О смерти и перерождении

Модератор: просто Соня

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 26 апр 2020, 00:15

Искусство умиратьПоиск непреходящего счастья























Чтобы не перегружать ресурс, часть постов из этой ветки переносится сюда:

https://forum.arimoya.info/threads/О-смерти-и-перерождении.1925/page-2
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 07 май 2020, 18:44

МедитацииПоиск непреходящего счастья























Чтобы не перегружать ресурс, часть постов из этой ветки переносится сюда:

https://forum.arimoya.info/threads/О-смерти-и-перерождении.1925/page-2


Хамбо Лама (1852–1927): бурятский лама, сохранивший свое тело после смерти с помощью особой медитации. На сегодняшний день его тело совершенно не разлагается, его можно увидеть в Иволгинском дацане (монастыре) рядом с Улан-Удэ (столицей Бурятии).
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 18 ноя 2020, 10:04

Навстречу смерти. Практические советы и духовная мудрость тибетского буддизма - Эндрю Холечек

Эта книга посвящается Трангу Ринпоче и Кхенпо Цултриму Гьяцо Ринпоче, открывшим мне глаза на то, что смерть — это иллюзия, а также моим родителям, чья смерть показала мне, насколько эта иллюзия горька.
"Могу гарантировать вам, что при надлежащем уровне подготовки момент смерти станет для нас радостным переживанием. Если же мы не готовы, он непременно станет временем страха и сожалений." — Аньен Ринпоче
"Готовым к смерти быть — тогда и смерть, и жизнь приятней." — Уильям Шекспир


Изображение

Эндрю Холечек
Навстречу смерти
Практические советы и духовная мудрость
тибетского буддизма
Самадхи. Москва. 2016

Вступительное слово

если мы достаточно преуспеем в искусстве медитации, то во время умирания и в бардо мы увидим и реализуем изначальное осознавание, истинную просветлённую природу нашего ума — обнажённую, такую, какая она есть. Это исконное осознавание есть изначальная мудрость с её пятью аспектами и пятью семействами будд в их чистых землях. Всё это — естественная лучезарность и исконная сила самогó недвойственно проявляющегося, незримо и неограниченно пребывающего и безусильно действующего изначального осознавания. Если мы сможем реализовать и поддерживать его, мы достигнем состояния будды. Хотя во время смерти все мы видим изначальное осознавание, истинную природу ума, это переживание настолько скоротечно, что большинство из нас не только не может поддерживать, но даже не замечает его. Многие важные буддийские тексты о смерти уделяют основное внимание реализации сияющего бардо дхарматы.
Однако большинство из нас не занимаются практикой медитации всерьёз, и уж конечно не являются мастерами высокого уровня. Так что нам не стоит надеяться реализовать мудрость изначального осознавания в самые неспокойные моменты умирания и бардо, а следует сосредоточиться на трансформации двойственных привычек ума, бурных эмоций и чувственных переживаний в благие качества посредством молитвы и медитации на преданности, свете и любящей доброте. Такая практика более проста — и очень полезна.
«Навстречу смерти» — это крайне своевременный подарок всем нам, стремительно несущимся к критическому моменту физической смерти. Здесь исключений быть не может. Мы все умрём. Эта книга наполнена нектаром религиозной и практической мудрости, позволяющей наилучшим образом использовать исключительно ценное время оставшейся нам жизни. Она изобилует понятными и полезными подробностями и пропитана великими любовью и заботой. Это справочник для всех, кто понимает, что умрёт, и хочет, чтобы его путь освещал дарящий счастье и благословение свет Дхармы.
Тулку Тхондуп

Введение

Смерть — одно из самых драгоценных переживаний в жизни. Это в буквальном смысле тот шанс, который выпадает лишь раз. Карма, которая привела нас в эту жизнь, иссякает, временно оставляя «чистый лист», а карма, которая толкнёт нас в следующую жизнь, ещё не кристаллизовалась. Так мы оказываемся в уникальной «ничьей земле», в потустороннем мире, который тибетцы называют «бардо» и в котором может осуществиться множество чудесных возможностей. В это особенное время при поддержке искусных друзей мы можем достичь быстрого духовного прогресса и напрямую повлиять на то, где переродимся. Более того: мы даже можем достичь просветления. Буддийские мастера заявляют, что благодаря этому кармическому зазору в смерти больше возможностей для просветления, чем при жизни. «Это промежуточное время [бардо]... — лучшее время, чтобы попытаться сознательно внести позитивные изменения в причинно-следственный процесс эволюции. В этом промежутке наш эволюционный импульс крайне нестабилен, и в подобном кризисном состоянии мы можем совершить большой скачок — как вперёд, так и назад».
Однако смерть страшит даже тех, кто занимается духовными практиками. Мы боимся её, потому что это нечто неведомое. Мы не ждём смерти, потому что не знаем, чего нам ждать. Для большинства из нас она остаётся великой загадкой. Смерть — это окончательное затмение, то, чего следует избегать любой ценой. Но у нас всегда есть выбор. Мы можем продолжать проклинать тьму или включить свет. Смерть — не время для колебаний и смятения. Это время для уверенных сострадательных действий. Лама Сопа Ринпоче говорит: «В это время люди действительно должны что-то сделать для умершего; это самое важное время для человека». В «Тибетской книге мёртвых» сказано: «Это линия, разделяющая будд и живых существ. Об этом моменте говорится: в один миг они разделяются; в один миг — полное просветление». Отношение к бардо, лишённое отвлечений, — это линия, отделяющая будд от живых существ.

Эта книга поможет вам подготовиться к смерти. Она основана на богатейших знаниях тибетской танатологии и содержит множество библиографических ссылок (для тех, кто хочет больше узнать о сложном феномене бардо). Однако главная задача этой книги,— быть практическим руководством, справочным пособием. Момент смерти, как и момент рождения, — это время, когда нам больше всего нужна помощь. Начало и конец жизни сопряжены с уязвимостью, смятением — и одновременно с богатством возможностей. В обоих случаях мы вступаем на новую территорию — в мир живых или в мир мёртвых. Умирающий и те, кто за ним ухаживает, могут создать условия, позволяющие извлечь из этого бесценного события всю возможную пользу. Мы узнаем, что надо делать и когда это делать.

