки, в которой становится невыносимой, ты исчезаешь; поэтому ты никогда не чувствуешь невыносимой боли. Как только человек пересекает предел того, что можно терпеть, он падает без сознания.
Даже небольшая болезнь нас пугает, и мы теряем сознание – что говорить об ужасающей мысли о смерти? Сама идея смерти убивает нас! Мы теряем сознание, и в этом бессознательном состоянии случается смерть. Я называю ее социальной иллюзией – которую мы культивируем в каждом человеке с детства.

Противоположна этому техника активной медитации – техника того, как войти в смерть сознательно. В Тибете эта техника известна как Бардо. Таким же образом, как человека социально «гипнотизируют» в тот момент, когда он умирает, в Бардо умирающему делают антигипнотическое внушение. В Бардо люди собираются вокруг умирающего и в момент смерти говорят ему:
– Ты не умираешь, потому что никто никогда не умирал. Ты уйдешь в расслаблении и полном сознании. Ты не умрешь, потому что никто никогда не умирает.

Ему делают антигипнотическое внушение.
Человек закрывает глаза, и ему описывают весь процесс: как его жизненная энергия покидает ноги, руки, и теперь он не может говорить, и так далее – и тем не менее, говорят этому человеку, он сам все еще есть, он сохраняется. Эти внушения производятся со всех возможных сторон. Эти внушения – просто антигипноз. Это значит, что они предназначены для того, чтобы убедиться, что человек не схватится за социальную иллюзию, что находится на грани смерти. Бардо применяют как противоядие, чтобы это предотвратить. Каждый раз, когда кто-то умирает, все его близкие должны совершить попытку разбить иллюзию того, что он умирает. Если они смогут удержать этого человека в состоянии бодрствования, если смогут в каждое мгновение ему напоминать…
Когда сознание устраняется из тела, это происходит не сразу; все тело не умирает в одно и то же время. Сознание сжимается вовнутрь, мало-помалу покидая каждую из частей тела. Оно отсоединяется в несколько стадий, и все стадии этого процесса можно перечислить умирающему, чтобы помочь ему остаться в сознании.

Добавлено спустя 16 минут 1 секунду:
Таким образом, наша иллюзия смерти – социальная иллюзия. Если у тебя есть хоть немного опыта медитации – если с тобой случился хотя бы проблеск той истины, что ты отделен от тела, если чувство разотождествленности с телом хотя бы на мгновение проникло в тебя глубоко – ты не будешь бессознательным в момент смерти. Фактически, к этому моменту состояние бессознательности уже будет разрушено.
Осознанно, сознательно никто никогда не может умереть, потому что все время продолжает осознавать, что не умирает, что в нем что-то умирает, но не он сам. Человек продолжает наблюдать это отделение и в конце концов находит, что его тело лежит в стороне от него, на расстоянии. Тогда смерть оказывается просто отделением; она равнозначна разрыву связи. Словно я выхожу из дома, а члены семьи, не осознающие мир за стенами дома, подходят к двери и со слезами прощаются со мной, чувствуя, что человек, с которым они пришли попрощаться, умер.

Смерть есть рассоединение тела и сознания. Называть это рассоединение смертью бессмысленно, – это просто ослабление, разрушение связи. Это не более чем переодевание. Тот кто умирает с осознанностью на самом деле никогда не умирает, поэтому для него вопрос смерти никогда не возникает. Он даже не называет смерть иллюзией. Он даже не говорит, кто умирает, а кто нет. Он просто говорит, что то, что мы до вчерашнего дня называли жизнью, было просто ассоциативным рядом. Этот ассоциативный ряд должен быть разрушен. Теперь началась новая жизнь, которая не входит в прежний ассоциативный ряд. Может быть, это новая связь, новое путешествие.

