24. Боль, болезнь, смерть и их преодоление в стихах Миркиной

[просто Соня]

***

Сегодня так, как будто я
Без никого, с тобой вдвоём.
Недвижность полнобытия.
Молчащий мир. Притихший дом.
Я с миром всем наедине.
Омыта тишиной лесной.
Весь лес – во мне, весь мир – во мне,
А это значит – ты со мной.
Душа – над болью, над судьбой.
Душа полна, а ум мой нем.
Ведь я наедине с тобой,
А это значит – с миром всем.


***

Бог молчит. Мир молчит. Ни словца.
Ни звучка, ни кивка, ни лица.
Пустота. Океан. Небосвод.
Но в безмолвьи работа идёт.
Кто-то, свод над землёй наклоня,
По частям собирает меня.
Я из смерти сейчас восстаю,
Ощущая всецелость свою.
Нет дробей. Нет пространств. Нет времён.
Дух с собою воссоединён.я
Швов не знает небес полотно.
Нет кусков, нет дробей. Мы – одно.
Бог молчит. Мир молчит. Ни словца.
Погружаюсь в молчанье Творца.


***

Как странно… Я жива, а ты в могиле.
Есть только след любимого лица.
Но мы с тобой друг друга так любили,
А у любви не может быть конца.
И нет его. Любовь моя бескрайна.
Ну а твоя? Кто скажет, где твоя?
Смерть – это тайна. Но и жизнь есть тайна.
Раз нет тебя, то что такое я?
Жизнь, как и смерть, не поддаётся знанью.
Здесь есть предел словесной суеты.
Быть может, я – пространство замолканья,
Немой простор, где проступаешь ты.
Никто на наши зовы не ответит,
И всё-таки преодолим порог –
На нежном дымно-розовом рассвете
Сквозь все пустоты проступает Бог.


***

А голос… Голос изнемог,
Как будто рот почти что сомкнут.
Как будто нас молил сам Бог…
– О чём Ты, Господи, о чём Ты?
– Здесь на последней глубине
Вот здесь, где умерший разбужен…
Иди сюда! Иди ко мне!
Когда б ты знал, как ты Мне нужен! –
Бушующий, гремящий вал
Затих у нашего порога.
И лишь Бетховен услыхал
Мольбу тоскующего Бога.


***

Иов, Иов, на гноище сидя,
Глядя в чёрный, бездонный провал,
Ты незримого Бога увидел,
Ты беззвучный глагол услыхал.
Бестелесный, Он мира весомей.
Безоружный, пронзил естество.
И никто не поймёт тебя, кроме
Тех, кто видел и слышал Его.


***

Чтоб Слово стало плотью, надо
Спуститься в синий пламень ада.
То, что в аду сгореть не сможет,
Вот то и станет Словом Божьим.


***

Как часто я зову Орфея,
Затем что только он один
Спускался в глубину глубин,
Взглянуть в глаза дракону смея.
И он его переглядел.
Владычной тьме настал предел –
В тот самый сокровенный миг,
Когда тишайший звук возник,
Тьма дрогнула. Во тьме – провал.
И – крылья развернул хорал.


***

Ночь эта пыткою была.
Но тихо расступилась мгла.
Я вижу вновь зарю.
Передо мной моя сосна,
И вновь душа моя полна, –
Я вновь благодарю.
Резоны все свелись к нулю,
Все рассужденья – всуе.
Одно я знаю: я люблю.
Так значит, существую.


***

В остановившемся мгновеньи
Царит молчанье.
Лишь сердца Божьего биенье –
Пульс мирозданья.
Не надо никаким моленьем
Его тревожить.
Быть может, смерть сама – вхожденье
В молчанье Божье.rl]

[просто Соня]

Раздел II. Сила света

***

Торжественный час единенья
Души со вселенною всей…
Ложатся вечерние тени
На зелень затихших ветвей.
Ни звука. Движения нету.
Луч стынет на гребне вершин
Час тайно входящего Света
В глубокую темень души.


***

Я смертная. Я тоже буду
Вот там же, где есть ты сейчас.
И – никаких вестей оттуда, –
Предел для слуха и для глаз.
Ты не под этим небосводом,
Ты не вонмешь моей мольбе,
Но мы с тобой одной природы –
Смерть есть во мне. Жизнь есть в тебе.
Надежды на свиданье нету.
Вокруг все тихо и темно.
В словах не сыщется ответа.
Но там, в безмолвьи, мы одно.
Так разве не свершалось то же,
Когда сжигал нас пламень Божий?