Парадоксально, но фиксация на идее «хорошей смерти» может помешать хорошо умереть. Если мы будем считать, что наше умирание пойдёт по намеченному плану и что за идеальной подготовкой последует идеальная смерть, мы искусственно приуменьшим загадочность этого поистине таинственного процесса. Покориться важнее, чем контролировать. Хорошую смерть определяет полная открытость всему, что возникает. Так что я не сравниваю вашу смерть ни с какой другой и не считаю, что вы должны умереть определённым образом. Пусть ваша жизнь и ваша смерть будут вашими собственными. В жизни есть вещи, которые мы просто делаем по-своему. Это означает, что обширная литература об осознанном умирании является как благословением, так и проклятием. В какой-то момент нам придётся просто нырнуть в смерть с умом новичка, в предвкушении неведомых приключений. Образы идеальной смерти создают ожидания, модель, которой, как нам кажется, мы должны соответствовать. Если опыт окажется отличным от наших ожиданий, мы можем запаниковать. «Должно быть по-другому», «Я не рассчитывал, что всё будет именно так». Смерть неразрывно связана с отпусканием. Включая отпускание любых ожиданий. Опасность слишком подробного изучения смерти в том, что мы можем попытаться «заказать» опыт в определённой упаковке, втиснуть реальность в смирительную рубашку наших представлений. Лучший подход — это срединный путь. Узнайте столько, сколько сможете. Изучайте, практикуйте, готовьтесь. А после — отбросьте всё, и пусть этот естественный процесс протекает естественно. Отбросьте карту и бесстрашно вступите на территорию. Это похоже на подготовку к большому путешествию.
Мы стараемся собрать всё необходимое. Но когда путешествие начинается, мы просто наслаждаемся им. Мы не пытаемся сделать его безупречным. Иногда величайшие приключения начинаются, если мы свернём не туда или заблудимся. Всесторонне подготовившись, мы расслабляемся со знанием того, что у нас есть всё необходимое. Зачастую лучшее, что мы можем сделать, — это отойти в сторону и позволить смерти произойти естественным образом. Смерть умеет о себе позаботиться. Как однажды сказал мой друг, «умереть не сложно, гораздо сложнее жить». Однако иногда бывает полезно вмешаться и действовать решительно. Смерть — время эмоций, спутником которых часто бывает замешательство. Грамотное руководство может принести большую пользу. Цель этой книги — обеспечить такое руководство. Опирайтесь на неё, а затем сделайте с ней то же, что и с самой смертью — отпустите её.

Краткий обзор книги

Центральным ориентиром в тибетском мире, а также каркасом этой книги служит учение о трёх бардо смерти: мучительном бардо умирания, сияющем бардо дхарматы и кармическом бардо становления. Если описать эти бардо вкратце, мучительное бардо умирания называется мучительным из-за боли отпускания. Сияющее бардо дхарматы начинается с окончанием бардо умирания. Для большинства из нас оно проходит незаметно. Слово «дхармата» означает «таковость» и указывает на природу реальности, просветлённое состояние. Оно названо «сияющим» в силу своей невообразимой лучезарности. Оно настолько яркое, что ослепляет нас, и мы теряем сознание. После этого мы с изумлением просыпаемся в кармическом бардо становления. Таковость исчезает, и с возвращением кармы, которая должна ввергнуть нас в следующее рождение, возникает замешательство. Весь процесс занимает примерно сорок девять дней и будет описан весьма подробно.
Разные существа по-разному проходят через бардо. Большинство учителей говорят, что культурные отличия и индивидуальные особенности являются источником разнообразия переживаний. Действительно, почему христианин или мусульманин, чья вера существенно отличается от буддизма, должен переживать смерть так же, как буддист?

Как мы увидим, путешествие сквозь бардо — это путешествие сквозь ум. С буддийской точки зрения сущность ума всех существ одинакова. Однако поверхностные структуры, скрывающие эту сущность, различаются. Таким образом, путешествие сквозь поверхностные структуры (бардо умирания) в сущность ума (бардо дхарматы), а затем — из неё (бардо становления) не всегда одинаково. Однако общая модель трёхступенчатого процесса универсальна. Хотя у тибетцев имеются захватывающие описания этого процесса, которые
легко перевести на язык нашей собственной традиции, современные мастера признают существование случаев культурной изолированности и вытекающих из неё особенностей. Тема противопоставления универсальной истины и культурных особенностей возникает каждый раз, когда учения древней традиции мигрируют в современность.
... потратив столько времени на проникновение в загадки собственного ума, я убедился в истинности поразительных учений о бардо. Любой из нас может проверить всё
нижесказанное на собственном опыте — если только захочет совершить эти открытия. Я поделюсь тем, что эта мягкая и заботливая, но в то же время бесстрашная традиция предлагает в виде бесценного дара всему человечеству.

Как использовать эту книгу

Эта книга представляет собой полноценный справочник, энциклопедию смерти. Тема изложена коротко и прямолинейно, что соответствует концентрированной интенсивности переживания смерти. Это подборка информации, к которой вы сможете обратиться, когда это вам действительно потребуется. В задачи книги не входит изложение обширных и необъятных теоретических знаний о бардо. Её цель — быть простой и практичной. Хотя материал подан в сжатой форме, я старался сделать его настолько удобным в использовании, насколько это возможно. Я отдаю себе отчёт в том, что в нашу суетную эпоху немногие найдут время, чтобы прочесть книгу такого объёма от корки до корки, — точно так же, как многие слишком заняты, чтобы умереть внимательно и осознанно. Смерть — очень досадная штука. Но оказаться неготовым к ней — ещё досадней.

Привыкание

Ключ к мягкому преодолению сложностей смерти — в привыкании, или близком знакомстве. Если вы позаботитесь о некоторых деталях сейчас, то в момент смерти сможете расслабиться, а расслабиться — это лучшее наставление по умиранию. Расслабление же рождается из привыкания.