Но умереть в этом состоянии осознанности возможно, только с осознанностью прожив. Если ты научился жить сознательно, несомненно, ты сможешь сознательно и умереть, потому что смерть – явление жизни; она происходит в жизни. Другими словами, смерть – это финальное свершение того, что ты понимаешь под жизнью. Это не явление, происходящее вне жизни.
Это все равно что дерево, которое взращивает плод. Сначала плод зеленый, потом начинает желтеть. Он становится все более желтым, пока, в конце концов, не пожелтеет полностью и не упадет с дерева. Это падение с дерева – не явление вне процесса созревания плода; скорее, это окончательное свершение самого созревания.
Событие падения плода с дерева не оторвано от процесса его желтения и созревания, скорее, это его кульминация, успешное завершение. А что происходило, пока плод был зеленым? Он готовился столкнуться лицом к лицу с все тем же последним событием. И тот же самый процесс продолжался, когда он еще не расцвел цветком на ветви, когда он был еще скрыт внутри почки. Даже в том состоянии он готовился к окончательному событию. А что сказать о том времени, когда дерево еще не было проявлено, когда оно еще содержалось внутри семени? Та же подготовка продолжалась и тогда. А то время, когда это семя еще не родилось, и было еще скрыто в каком-то другом дереве? Продолжается тот же процесс.
Таким образом, явление смерти – только часть цепи событий, принадлежащих одному и тому же явлению. Конечное событие – не конец, это только разделение. Одни отношения, один порядок заменяются другими отношениями, другим порядком.

[просто Соня]

Восток и запад, смерть и секс

Вы это не наблюдали? Когда ты занимаешься любовью с женщиной, приходит момент оргазма, когда тебе становится страшно, ты пугаешься и дрожишь; потому что в высочайшей кульминации оргазма жизнь и смерть существуют вместе. Ты переживаешь жизнь в ее вершине и одновременно смерть в ее глубине. И вершина, и смерть доступны в одно мгновение – и поэтому оргазм пугает. Люди к нему стремятся, потому что это один из самых красивых, экстатичных моментов, но его и избегают, потому что это также и один из самых опасных моментов: потому что в нем распахивается пасть смерти. Человек осознанности сразу осознает, что смерть и секс – это одна энергия.

Когда смерть впитывается в жизнь, рождается самодисциплина. Тогда ты живешь, но всегда живешь, помня о смерти. Ты движешься, но всегда знаешь, что движешься к смерти. Ты наслаждаешься, но всегда знаешь, что это не будет длиться вечно. Смерть становится твоей тенью, частью твоего существа, частью твоего мировоззрения. Ты впитал смерть… теперь возможна самодисциплина. Теперь ты будешь думать: «Как жить?», потому что жизнь теперь – не единственная цель; ее частью является и смерть. «Как жить?» – так, чтобы не только жизнь становилась кульминацией блаженства, но и смерть достигала высочайшей точки, потому что смерть – кульминация жизни.

Жить таким образом, чтобы ты был способен жить тотально и умереть тотально – вот весь смысл самодисциплины. Самодисциплина – это не подавление; самодисциплина означает: жить направленной жизнью, жизнью с чувством направления. Это значит жить, полностью осознавая смерть и оставаясь к ней бдительным. Тогда у реки твоей жизни будут оба берега. Жизнь и смерть… – и текущая река сознания между ними. Каждый, кто пытается жить жизнь, отказывая смерти в ее роли, движется вдоль одного берега; река его сознания не может быть тотальной. Ему будет не хватать чего-то очень красивого. Его жизнь будет поверхностной – в ней не будет никакой глубины. Без смерти нет никакой глубины.
Запад – это трагедия, Восток – трагедия, потому что тотальная жизнь еще не стала возможной. Возможно ли иметь красивую сексуальную жизнь, помня смерть? Возможно ли есть, и есть в блаженстве, помня смерть? Возможно ли любить, и любить глубоко, хорошо зная, что ты умрешь, и любимый тобой человек умрет? Если это возможно, становится возможной тотальная жизнь. Тогда ты абсолютно уравновешен; тогда ты завершен. Тогда в тебе нет ничего недостающего; тогда ты будешь осуществлен, и к тебе низойдет глубокая удовлетворенность.
* * *
...
Но никто не исключение, и смерть уже случилась при твоем рождении, и ты не можешь ее избежать. Теперь рождение за пределами твоей власти. Ты ничего не можешь с ним сделать; оно уже случилось, оно уже в прошлом. Это уже сделано – ты не можешь этого переделать. Смерти еще предстоит случиться – с ней возможно что-то сделать.
Весь восточный подход основан на этом видении смерти, потому что это возможность, которой предстоит случиться. Если ты заранее о ней знаешь, эта возможность безмерна. Открываются многие двери. Тогда ты можешь умереть по-своему. Ты можешь умереть, поставив на смерти собственную подпись. Ты можешь сделать так, чтобы никогда больше не рождаться, – в этом весь смысл.
Это не болезненное воображение. Это очень, очень научно. Если каждому предстоит умереть, абсолютно глупо не думать о смерти, не медитировать на смерть, не фокусироваться на ней и не добиваться глубокого ее понимания.
Это случится. Если ты это знаешь, возможно многое.
Патанджали, основатель Йоги, говорит, что даже точную дату, час, минуту и секунду смерти можно знать заранее. Если ты знаешь точно, когда придет смерть, то можешь к ней подготовиться. Смерть нужно принять как великого гостя. Она не враг. Фактически, это дар, данный Богом. Это великая возможность, через которую можно пройти. Это может стать прорывом: ты можешь умереть бдительным, сознательным, осознанным и никогда больше не рождаться – и смерти больше не будет. Если ты упустишь, то родишься снова. Продолжая упускать, ты будешь постоянно, снова и снова, рождаться, пока не выучишь урок смерти.