***

Сначала боль, а после – Бог.
Сначала световой ожог.
Почти что солнечный удар,
А после – неотъёмный дар.
Не знаю – выдержу ли, нет
И претворю ли муку в свет?..


***

Не знаю я, кто прав, кто виноват.
Есть истины, не внятные уму.
Есть мужество заглядыванья в ад.
Есть мужество схождения во тьму.
Тот понял смысл молчания Творца,
Загадку отрешённости немой,
Кто смог остаться светом до конца,
В кромешной тьме не смешиваясь с тьмой.
Есть жизни нескончаемая нить,
Продлённая за зримые края.
Быть всемогущим это значит БЫТЬ
В средине черноты небытия.
Спускаясь на неведомое дно,
Вот там, чудовищ адских посреди,
Всемирной жизни тайное зерно
Хранить в земле своей живой груди.


***

Ты вновь в глаза мои глядишь.
О, нарастающая тишь!
О, затихающая мощь –
Священный час сосновых рощ.
Проникновенный Божий взгляд,
Вместивший внутрь и рай, и ад.
Во взгляде этом я тону.
Ведь ад, вмещённый в глубину,
Уже не ад, а то, чем был
Пока вовне не выходил, –
Единый всё объявший свет,
В котором муки нет как нет.


I

О, этот долгий Божий взгляд!
В закате горный гребень.
Бог на земле всегда распят,
Но вечно жив на небе.
Горит на небе Божий глаз,
Тот, что вовек не дремлет,
А тихо входит внутрь нас,
Пронизывая землю.


II

Есть взгляд… о, тот последний взгляд,
Который прорезает ад!
Вся Божья мощь, как мира ось,
Проходит через смерть насквозь.
О, нож луча на склоне дня,
Вонзись и воскреси меня!


***

А солнце подымалось не спеша,
Лес покрывая лёгкой позолотой,
Чтобы могла поспеть за ним душа
Входить в свои дремотные темноты.
За светом вслед, в клубящуюся тьму,
В густой клубок, слежавшийся так плотно…
И, наконец, открыв себя саму,
Предстать пред Богом и промолвить: вот я.


***

Как ты очнёшься за порогом?
Как ты предстанешь перед Богом,
Когда заслоны все спадут,
Когда – ни суток, ни минут?
Не как-нибудь потом – сейчас
Господь с тебя не сводит глаз,
И никаких укрытий нет –
Есть только нестерпимый свет.


***

А я ещё не доглядела
Вот этот сизо-белый свет.
Сегодня глуби нет предела,
Сегодня дали края нет.
Вослед за одинокой птицей,
За взглядом Божиим вослед.
Сегодня сердцу нет границы.
Сегодня в боль вонзился свет…
И оторваться невозможно –
Не отпускает небосвод.
Иду в него по зову Божью,
Иду, куда Господь зовёт.
Такая благодать сегодня,
Так тает, так светлеет грусть…
Неужто зеркалом Господним
Я постепенно становлюсь?..


***

Закатный свет пронзил меня.
Стрела закатного огня
Пробила грудь насквозь
И, всем законам вопреки,
Всё, что распалось на куски,
Внезапно собралось.
Был побеждён всевластный рок –
Собрался свет в один пучок,
В сияющий алмаз.
Вот так из гроба Лазарь встал
В ответ на светоносный вал –
Божественный приказ.


***

Свет говорит нам не про то,
Нет, не про то, что все мы знали.
Пространство было залито
Призывом из глядящей дали.
Свет в нас глядел. Какую весть
Несло закатное горенье?
Замри. Припомни… Что-то есть
Важнее смерти и рожденья.
Важней всего, что, мозг суша,
Спать не давало. Что же это?
Ответить сможет лишь душа,
Насквозь пронизанная светом.


***

Так вот в чём суть всего: закатный свет
Просвечивает мир до сердцевины –
До глубины, в которой вправду нет
Ни капли зла и муки, ни единой.
Не двигайся, замолкни. Вот оно.
То, в чём всё нужное душе – возможно.
В закатный час в лесу обнажено
Светящее из глуби сердце Божье.