Часть 1
ДУХОВНАЯ ПОДГОТОВКА

1. Что сделать для себя перед смертью
Даже если вы должны умереть завтра, сегодня вечером вы должны к этому готовиться.
Сакьонг Мипам Ринпоче
К тому, кто подготовился и занимался духовной практикой, смерть приходит не как поражение, а как триумф и самый славный момент жизни — как её венец.
Согьял Ринпоче

Как прожить хорошую жизнь и научиться отпускать Самая важная часть духовной подготовки к смерти — жить подлинно духовной жизнью. Мы умираем так же, как живём. Как сказал о смерти поэт Кабир, «то, что обнаруживается тогда, обнаруживается уже теперь».. Максима «Карма о тебе позаботится» напрямую применима к смерти. В сущности, карма — это привычка. Это импульс повторяющихся действий, которые входят в привычку. В наших собственных интересах развить как можно больше положительных привычек. В «Маханама-сутте» Будда говорит: «Подобно тому, как в горшке с водой растворённое в воде масло поднимается на поверхность, ваши добродетель, доброта, вера и щедрость поднимутся на поверхность, и вы понесёте их к следующей цели своего путешествия». Практика добросердечия или бодхичитты — это сущность добродетельной жизни и самая лучшая привычка. Бодхичитта или сердце, наполненное любовью и состраданием, также является сущностью Будды. Она очищает от негативной кармы и позволяет накопить позитивную карму. «Самое главное — практиковать бодхичитту. Умереть с бодхичиттой — лучший вид смерти». Постарайтесь сделать так, чтобы вашим эмоциональным состоянием «по умолчанию» была бодхичитта. Иначе говоря, задумайтесь, какова ваша автоматическая реакция на жизненные ситуации, особенно — сопряжённые с трудностями? Если вы не уверены, как поступить в той или иной ситуации, просто откройте своё сердце и любите. Это упражнение в бодхичитте. Если вы будете хорошим человеком и начнёте помогать другим, это создаст импульс, который плавно пронесёт вас через все бардо. Это важно, потому что большинство практик медитации, о которых мы будем говорить, совершенно незнакомы небуддистам. Но хорошая смерть и готовность к ней не являются прерогативой буддистов. Сила добродетели позаботится о любом, кто проживает жизнь с подлинной добротой. Тенга Ринпоче говорит: «Отношение бодхичитты превращает в практику Дхармы даже то, что выглядит как мирская активность». Бодхичитта подготовит вас к смерти. Она расстелит красную ковровую дорожку на вашем пути через бардо. Далай-лама говорит: «Пока я живу, я буду медитировать на бодхичитте. Это придаёт смысл моей жизни. В момент смерти я буду медитировать на бодхичитте. Это поможет мне продолжить путь к просветлению». После этого Его Святейшество добавляет: Если человек взращивает в себе такие духовные качества, как гармония ума, смирение, непривязанность, терпение, любовь, сострадание, мудрость и т.д., он вооружает себя силой и рассудительностью, необходимыми для эффективного решения проблем этой жизни, а поскольку он накапливает ментальное, а не материальное богатство, ему не придётся расставаться с ним после смерти. Ему не придётся вступать в посмертное состояние с пустыми руками.

Мы должны не только жить добродетельной жизнью, но и научиться отпускать. Если мы сумеем пресечь свои привязанности, то и наша жизнь, и наша смерть будут лёгкими. Во многих смыслах весь духовный путь связан с отпусканием и поэтому является подготовкой к смерти. Если мы идём по истинному пути, мы будем готовы. «Многие считают, что практика Дхармы — это подготовка к смерти, что всё, что делает буддизм, — это готовит вас к смерти. И мы действительно готовимся — и готовимся основательно».

Описанные ниже медитации, многие из которых предназначены для ежедневной практики, чрезвычайно полезны в момент смерти. Смысл не в том, чтобы заставить вас практиковать все медитации, а в том, чтобы показать вам, как много вы можете сделать, чтобы подготовить себя наилучшим образом. Эти практики также указывают на то, насколько полезной подготовкой являются даже ваши ежедневные медитации. Практики более высокого уровня часто бывают проще практик для начинающих. Высочайшая практика смерти — это простое расслабление в умирании. Важны качество практики и ваша вера в неё.

Главный редактор первого полного перевода «Тибетской книги мёртвых»* пишет об эзотерических практиках: «В сердце этих навыков медитации лежат практики, посредством которых мастера данных медитационных традиций имитируют процесс растворения сознания в момент смерти... Первоисточник этих учений — прямое, полное и устойчивое, основанное на опыте понимание абсолютной природы ума. Ещё раз повторю, что путешествие сквозь бардо — это путешествие сквозь ум, так что любая медитация, которая позволяет вам познакомиться с собственным умом, готовит вас к смерти.
*) То, что мы называем «Тибетской книгой мёртвых», является переводом всего лишь трёх из четырнадцати глав полного текста. Первый полный перевод был значительным достижением. В свою очередь эти четырнадцать глав входят в более крупный цикл учений (связанных с «Гухьягарбха-тантрой»), состоящий из более чем шестидесяти пяти отдельных текстов.

Все эти различные практики упомянуты потому, что переживание бардо сопряжено с трудностями. Как это бывает в самых ярких путешествиях, события не всегда развиваются по заранее запланированному сценарию. Если не сработал план А для бардо умирания, у нас есть план Б для бардо дхарматы и план В для бардо становления. Держа в своей аптечке первой помощи различные медитации, мы сможем достать одну из них и сделать неудачное путешествие удачным. Самое главное — подготовиться. Как сказал о смерти Чагдуд Тулку Ринпоче, «если вам нужно срочно справить нужду, туалет строить уже поздно».
Наконец, Далай-лама говорит о духе нашего путешествия: Поскольку смерть — это состояние, в котором все грубые уровни энергии и сознания уже растворены и остаются лишь тонкие энергии и виды сознания, йогин может посредством медитации вызвать состояние, практически идентичное действительному переживанию смерти. Это достижимо, поскольку медитация позволяет растворить грубые уровни энергии и сознания. Справившись с этой задачей, медитирующий обретает колоссальный потенциал решительного и
необратимого прогресса на духовном пути. В обычной жизни, зная, что нам придётся столкнуться с трудной или непривычной ситуацией, мы заранее тренируемся и готовимся к
этим обстоятельствам, так что когда событие действительно происходит, мы полностью к нему готовы. Репетиция процесса смерти, а также промежуточного состояния и начала нового существования лежит в самом сердце пути высшей йога-тантры.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 06 фев 2021, 16:07

Практики и учения для подготовки к собственной смерти

Медитация шаматхи

В «Тибетской книге мёртвых», являющейся важнейшим руководством тибетского буддизма, многократно повторяются две главные темы. Первая из них: «Не отвлекайся». Она связана с шаматхой, способностью сохранять неподвижность ума, сосредоточенного на любом происходящем событии или объекте. Стабильность, достигаемая в шаматхе, позволяет вам с уверенностью смотреть в лицо любому переживанию. В жизни и — что ещё важнее — в смерти отвлечение имеет огромную силу. Паскаль писал: «Отвлечение — это единственная вещь, утешающая нас в наших мучениях и одновременно являющаяся величайшим из наших мучений».
Шаматха избавляет нас от этого мучения. Шаматха, или умиротворённое пребывание — это базовая форма медитации внимательности. Внимательность является мощной подготовкой, поскольку она не растворяется в момент смерти. В момент смерти развитые навыки этой практики сами по себе послужат нам духовным спасательным тросом, за который мы сможем держаться в бардо и который вытянет нас из опасных ситуаций.