Интенсивность смерти так велика, что почти всегда люди теряют сознание. Они не могут смотреть смерти в лицо. В тот момент, когда приходит смерть, ты так боишься, и тебя охватывает такая тревога, что, чтобы избежать ее, ты становишься бессознательным. Почти девяносто девять процентов людей умирают бессознательно. Они упускают свою возможность.
Знать смерть заранее – просто метод, чтобы помочь подготовиться, чтобы, когда приходит смерть, ты был совершенно бдителен и осознан, ожидал, был готов уйти со смертью, был готов сдаться и обнять смерть. Как только ты принимаешь смерть в осознанности, для тебя больше нет рождения – ты выучил урок. Теперь не нужно больше возвращаться в школу. Эта жизнь была просто школой, дисциплиной, и дисциплиной того, чтобы научиться смерти. В этом нет ничего болезненного.
Прежде чем человек умрет, почти за девять месяцев до этого, что-то происходит. Обычно мы этого не осознаем, потому что мы вообще неосознанны, а это явление очень тонко. Я говорю: «почти девять месяцев», потому что срок может быть разным. Это зависит от многого: важно время между зачатием и рождением. Если ты родился через девять месяцев после зачатия, значит, девять месяцев. Если ты родился через десять месяцев, значит, десять. Если ты родился через семь месяцев – семь. Все зависит от промежутка времени между временем зачатия и рождения.
Точно за такое же время до смерти что-то переключается в центре хары, находящемся в районе пупка. Что-то должно переключиться, потому что между зачатием и рождением был промежуток в девять месяцев. На то, чтобы родиться, тебе потребовалось девять месяцев; точно такое же время потребуется на то, чтобы умереть. Точно так же, как девять месяцев готовился к рождению, ты будешь девять месяцев готовиться к смерти. Тогда круг будет замкнут. Что-то происходит в центре в районе пупка. Те, кто осознает, тут же узнают, что что-то сломалось в центре у пупка; теперь приближается смерть. Примерно через девять месяцев…
Или, например, есть другие знамения и предзнаменования. Человек, прежде чем умереть, примерно за шесть месяцев до смерти мало-помалу теряет способность видеть кончик своего носа, потому что, очень постепенно, глаза начинают закатываться вверх. В смерти они полностью закатываются вверх, но они начинают закатываться, начинают обратное путешествие перед смертью. Снова глаза начнут терять фокус и двигаться вверх.

...Когда ты умираешь, то умираешь из определенного центра. Центр, из которого ты умрешь, раскроется, потому что из него будет высвобождена вся жизненная энергия.
В Индии стало символичным, что когда человек умирает и его кладут на погребальный костер, ему разбивают голову. Это просто символично, потому что, если человек достиг предельного, тогда голова расколется сама; но этот человек не достиг. Но мы надеемся и молимся, и разбиваем ему череп. Точка высвобождения раскрывается и становится видимой. Определенная деятельность, или движение, точно на вершине головы начинается за три дня до того, как человек умирает.
Эти меры могут подготовить тебя к тому, чтобы встретить смерть, и если ты знаешь, как встретить смерть, это великое празднование, огромная радость и наслаждение – почти танец и экстаз – ты не будешь снова рождаться. Твой урок усвоен. Ты научился всему, чему можно научиться здесь, на земле. Теперь ты готов двигаться за пределы, к высшей миссии, к высшей и безграничной жизни. Теперь ты готов к тому, чтобы тебя поглотил космос, целое. Ты это заслужил.