***

Я только плоть Твоя. Ты – Свет.
Когда размоются черты,
Когда я вся сойду на нет
И сквозь меня проступишь Ты,
Тогда уже не будет двух,
Не будет больше "Ты" и "я" –
Единый, всеобъявший Дух –
Душа горящая моя.
Тогда уже простынет след
Того, что мучило меня.
Тогда – огонь и чистый свет,
И мир, встающий из огня.


***

Свет входит внутрь сердца, как в горло вода.
Глоток за глотком, постепенно.
И вот, отступает лихая беда,
Дрожит, растекаясь как пена.
И ты возвращаешься снова домой,
В незыблемость первоосновы.
И Свет, внутрь входящий, бесплотный, немой,
Становится плотью и словом.

[просто Соня]

* * *

Есть в сердце внутреннее знанье,
Что нет у жизни окончанья.
Нам снится мера, снится срок,
А Дух бескраен и высок.
Не знаю, кончусь или нет,
Но ныне – бесконечный свет.
И погружение в него
Есть смысл смысла моего.


* * *

Какая тишина во мне!
Недвижно тело. Жизнь бессрочна.
И в этой полной тишине —
Путей древесных средоточье.
Идут стволы, идёт листва
Незримой внутренней дорогой,
И душу, точно дерева,
Уже нельзя отвлечь от Бога
Ничем и ни на миг единый —
За пядью пядь, за шагом шаг…
И точно соком сердцевина,
Любовью полнится душа.
И вот когда уже она
Застыла от переполненья,
Приходит за зимой – весна,
И вслед за смертью – воскресенье.


* * *

Глядеть, куда велишь. Глядеть, куда покажешь,
Куда Ты сам глядишь – по взгляду Твоему.
Отдать Тебе весь груз – земных тревог поклажу
И налегке пройти с Тобою через тьму.
Ты рядом, но просить мне ни о чём не надо.
Молчи, вся боль моя, мой страх земной, молчи!
Я верю Твоему всевидящему взгляду.
Иду, куда ведут закатные лучи.


* * *

Глубинный звон. Великий свет.
Есть третий световой завет:
Открой за краем новый край,
Разлиться свету не мешай.
Пускай раздвинутся все стены.
Не будь собою, будь Вселенной.
Не стой у света на дороге.
Умри в себе, воскресни в Боге.


* * *

Сквозь все муки жизни каждый день я
Вижу Твой незаходящий свет.
Я Тебя узнала по лишенью
Всех богатств и всех земных примет.
Ты велел остановить мгновенье,
Пересечь поток имён и слов.
Я Тебя узнала по свеченью
Вечности через земной покров.


* * *

Я живу для того, чтоб Тебя воплотить.
Я живу для того, чтоб дать место Тебе.
Облаков предрассветных жемчужная нить
Проведёт через все лабиринты в судьбе.
Я живу для того, чтобы тьму обороть,
Чтоб разгладились лиц искажённых черты.
Я живу для того, чтобы дать Тебе плоть.
Я живу для того, чтоб стал видимым Ты.


* * *
I

Весна! Весна! Пасхальная неделя!
Христос воскрес. И весь простор воскрес.
Дыханье Божье. Веянье апреля
И половодие, разлив небес.
Уже не надо ни воды, ни хлеба.
Земля не жаждет. Голод утолён.
Сейчас всю землю заливает небо,
И мы, очнувшись, стряхиваем сон.
Уже не надо никаких событий.
Душа, все грёзы сонные оставь!
Христос воскрес!
Послушайте, очнитесь!
Ведь воскресенье – это наша явь!

II

О, Духа вечная река,
Текущий с неба свет!
Ты думал – это облака,
А это Божий след.
Явление беззвучных сил,
Творящих жизнь начал.
Господь всю душу исследил…
А ты не замечал?


* * *

Ещё одна весна. Ещё одно вторженье
В мир Бога самого.
О, Господи, Ты – вот!
Ещё один призыв всех мёртвых к воскресенью.
Ещё один судьбы земной переворот.
Ещё раз на глазах событье из событий:
Оделся плотью Дух – победа бытия.
Ещё раз Бог сказал: Персты свои вложите!
Удостоверьтесь все – Я ожил! С вами Я!