Один из лучших способов подготовки к смерти — научиться принимать её и сохранять полное присутствие в процессе умирания. Полное присутствие — это сущность внимательности, которая развивается посредством шаматхи. Поскольку смерть вызывает дискомфорт, быть с нею сложно. Как сказал Вуди Аллен, «я не боюсь смерти — я просто не хочу при ней присутствовать». Большинство из нас не присутствуют при своей смерти, тем самым усложняя её. Чтобы понять, о чём идёт речь, вспомните, как тяжело поддерживать полное присутствие, когда вы больны. Большинство из нас хочет оказаться где-нибудь ещё. При отделении жизненной силы от тела даже опытные практикующие могут почувствовать боль. Сопротивление этой боли, сопротивление смерти или любому другому нежелательному событию порождает страдание. Мы можем научиться принимать дискомфортное состояние смерти, если будем с внимательностью принимать каждый момент прямо сейчас. Замените противостояние равностным отношением. «Если вы умираете, будьте умирающим полностью и безоговорочно». "Если сейчас не время для жизни, не пытайтесь быть живым".

Медитация внимательности практикуется во всех школах буддизма. Это фундаментальная медитация, на которой основываются все остальные. Без прочного основания внимательности другие практики не будут стабильными. Говорят о трёх формах внимательности. Первая из них — это «намеренная внимательность», как таковая являющаяся одним из ментальных факторов и растворяющаяся, когда ментальные факторы растворяются в сиянии (см. «Внутреннее растворение»).
Второй, говорящий о более высоком уровне развития тип внимательности, — это «безусильная внимательность», то есть внимательность, осознающая истинную природу ума. С усилением реализации внимательность достигает ещё более высокого третьего уровня: неконцептуальной и осознающей «спонтанной внимательности». Две последние формы внимательности не умирают. Далее в этом разделе пойдёт речь о бесформенной шаматхе, являющейся вратами к этим двум последним формам бессмертной внимательности.

Уравнение страдания, предлагающее один из способов работы с ним, таково: страдание = боль + сопротивление. Если вычесть сопротивление, сложное страдание превращается в простую боль.

=============
Сначала внимательность развивается посредством практики шаматхи с формой или шаматхи с опорой. Этот тип шаматхи использует опору на тело, дыхание, чтобы успокоить ум. Идея заключается в использовании устойчивой формы — пока у нас ещё есть такая форма — для стабилизации ума. Когда со смертью физическая стабильность исчезает, нашим основным прибежищем становится стабильность ума.
Когда мы умрём, якорь тела будет оторван, и ум вырвется на свободу. Если мы не готовы к этой свободе, мы можем запаниковать. Представьте, что вас выбросило из космического корабля в открытый космос. Вызванная этим паника может заставить вас цепляться за всё подряд, лишь бы восстановить ощущение опоры. Словно поскользнувшись на льду, мы рефлекторно тянемся и пытаемся ухватиться за всё, что может поддержать нас и не дать упасть. Этот рефлекс цепляния может толкнуть нас к принятию неудачной формы, а значит, неудачного рождения.

Результатом шаматхи является способность помещать своё внимание на любой выбранный объект и сохранять неподвижность ума, избегая отвлечений. Ваша осознанность остаётся там, куда вы её швырнёте, — подобно тяжёлому мешку, шлёпнувшемуся на землю.
Следующим шагом после шаматхи с формой является бесформенная шаматха. Это способность направлять ум на всё, что возникает, а не только на конкретную форму, и сохранять его неподвижность. Вы снимаете с четырёхколёсного велосипеда два страховочных колеса и легко едете по любой поверхности.
Бесформенная шаматха, или шаматха без опоры, важна, поскольку когда во время смерти тело перестаёт функционировать, у нас не остаётся никакой стабильной формы, на которую мы могли бы направить свою внимательность. Нет ничего устойчивого, нам не на что опереться. Если ум не мечется в поисках любой формы, за которую можно было бы схватиться, в этой точке без опоры бесформенная шаматха позволяет нам успокоить его на любом переживании, не увлекаясь им. То, что у нас нет тела, в которое мы могли бы вернуться, не является более проблемой. Мы просто помещаем свой ум на всё, что происходит, тем самым обретая стабильность. «Перевёрнутые» медитации и «йога бессонницы», о которых пойдёт речь ниже, помогают развить этот навык. Бесформенная шаматха — это спасательный круг, не позволяющий нам утонуть в бурном и пугающем океане переживаний.

За простотой внимательности можно не заметить её глубины. Она — врата к бессмертию. Людвиг Витгенштейн сказал: «Если под вечностью понимать не бесконечное течение времени, а безвременье, тогда вечно живёт тот, кто живёт в настоящем». Трунгпа Ринпоче и Падмасамбхава согласились бы с этим утверждением. Они учили, что существует четыре вида отношения к переживанию времени, делая акцент на четвёртом мгновении. Первыми тремя мгновениями называются условные переживания прошлого, настоящего и будущего. Четвёртое же мгновение вне времени, и потому бессмертно. Оно за пределами первых трёх. Четвёртое мгновение — это прямое переживание бардо дхарматы, которое, как мы увидим, лежит вне времени и пространства. Чтобы получить опыт бессмертной дхарматы, не обязательно умирать. Она тихо лежит между любой парой мыслей — а не только между парой жизней. Бардо дхарматы есть между любыми двумя мыслями (это промежуток безмолвия между ними), между любыми двумя днями (глубокий сон без сновидений) и между любыми двумя жизнями. Смерть подобна длинной паузе между двумя циклами дыхания. См. рис. (песочные часы), на котором четвёртое мгновение показано как точка безвременья в центре. В данном контексте верхняя часть песочных часов может символизировать прошлое, центральная точка — настоящее (а также портал, ведущий к четвёртому мгновению), а основание — будущее. О четвёртом мгновении см. [Padmasambhava].