[просто Соня]

* * *
I

Сколько дали впереди!
Сердце рвётся из груди.
Сердцу в ней не уместиться.
Сердце рвётся вслед за птицей,
Не оставившей следа,
В небо, в дали, в никуда.

II

Жизнь уходит. Я старуха.
Разве так? А сколько Духу,
Всюду веющему, лет?
И когда «Да будет свет!»
Бог сказал? Вчера? Сегодня?
Сколько лет делам Господним?


* * *

Тот, кто дороже жизни, в землю лёг.
Куда нам деться с нашею тоскою?
Что от Него осталось? Только Бог.
Но кто мне скажет, что это такое?
Берёза, низко ветки наклоня,
Чуть шепчется над свежею могилой.
Берёзе что-то надо от меня.
Но только что? – Душа понять не в силах.
За кладбищем знакомый с детства лес.
В нём вешний дух и блеск листочков свежих.
Как будто смысл мира не исчез,
Как будто мир всё тот же, мы всё те же.
Стволы дубов и лип переплелись,
Зацвёл замшелый камень придорожный,
И в сердце тихо натекает жизнь…
О, Господи, да как это возможно?..
А небо распростёрлось надо мной,
И в нём всех слов и мыслей замолканье.
Не знаю, что такое мир иной,
Но чувствую великое дыханье.
Как будто Тот, который в землю лёг,
Доносит тайну вечного покоя.
Ведь от Него остался в мире Бог.
Ты понимаешь, что это такое?..


* * *

Свершилось, Господи, свершилось.
Сейчас Ты не ответишь нам.
Сейчас иссякла Божья милость,
Сейчас Ты горько плачешь Сам.
Сейчас весь мир залит слезами.
И – ни просвета впереди.
Лишь целый небосвод над нами
И – целый Бог в моей груди.

* * *

Новый лист дрожит на ветке.
Жизнь раскрыла закрома.
Птицу выпусти из клетки,
Душу – из оков ума.
Трудно нам поверить в чудо:
Трезвым оком оглядись —
Смерть всесильна. Но откуда
В этот мир приходит жизнь?


* * *

Чем громче, тем дальше от Бога.
Чем тише, тем ближе к Нему.
Ни грома, ни трубного рога —
Лишь шёпот, раздвинувший тьму.
Ты близко, Ты рядом, Всевышний —
На всю мою муку ответ.
Всё тише, всё тише, всё тише…
И вот – расстояния нет.
И что-то до боли родное
Снимает тоску и вину,
И всею моей тишиною
Вступаю в Твою тишину.


* * *

А в небе нет ни завтра, ни вчера —
Великий ноль, бездонная дыра.
Дыра, не выносящая заплат,
Великий ноль Вселенною чреват.
И тот же ноль в душе – сквозной провал,
Вот тот, откуда этот мир восстал.
Оставь свой страх. И не ищи подпор.
Храни внутри распахнутый простор,
В котором сосны набирают рост,
В котором всходят мириады звёзд.


* * *

Ветер – это оклик Божий.
Ветер – это зов из далей.
Он одним порывом может
Уничтожить все печали.
До небес подбросить листья,
Загудеть в морской волне
И в душе моей расчистить
Место полной тишине.

[просто Соня]

* * *

I

От деревьев заразиться
Высотой и тишиной.
Подойти к своей границе
И увидеть мир иной.
Вечный мир… О Боже правый,
Как проста благая весть!
Как нас всех отвёл лукавый
От того, что вправду есть…

II

Мир иной… Но он не где-то.
Мимо цели не смотри.
Он таится в мире этом —
Под скорлупкою, внутри.
Да, вот в этом мире хрупком,
Здесь, где травку щиплет скот,
Как цыплёнок под скорлупкой,
Тайна медленно растёт.


* * *

АРВО ПЯРТУ

I

Ты расправишь мне душу, как небо и море.
Ты протянешь её до взошедшей звезды.
Ты тишайшую песню Господню повторишь,
Что звучала когда-то до первой беды.
До рожденья и смерти, до первой тревоги,
До сомнений всех наших, до наших обид;
Ту, что так целомудренно скажет о Боге,
Будто это Он сам о Себе говорит.
Только Сам о Себе, не с чужого рассказа —
Не история мира, а тайный пролог.
Тайна Божьей всецелости, tabula rasa.
Та великая тишь, где расправился Бог.


II

Мы, кажется, не знали никогда,
Что за чертой, где мы совсем затихли,
Где наших снов и мыслей ни следа,
Где страсть нема и укротились вихри, —
Пустыня, потерявшая края.
Нет лиц, нет слов – есть вечное Дыханье.
Есть вход в исток и устье бытия.
Есть то, где нет начал и окончанья.
Великий штиль. Недвижная вода.
Простор открыт, и Дух неисчерпаем.
Мы этого не знали никогда,
Но мы у входа. Мы сейчас узнаем…


III

Я подчиняюсь музыке великой,
Созвучию созвездий и планет.
Сиянью, исходящему от Лика,
Который возгласил: «Да будет свет!»
Вбираю волны тишины могучей,
Что усмиряет всё, что есть вокруг.
Я подчиняюсь тайному беззвучью,
Рождающему самый первый звук.
Он перекрыл гремящие событья,
Он над тоскою крестного пути.
О, только вы меня не отвлеките
От голоса, что может нас спасти!
От медленно растущего ответа
На безысходность, боль и злобу дня.
Я подчиняюсь царственному Свету,
Который заново творит меня.


* * *

Какая полнота немого бытия!
Куда девались страх, сомненье и тревога?
Деревья рядом есть, чтоб замолчала я
И наконец в душе раздался б голос Бога.
О, капель на свету таинственная дрожь!
Качание вершин в открытом небосводе…
Деревья в мире есть, чтоб отзвучала ложь
И истина взошла, как ели ввысь восходят.


* * *

Забыться, Господи, забыться —
Забыть про сроки и границы,
Забыть про боль души и тела,
Забыть про всё, что надо сделать.
Корабль, не знающий причала.
Забыть концы, забыть начала,
Нырнуть в серебряную пену
И – океаны по колено.
Два способа есть, две дороги —
В вине забыться или в Боге,
Разбиться о валы морские
Иль духом укротить стихию.


* * *

Узел боли можно размотать.
Узел муки можно развязать.
И душа становится опять
Бесконечной, как морская гладь.
И от муки больше ни следа,
Дух расправлен, вечен и высок.
Мука появляется тогда,
Когда душу стиснули в комок.

Раздел III. Всего себя Ты отдал нам

***

Как быть мы боимся самими собой,
Страшимся утратить границу!
Вступить в этой жизни гремящий прибой
И с нею на равных сразиться!
И внутренним светом ответить на свет,
Заливший янтарную осень!
О, как мы боимся дать ясный ответ
Тому, кто всю душу с нас спросит!


***

Мне надо всё, что есть, принять,
Любой грозе подставить грудь.
Чтобы Творца отцом назвать
И в Божьи очи заглянуть.
Покуда вопль мой не затих,
Пока мне страх туманит взгляд,
Того, что в бездне глаз Твоих
Мои глаза не разглядят.
Да, за слезой течёт слеза.
И за бедой вхожу в беду.
Но я люблю Твои глаза
И глаз от них не отведу.


Конец сборника

[просто Соня]

* * *

Есть в сердце внутреннее знанье,
Что нет у жизни окончанья.
Нам снится мера, снится срок,
А Дух бескраен и высок.
Не знаю, кончусь или нет,
Но ныне – бесконечный свет.
И погружение в него
Есть смысл смысла моего.


* * *

Какая тишина во мне!
Недвижно тело. Жизнь бессрочна.
И в этой полной тишине —
Путей древесных средоточье.
Идут стволы, идёт листва
Незримой внутренней дорогой,
И душу, точно дерева,
Уже нельзя отвлечь от Бога
Ничем и ни на миг единый —
За пядью пядь, за шагом шаг…
И точно соком сердцевина,
Любовью полнится душа.
И вот когда уже она
Застыла от переполненья,
Приходит за зимой – весна,
И вслед за смертью – воскресенье.