Хотя четвёртое мгновение лежит за переделами остальных трёх мгновений, в нём можно оказаться лишь пройдя через лазейку в настоящем. Иными словами, «сейчасность» — это узкий проход, ведущий в вечность. Айенгар сказал: «Йогин учится забывать о прошлом и не помышляет о будущем. Он живёт в вечном настоящем».
Если вы не видите дхармату в пространстве между мыслями, вы можете понять, что это такое, когда поглощены какой-то деятельностью. Это гармоничное переживание четвёртого мгновения — вход в мир, где время исчезает, а значит, исчезаете вы. жизнь обретает смысл только в те мгновения, когда „я“ растворяется в какой-то задаче. Цель жизни не в том, чтобы найти себя. Она в том, чтобы потерять себя».
Фокус в том, чтобы потерять себя правильно. Если вы теряете себя в мыслях, воспоминаниях, ожиданиях или в жизни вообще, это просто отвлечение, противоположное шаматхе. Правильно потерять себя значит обнаружить четвёртое мгновение. Это позволяет вам оказаться на месте реальных событий, в эпицентре, а не где-то на периферии.

Это волшебное состояние, близкое к тому, что психологи называют «состоянием потока», а спортсмены — «зоной», не обязано возникать случайно.
Зону четвёртого мгновения можно развить, если научить ум присутствовать. Чем больше вы практикуете внимательность, тем чаще попадаете в зону. Тот, кто развил шаматху, может позволить своему уму покоиться в медитативной поглощённости, или самадхи, и ощутить вкус бессмертия. Он вошёл в бессмертную зону полного присутствия.

Несмотря на все сложности бардо, медитации, которые нас к ним готовят, не обязаны быть сложными по определению. Простота и расслабление — два ключевых наставления для прохождения бардо. Не нужно недооценивать силу внимательности. Наропа сказал: «Поскольку [в бардо] сознание не имеет опоры, намерение внимательности сложно стабилизировать. Но умеющий поддерживать внимательность не встретит помех на пути. Даже одна сессия медитации в этом промежуточном состоянии может привести к освобождению».

Медитация випашьяны

Вторая главная тема «Тибетской книги мёртвых» такова: «распознавание и освобождение одновременны». Это связано с випашьяной, практикой медитации особого видения. Шаматха успокаивает ум, а випашьяна позволяет его увидеть.
Ясно видя свой ум, мы можем понять, как он функционирует. Это помогает нам искусно работать с ним. В бардо нам «приходится» работать со своим умом — просто потому, что там нет ничего другого. Внешний мир исчез, тело исчезло, так что реальностью становится ум. Благодаря медитации особого видения мы обнаруживаем, что всё возникающее в бардо — просто проявления ума. Такое распознавание освобождает нас.
Подобно тому как распознавание того, что мы спим, в состоянии сна (осознанное сновидение) освобождает нас от страданий сновидения, распознавание того, что мы находимся в бардо, освобождает нас от страданий бардо. Пока мы не осознаем своё сновидение, оно будет швырять нас туда-сюда как кусок пенопласта, попавший в бурный поток. Однако как только мы пробуждаемся к сновидению, при этом оставаясь в нём, правила игры резко меняются. Теперь мы полностью управляем переживаниями, которые только что управляли нами. Как во сне, так и в смерти этот уровень распознавания и связанное с ним освобождение достигаются посредством випашьяны, или «особого видения».

Вместо того чтобы верить в реальность устрашающих видений бардо и погружаться в кошмар, мы можем проснуться в бардо. Мы делаем это, распознавая все видения как проявления нашего собственного ума. Такое распознавание можно пережить в медитации. В наставлениях по медитации говорится, что мы должны отмечать всё, что нас отвлекает, как «мысли». Наше особое видение растворяет отвлекающую мысль при первом контакте с ней. Отмечание и освобождение одновременны.
Не распознавая мысли, мы словно проваливаемся в сон, хотя кажется, будто мы продолжаем бодрствовать. Любая дискурсивная мысль — это мини-сон. Проваливаясь в мышление без внимательности, мы проходим через жизнь — и вследствие этого через смерть — как во сне. Когда во время медитации мы произносим «мысли», мы будто говорим: «Проснись!» Мы просыпаемся и возвращаемся к реальности, а не к своим сновидениям (мыслям) о ней. Если в течение дня мы сможем проснуться и быть внимательными, мы также сможем проснуться в бардо, после того как умрём. С этим связано значение слова «будда» — «пробуждённый». Пробуждение — плод шаматхи и випашьяны.

Мы уже говорили, что в бардо ум (мысль) становится реальностью. К чему вы сможете вернуться, если не будет ума? Вы просто вернётесь к этому распознаванию. Как и в осознанном сновидении, вы осознаёте, что всё возникающее — лишь игра вашего ума. Это позволяет вам быть свидетелем всего, что проявляется, без вовлечения. Поскольку у вас больше нет ни тела, ни какого-либо другого материального объекта, в котором вы могли бы найти прибежище, вы принимаете прибежище в самом распознавании (осознавании). С этой пробуждённой точки зрения неважно, что происходит. Всё это лишь проявления ума.
/Именно поэтому йога сновидений, о которой пойдёт речь ниже, является жемчужиной практики подготовки к бардо, а шаматха и випашьяна — лучшим способом подготовки к йоге сновидений. Кроме того, мы только что впервые ощутили могущественную силу равностного отношения. Всё, что возникает, одинаково в том смысле, что является только умом./


Четыре напоминания

Четыре напоминания, или четыре мысли, поворачивающие ум, — это важная практика подготовки к смерти, поскольку они наконец позволяют повернуть внутрь ум, непрерывно глядящий наружу. Они, как и внимательность, предоставляют способ работы с отвлечениями. Они делают ключевое указание «не отвлекайся» более простым в исполнении. Четыре напоминания показывают нам, что проблема не только в сиюминутных отвлечениях, но и в отвлечениях на уровне всей нашей жизни. Без постоянных напоминаний мы можем стать небрежными и впустую потратить всю свою жизнь.
/Эти четыре краткие формулировки, также называемые четырьмя разворотами, сочинил Падмасамбхава. Они - символ прогулок Сиддхартхи, сделавших из молодого принца Будду. Во время этих прогулок Сиддхартха столкнулся со старением, болезнью и смертью, развив дух отречения, превративший его из чипы (внешнего, или чужака) в нангпу (внутреннего, или своего)./
Трунгпа Ринпоче сформулировал эти напоминания так:
1.
2. Этот мир не вечен, а его обитатели смертны. Жизнь существ подобна пузырькам на воде. Смерть придёт без предупреждения, и тогда это тело станет трупом. В этот момент мне поможет лишь Дхарма. Я должен усердно практиковать её.
3. Когда придёт смерть, я буду беспомощен. Поскольку я создаю карму, я должен отринуть все злодеяния и постоянно посвящать себя благим делам. Думая таким образом, я буду проверять себя каждый день.
4. Дом, друзья, богатство и комфорт сансары есть непрерывная пытка трёх страданий. Они подобны пиру перед тем, как палач отведёт вас на казнь, так что я должен отсечь желание и привязанность и достичь просветления усердным трудом.

Как долго следует размышлять над этими напоминаниями? До тех пор, пока наш ум не развернётся и мы не перестанем надеяться на сансару, осознав, как глупо искать счастье во внешнем мире.
/ Согьял Ринпоче пишет: «Помню ли я в каждый момент о том, что умираю — как умирают все и вся? Стало ли моё понимание смерти и непостоянства таким острым и неотложным, что каждую секунду я посвящаю движению к просветлению? Если вы можете ответить „да“, вы действительно поняли, что такое непостоянство»/
если мы повернём свой ум и посмотрим в верном направлении, мы увидим путь к хорошей жизни — и хорошей смерти. Вместо того чтобы увлекаться внешними конструктами ума, мы наконец займёмся изучением программы самого ума.

Значение этих напоминаний как предварительной практики невозможно переоценить: если мы действительно найдём им место в своём сердце, путь к просветлению будет наполовину пройден. Эти размышления заставляют осознавание предпочитать себя объектам, которые воспринимаются как внешние. Они ум направляют его на истинное наслаждение, которое можно найти лишь внутри.

«если человек знает, что через две недели будет повешен, это прекрасно сосредоточивает его ум». Четыре напоминания не дают нам тратить время впустую. Один из лучших способов подготовиться к смерти — это признать, что мы действительно умрём. Мы падаем в чёрную пропасть и понятия не имеем, что ждёт нас на дне. «Жизнь — что-то вроде заключённого, приговорённого к смерти. Признание собственной смертности означает, что мы хотим видеть истину. Видение истины возвращает нас на землю. Оно возвращает нас в настоящее». Мы все знаем, что умрём. Но мы не чувствуем этого нутром. Если бы мы это чувствовали, то практиковали бы с таким рвением, словно на нашей голове загорелись волосы и мы пытаемся сбить огонь.
Трунгпа Ринпоче сказал, что до тех пор, пока мы не впустим смерть в своё сердце, наша духовная практика останется дилетантской. «Хотя мы стараемся об этом не думать, практически единственное, в чём мы можем быть уверены в этой жизни, — это то, что однажды мы умрём, и тогда всё останется позади. И всё же, парадоксальным образом, в это почти невозможно поверить. Похоже, наша собственная смерть не входит в то, что кажется нам реальностью. Мы сомневаемся в единственной вещи, которая совершенно несомненна»
Мы видим, как рядом умирают другие люди, и всё же по какой-то причине чувствуем, что мы будем исключением. В индийской «Махабхарата» мудрому Юдхиштхире задают вопрос: «Что в жизни удивительней всего?». Юдхиштхира отвечает: «То, что человек, видящий, как вокруг него умирают другие люди, не задумывается о том, что сам он умрёт». Однако если мы признаем смерть и сделаем её своим советчиком, она расставит приоритеты в нашей жизни, разожжёт в нас дух отречения и станет стимулом для практики медитации. Будда сказал: «Среди всех отпечатков ног величайший и глубочайший — отпечаток ноги слона. Среди всех размышлений величайшее и глубочайшее — размышление о непостоянстве».
Привнесите эти высочайшие напоминания в свою жизнь. Поставьте фотографии умерших близких на свой стол, приклейте напоминания со словами «смерть». Суть духовной практики — это памятование, будь то памятование о необходимости вернуться в настоящее или памятование об истине непостоянства. Делайте всё возможное, чтобы осознать, что ваше время истекает и что вы можете умереть уже сегодня. Вы буквально в одном вдохе от смерти. Выдохните, не вдыхайте — и вы мертвы.

Одна из отличительных черт ученика, достигшего высокого уровня, в том, что он наконец осознаёт: возможно, это случится именно сегодня.
Эти учения убеждают нас не тратить свою жизнь впустую — чем большинство из нас занимаются как в прямом, так и в переносном смысле.
Инвестируйте свою жизненную энергию с умом. Используйте подаренную вам бесценную возможность и не тратьте жизнь понапрасну.
Мы живём, отрицая смерть, и наши страдания во время смерти прямо пропорциональны силе этого отрицания. В одном-единственном слове «непостоянство» заключён весь спектр страданий сансары.
«Сила шаматхи в том, что наш ум замедляется и стабилизируется достаточно для того, чтобы выявить реальность, на самом деле увидеть её. Это называется силой ума». Такая стабильность естественно сияет, стабилизируя ум умирающего и помогая ему, когда всё остальное уносится прочь.