* * *

Глядеть, куда велишь. Глядеть, куда покажешь,
Куда Ты сам глядишь – по взгляду Твоему.
Отдать Тебе весь груз – земных тревог поклажу
И налегке пройти с Тобою через тьму.
Ты рядом, но просить мне ни о чём не надо.
Молчи, вся боль моя, мой страх земной, молчи!
Я верю Твоему всевидящему взгляду.
Иду, куда ведут закатные лучи.


* * *

Глубинный звон. Великий свет.
Есть третий световой завет:
Открой за краем новый край,
Разлиться свету не мешай.
Пускай раздвинутся все стены.
Не будь собою, будь Вселенной.
Не стой у света на дороге.
Умри в себе, воскресни в Боге.


* * *

Сквозь все муки жизни каждый день я
Вижу Твой незаходящий свет.
Я Тебя узнала по лишенью
Всех богатств и всех земных примет.
Ты велел остановить мгновенье,
Пересечь поток имён и слов.
Я Тебя узнала по свеченью
Вечности через земной покров.


* * *

Я живу для того, чтоб Тебя воплотить.
Я живу для того, чтоб дать место Тебе.
Облаков предрассветных жемчужная нить
Проведёт через все лабиринты в судьбе.
Я живу для того, чтобы тьму обороть,
Чтоб разгладились лиц искажённых черты.
Я живу для того, чтобы дать Тебе плоть.
Я живу для того, чтоб стал видимым Ты.


* * *
I

Весна! Весна! Пасхальная неделя!
Христос воскрес. И весь простор воскрес.
Дыханье Божье. Веянье апреля
И половодие, разлив небес.
Уже не надо ни воды, ни хлеба.
Земля не жаждет. Голод утолён.
Сейчас всю землю заливает небо,
И мы, очнувшись, стряхиваем сон.
Уже не надо никаких событий.
Душа, все грёзы сонные оставь!
Христос воскрес!
Послушайте, очнитесь!
Ведь воскресенье – это наша явь!

II

О, Духа вечная река,
Текущий с неба свет!
Ты думал – это облака,
А это Божий след.
Явление беззвучных сил,
Творящих жизнь начал.
Господь всю душу исследил…
А ты не замечал?


* * *

Ещё одна весна. Ещё одно вторженье
В мир Бога самого.
О, Господи, Ты – вот!
Ещё один призыв всех мёртвых к воскресенью.
Ещё один судьбы земной переворот.
Ещё раз на глазах событье из событий:
Оделся плотью Дух – победа бытия.
Ещё раз Бог сказал: Персты свои вложите!
Удостоверьтесь все – Я ожил! С вами Я!

Добавлено спустя 1 минуту 55 секунд:
***

И я узнала, наконец,
Как создавал меня Творец.
Сперва взяла Его рука
Всего лишь только горсть песка,

И к ней прибавила чуть-чуть
Простору, чтобы мочь вздохнуть,
И вскоре весь разлив небес
Вместился в грудь, и целый лес,

И гул морской… И все же Он
Был недоволен и смущен…
И вот тогда в избытке сил
Всего себя мне в грудь вложил, —

Всю меру Божеской любви —
И мне сказал: Теперь — живи!

***

Безгрешность ---это зеркальность.
Все небо---внутри залива.
О, этих просторов дальность.
Прибрежной скалы обрывы…
Седых облаков повторы---
Твоя бесконечность, Боже…
Быть зеркалом… тем, в котором
Ты сам отразиться сможешь.


***

Стихи — они родятся сами.
Я, кажется, дышу стихами.
Дыханье — Духа дуновенье —
Становится стихотвореньем.


***

На круги своя. На круги своя,
Из внешнего мира в Исток бытия,
Из мира разрывов, кусков и частей
Вовнутрь Всецелости тихой своей.
Огромный, заполнивший небо закат
И есть этот тайный блаженный возврат…
Движенье из ширей — вовнутрь, в глубину
Вхожденье безмерности в точку одну.
В ту самую точку, где все началось.
Куда продевают незримую ось.



***

Если свет догорает во мне,
Если входит в меня, как в окно, —
Значит мир уместился в зерне,
Значит в почву упало зерно.
Я не знаю — сто лет или год,
Или три легендарные дня, —
Но зерно все равно прорастет —
Я ль — из света, иль свет — из меня…


***

Все бедствия исчезнут в одночасье,
И отойдет, потонет вся тревога.
Все, все неважно — было бы согласье
Души и Бога.
Согласье мироздания с миродержцем,
Согласье бега с осью неизменной,
Согласье каждой мысли с ритмом сердца,
Согласье сердца с ритмами Вселенной.