Подготовка к внезапной смерти

Что делать, если нам грозит смерть от несчастного случая?
Наставление простое: направьте осознанность в макушку головы и начитывайте мантру «Ом мани падме хум». Направление осознанности в макушку — это своего рода экстренная пхова. Повторение мантры Ченрезига, бодхисаттвы сострадания. Если у сострадания есть звук, то это «Ом мани падме хум».
Направляя осознанность на макушку своей головы, вы открываете врата к рождению в чистых мирах. Этого можно добиться, если визуализировать прямо над собой своего гуру или божество, или просто направить взгляд вверх. Если вы в панике и не помните, что нужно делать, обратитесь с мольбой о помощи к своему учителю или духовной сущности. Вместо того чтобы перед смертью удерживать в своём уме слова «Вот дерьмо!», лучше думать об Амитабхе и родиться в его чистой земле. Способ подготовки к внезапной смерти — повторять мантру или визуализировать божество каждый раз, когда вы внезапно узнаёте плохие новости или испытываете шок.
Любое переживание, вызывающее у вас чувство потери опоры, — это возможность для подготовки к внезапной смерти. Это как говорить «Будь здоров!», когда кто-то чихнул. Большинство людей делают это автоматически, однако эта вежливая привычка не возникла автоматически. Вам нужно было практиковаться в ней.
/Это одна из причин, почему в йоге божества они визуализируются над макушкой головы. Как обычно, существуют разные варианты подготовки к внезапной смерти. Например, вы можете заменить мантру Ченрезига мантройАмитабхи. Вместо того чтобы закрывать ненужные двери, эта мантра открывает нужную. Смысл в том, что всё должно быть предельно просто./
Используйте любые ситуации, заставляющие ваше сердце биться быстрее, чтобы оценить своюготовность, а также подготовиться к любой ситуации, которая действительно заставит ваше сердце остановиться.
/Многие умирают в состояниях наподобие комы или во сне. Такую смерть не следует считать смертью второго сорта. У сильных практикующих всё будет хорошо вне зависимости от того, как они умрут. Остальным людям придётся положиться на силу своей кармы, а также на способность пробудиться в бардо.
существуют ещё четыре вида пховы, которые можно использовать, если человек практиковал их прежде. Дхармакая-пхова — это, в сущности, пребывание в природе ума, которое с человеком, опытным в бесформенной медитации, происходит спонтанно. Самбхогакая-пхова — это плод стадии порождения и также может случаться естественно в результате выполнения в прошлом практики йидама./
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 18 мар 2021, 13:07

Теоретическая подготовка

Один из лучших способов подготовиться к бардо — изучить их теоретически. Изучите карту, и вы узнаете территорию. Изучение бардо подобно установке внутреннего GPS-навигатора. После смерти вы будете знать, где вы и что вам делать. Изучение бардо создаёт правильное воззрение. Это воззрение позволит вам увидеть путь сквозь тьму смерти и избавит от страха. Оно также вдохновит вас на медитацию, что послужит подготовкой к смерти и поможет перейти от понимания к непосредственному опыту. Уверенность, рождающаяся из воззрения и медитации, проявляется в действии. Эта тройка — воззрение, медитация и действие — центральное учение о прогрессе на духовном пути.

«Гом», тибетское слово, обозначающее медитацию, переводится как «привыкание», а привыкание является центральной темой данной книги. Медитация связана с привыканием ко всем аспектам ума. Это важно, поскольку, как мы уже знаем, путешествие через бардо в действительности является путешествием через ум. Это путешествие сквозь ум, сквозь его мудрость и его заблуждения. Таким образом, подготовиться к встрече со смертью значит научиться смотреть в лицо самому себе. Знакомясь с бардо в рамках их теоретического изучения, мы знакомимся со своим умом, а привыкая к своему уму в ходе медитации, мы привыкаем к бардо. Смерть — это не враг. Настоящие враги — это неведение и отсутствие привычки. Практика и изучение побеждают этих врагов.

Как мы увидим далее, заблуждающиеся аспекты нашего ума умирают в бардо умирания, аспекты мудрости проявляются в бардо дхарматы, после чего заблуждающиеся аспекты возрождаются в бардо становления. Именно поэтому люди переживают бардо по-разному. И именно поэтому мы никогда не должны позволять карте — какой бы подробной она ни была — ограничивать переживание территории.

/на первой стадии бардо дхарматы, когда обнажается природа ума, то, что открывается, одинаково для всех, но переживается по-разному. Природа ума — это переживание пустотности в смысле пустоты, или свободы переживания от любых поверхностных структур. Она бесформенна. Нет ничего кроме бесформенного осознавания, сырого и обнажённого ума — до того, как он облачается в концептуальный или культурный наряд. Природа ума ничем не омрачена. Хотя это ничто (пустотность) открывается, оно не переживается большинством людей. Если вы не успели познакомиться с пустотностью перед смертью, она будет «переживаться» как отсутствие переживания, т.е. как забытьё. То же самое происходит, когда вы еженощно проваливаетесь в глубокий сон без сновидений, который для большинства людей является просто бессознательным состоянием.

Лишь когда ум отстраняется от своей обнажённой, пустой и бесформенной природы и начинает облачаться в привычные тенденции, переживание становится сознательным. Именно здесь оказывается важным различие между сознанием и мудростью. Сознание всегда двойственно; оно всегда воспринимает что-то «другое». Мудрость же недвойственна. Причина, по которой мы теряем сознание во время сна без сновидений и смерти, заключается в том, что это сферы недвойственности — в них в буквальном смысле нечего переживать. Бесформенное осознавание либо распознаёт себя, что является мудростью, либо нет. Двойственное сознание (эго) опустошается, когда открывается недвойственная мудрость./

Когда ум освобождается от тела, он становится «в семь–девять раз яснее».
Это туманное высказывание из текстов о бардо разъясняется ниже в комментарии Трангу Ринпоче. Оно предполагает, что наставления, услышанные сейчас, можно вспомнить после смерти. Трангу Ринпоче говорит:
Прослушивание этих наставлений [о бардо] создаст определённую привычку, или отпечаток, в вашем уме, и вы вспомните этот отпечаток, когда достигнете этой стадии бардо. Это вам обязательно поможет — и очень сильно...
Ринпоче добавляет:
[Поскольку] у вас нет материального тела, ваш ум становится самой мощной вещью в вашем переживании; таким образом, добродетельные состояния ума, а также состояния медитативной поглощённости и т.п. в бардо имеют бóльшую силу, чем в обычной жизни... Все эти типы медитации в бардо станут гораздо мощнее и яснее...
Страх всегда ассоциируется с неизвестным или непривычным. Страх и неведение — почти синонимы. Посредством теоретической подготовки и практики мы рассеиваем тьму неведения, окутывающую смерть, и трансформируем страх в бесстрашие. Это работа Манджушри, божества мудрости. Его гневное проявление носит имя Ямантака, «сокрушитель Ямы». Яма — это воплощение смерти. Так что Ямантака, бескомпромиссная и почти что гневная мудрость — это способ победить смерть. Иными словами, мы побеждаем и трансформируем смерть посредством привыкания к ней.