***

В часы блужданий без дорог,
Утраты горькой,
Что может дать молчащий Бог?
Себя — и только.

Что может дать душе ольха,
Склонясь к рябине?
Покой серебряного мха
И тёмных линий.

Стволы, увитые плющом,
Небес просветы…
Ты хочешь что-нибудь ещё?
А есть лишь это.

И бьются бедные слова
О бедность истин,
И покрывается трава
Слезами листьев.

Их медленным круженьем весь
Простор укачен.
Твоё бессмертие вот здесь
Молчит и плачет.

В часы блужданий без дорог,
Утраты горькой,
Что может дать молчащий Бог?
Себя — и только.

Но для тебя Он слишком прост,
Душа мечтала
О большем… От земли до звёзд —
Ужели мало?



***

Держи ум свой во аде и не отчаивайся. (Святой Силуан)

..А это слово «человек»
Звучало гордо. О, как гордо!
Какие мощные аккорды
Озвучили железный век —

И заглушили литургию.
Одни намерения благие
Гремели как колокола
Победные над силой зла.

Век был уверен и параден.
Он позабыл, что рядом край.
— И мы не держим ум во аде.
Нам усыпил сознание рай.

Мы сами боги. Нам не надо
Напоминать про пламя ада,
— Про этот внутренний огонь.
Нам нужен гром и лязг погонь,

Нам надо бить по зеркалам
И превращать в руины Храм.


***

Небо… Небо надо мною —
Прямо в сердце льётся весть:
Есть на свете неземное,
Нескончаемое есть.

Над домами, над погостом,
Всей бескрайностью дыша…
Может, небо — это просто
Разливанная душа?..

[просто Соня]

***

Подумать о Вечном, подумать о Боге
Вот здесь, на изломе, вот здесь, на пороге
Пустого пространства, разверзшей бездны.
Пред тем, как пугливые мысли исчезнут,

Почувствовать, ноги от дна отрывая,
Что Бездна — творящая; Бездна — живая.
Что Бездну, раскрывшую вечные глуби,
Ты больше, чем жизнь эту смертную, любишь,

Что смысл твоей жизни лишь в ней и таится —
В огромности этой, размывшей границы.
Вот в этом призыве надмирного рога —
В простор, в никуда — порывание к Богу.

И вот донесется до смертного слуха
Сквозь пение волн рокотание Духа,
И ты ощутишь вдруг блаженную тяжесть —
На грудь твою первая заповедь ляжет.

Тогда заходи внутрь пустынного храма,
Тогда, наконец, ты поймешь Авраама
И новую жертву в молчаньи положишь
На вечно пылающий жертвенник Божий.


***

Нам не известно, что за краем,
Затем, что мы не затихаем.
Мы не доходим никогда
До края тишины, куда
Ведут незримые ступени,
Те внутренние… лишь по лени.
Из страха и по маловерью
Мы застываем перед дверью,
Из двери идола творим
И бьем поклоны перед ним.


***

Вам надо выкричаться. Мне — затихнуть.
Вам — выплеснуть себя, а мне собрать.
Но что такое все земные вихри
Перед задачей — небо удержать?

И радуется сердце или плачет,
Победа в дверь стучится иль беда --
Есть у меня всего одна задача.
И от нее не деться никуда.

Невыполнима и неодолима.
И все же — выполни и одолей.
Ведь этот мир, так трепетно любимый,
Все время просит помощи моей.

И даже Он нуждается в защите, —
Тот, кто всю жизнь, весь смысл душе дает…
Пока еще безмолвен Вседержатель.
Пока еще недвижен небосвод.

Пока еще так звонки птичьи трели
И так спокойна горная гряда…
Но только если сердце с Ним разделит
Всю тяжесть мира, только лишь тогда

Мир устоит. И что такое вихри
И всех страстей бушующая рать?
Вам надо выкричаться.
Мне затихнуть.
Вам — выплеснуть себя, а мне собрать.


***

Cтрастной четверг, а в мире — чудо.
А в мире — свежая листва,
И Дух Твой веет отовсюду,
Чтоб возвестить: земля жива!

Страстной четверг, а птицы! птицы…
…Твой лоб в крови. Твой взгляд померк ---
Ты изнемог, но жизнь родится
В страстной четверг, в страстной четверг.

Не уместилась вечность в даты,
Как в почку — свежие листы.
С Тобой душа моя распята,
Но сердце знает, что сам Ты —

Жизнь вечная и воскресенье,
И всем законам вопреки
Пробилась зеленью весенней
Песнь радости со дна тоски.


***

Жизнь за гробом — это тайна.
Знать о ней не надо нам.
Надо стать душе бескрайной,
Не делясь на «здесь» и «там».

А пока есть страх и элоба,
А пока есть в сердце дно, —
Жизнь за гробом иль до гроба
Это, право, все равно.


***

О, Господи, при чем тут я,
Когда вся глубина Твоя,
Вся бездна бездн растворена
И силы творческой полна?

При чем тут я? При чем? Зачем,
Когда так целокупно нем
Простор бессолнечного дня
И он берет в себя меня?

При чем тут я, когда есть лес
И в нем последний крик исчез
Лишь дятел бьется, сук долбя…
О, пробужденье от себя!

Наплыв великой высоты…
При чем тут я, когда есть Ты?


***

Бог не терпит других. Он один навсегда.
Вся безмерность -- Его.
Тихо небо качает морская вода.
Никого.

Оглянись -- лиловатые дали чисты,
Берег -- тих.
Все, что видишь и слышишь вокруг -- это ты,
Нет других.

И затихла, как разом прервавшийся спор,
Боль твоя.
Не дробится душа, не раздроблен простор --
Ты есть я.

Мы не два, а одно. Ты есть я, я есть он.
Как ясны зеркала!
И та гладь, что разбилась в начале времен,
Вновь цела!


***

А листья летят, и летят, и летят
Крылатою лёгкою стаей.
Октябрь на исходе. Густой листопад.
Лес молкнет. Мой лес замирает.

А сердце готово следить без конца
За медленным листьев паденьем.
Я чувствую ясно дыханье Творца
В безжалостном ветре осеннем.

О, Дух, возносящий стволы к небесам,
Пространство провей и расчисти!
Ты часто бываешь безжалостен к нам —
Дрожащим, трепещущим листьям.


***

И был ты грешен или не был,
Дай Богу в сердце заглянуть!
Ведь грех смывается всем небом,
Прошедшим насквозь через грудь.
Пусть только полнится молчанье
И будут вновь глаза тихи.
В душе, вместившей мирозданье,
Не умещаются грехи.


***

Хлеб насущный даждь нам Господи
Силы на сегодня
Мы сюда на землю посланы
Воины Господни

Не талант и не уменье
Что-то есть иное
Каждый стих моё сраженье
С тяжестью земною

Тот огонь под пеплом дремлющий
Лишь ему поверьте
Каждый стих-победа немощи
Над всесильем смерти


***

Ты возникаешь в гуще слез
И в мир приходишь как вопрос,
Направленный куда то в грудь
Из глубины и в глубь, из сути в суть
Все властный, словно аромат,
Ты там где все давно молчат
Где больше нечего сказать
И все слова как реки вспять
Текут туда где звуков нет
И нет надежды на ответ…

Ты начинаешься тогда
Когда последняя звезда
Скрывается последний знак
Вдруг погружается во мрак
И среди полной темноты
Душа кричит и это Ты
Меня коснулся как волна
Земли.Ни берега ни дна
Не чую. Почва из-под ног
Ушла. Со мною только Бог.........


***

Не прерывай свиданья с Богом.
Не угаси огонь в груди…
Забудь про всю свою тревогу…
И изнутри не выходи.

Неважно — в небе или в трюме,
Неважно — темень или свет,
Неважно — жив ты или умер,
А важно — с Богом или нет…


***

Нас тянут каменные гири.
Мы связаны. Таков закон.
Но в этом тяжком смертном мире
Есть чистый колокольный звон.

И тот, кто смог его расслышать,
Идет к нему сквозь тяжесть дней,
И чем он ближе, тем он тише,
И чем он тише, тем мощней.

И где-то на последней ноте,
Где смерть уже изнемогла,
Кончаются законы плоти
И расправляет Дух крыла.