Одна из причин, по которой нам так сложно покинуть этот мир, заключается в том, что мы к нему очень привыкли. Он — всё, что мы знаем. Хотя он — сансара, его устройство даёт нам чувство уюта, защищённости и безопасности, от которых так сложно отказаться. И наоборот: одна из причин, по которым нам так тяжело шагнуть в новый мир, заключается в его неизведанности. Хотя он предоставляет нам больше возможностей для просветления, мы боимся сделать шаг в неизвестность. Таким образом, слишком сильная привычка к этому миру и недостаточное знакомство с другим миром осложняют переход. Иными словами, слишком сильная привычка к нашему поверхностному заблуждению и недостаточное знакомство с исконной мудростью (и то, и другое открывается в бардо) создают причины для трудного посмертного путешествия.
именно недостаток привычки выбрасывает нас из бардо дхарматы в бардо становления, обратно в сансару. На этом знании основано отречение. Что мы выберем: сияющую и непривычную мудрость и пробуждение или такое уютное и привычное заблуждение — и очередной сон?

Нужно добавить, что знание о бардо — это больше, чем просто знание о смерти. Это краткое описание всего пути. Это означает, что переживания бардо имеют место на уровне микрокосма каждую ночь, когда мы «умираем» во сне и «вновь рождаемся» следующим утром, а также между рождением и смертью любой мысли. Изучение бардо не только помогает нам умереть хорошей смертью, но и жить хорошей жизнью.

Тонглен

Тонглен («посылать и принимать») — практика, в ходе которой мы принимаем страдания других существ и посылаем им всё хорошее, что есть в нас самих — является мощной подготовкой к смерти. Она имеет особенную силу, когда практикуется умирающим, а также когда её выполняют для того, кто уже умер. Тяжесть этой практики сравнима с тяжестью смерти. Я заметил, что чем больше времени я нахожусь рядом со смертью, тем больше полагаюсь на тонглен.

Причина, по которой мы страдаем при жизни, а также во время смерти, заключается в нашем эгоизме. Когда мы мыслим узко, малозначительный повод приводит к сильному раздражению. Напротив, когда мы мыслим широко, серьёзные трудности кажутся несущественными. Тонглен предполагает широту мышления и чувств. Нам невероятно повезло умирать при поддержке учений Будды того, кто пробудился и превзошёл смерть... Тонглен предоставляет такую перспективу и делает нашу смерть более осмысленной.
Если вы возьмёте ложку соли и высыпите её в озеро Мичиган, соль не окажет на воду практически никакого воздействия. Тонглен превращает наш ум из рюмки в озеро Мичиган.
Страдание — на любом уровне — является результатом неспособности ума адаптироваться к определённому переживанию... Постарайтесь умереть с такой мотивацией. Если вы умрёте с мыслью о бодхичитте, ваша смерть станет причиной вашего просветления, а также просветления всех существ. Живите с этой драгоценной мыслью... Когда вы приблизитесь к смерти, вам следует думать так: «Я прохожу через смерть ради блага всех живых существ». Постарайтесь умереть с этой мыслью. Так вы умрёте ради блага других. Умирание с мыслью о других — лучший способ умереть.
Индийский мудрец Шантидэва сказал: «Если хочешь быть несчастным, думай только о себе. Если хочешь быть счастливым [даже в смерти], думай только о других». В свете сказанного тонглен является способом практики
доброго сердца бодхичитты. Когда я спросил Трунгпу Ринпоче, какую
практику он будет выполнять в момент смерти, он ответил: «Тонглен».

Перевёрнутые медитации

Тонглен входит в семейство практик, которые можно назвать «перевёрнутыми» медитациями. Они опираются на следующий принцип: если вы можете впустить нежелательный опыт в святилище здравомыслия, которое создаёт медитация, то вы можете трансформировать препятствие в благоприятную возможность. Этот подход применим в жизни, и — даже в большей степени — в смерти. Если вы можете привнести смерть на путь, вы можете перевернуть её, превратив в просветление. Самое нежелательное переживание превращается в самое желанное. Тонглен — это классическая перевёрнутая медитация, поскольку мы принимаем тьму других и посылаем им наш свет. Это противоположно способу работы нашего эго.

Медитация на боли — это перевёрнутая медитация, готовящая нас к мучительному бардо умирания. Помимо эмоциональной боли отпускания часто присутствует физическая боль, связанная с болезнью. Чтобы подготовиться к этой боли, мы добровольно привносим её в свой опыт уже сейчас, на своих условиях.
Перевёрнутые медитации выполняются в контексте медитации шаматхи. Это даёт закалку, позволяющую установить правильные отношения с нежелательными переживаниями. Войдите в боль. Что такое боль? Из чего она состоит? Что происходит, когда я растворяюсь в ней?

Перевёрнутые медитации неприятны. Как, впрочем, и смерть. Выполняйте их короткими сессиями и помните, что их смысл не в мазохизме. Хотя боль может не пройти, страдание исчезнет. Медитация на боли помогает нам стереть то, что Трунгпа Ринпоче называл «негативной негативностью», то есть сопротивление боли. Негативная негативность подобна вонзившимся в вас двум стрелам. Первая стрела причиняет вам физическую боль.
Если вы можете быть с этой болью и установить прямой контакт с ней, она по-прежнему будет болью, но не такой мучительной, как если вы соедините её со своей историей. Вторая стрела — это ментальный комментарий, превращающий простую боль в сложное, комплексное страдание. Когда вы соединяетесь с болью, тот, кто испытывает боль, исчезает. Характер боли меняется. Эта практика радикально меняет наше отношение к дискомфорту. Она переворачивает его.

Перевёрнутые медитации требуют усердия. Вместо того чтобы нырять в боль, мы предпочли бы сидеть в умиротворённом состоянии. Однако чтобы установить здоровые отношения с нежелательными переживаниями, мы должны провести с ними какое-то время. Нам может показаться, что мы сумеем наладить отношения с болью или со смертью, лишь прочитав о них, но такие ожидания редко оправдываются, когда мы действительно испытываем боль или умираем.

Очень сложно трансформировать переживание сильного страдания, если мы не заложили основу в виде работы с болью, на которую можем опереться. Поэтому сначала необходимо работать с болевыми ощущениями и болезнями небольшой силы и выяснить, как мы можем привнести их на путь. В конце концов мы будем способны привнести на путь даже самые изматывающие и болезненные состояния... Если вы привыкнете наблюдать за переживанием боли — если вы действительно сможете наблюдать за ней и ваш ум будет покоиться в чистом ощущении... Мы даже сможем встретить боль и страдание умирания с большей уверенностью, потому что они станут для нас привычной, а не неизведанной территорией. Когда момент смерти действительно наступит, мы сможем посмотреть на эту боль и трансформировать её.

Я практиковал медитацию на боли много лет, и теперь совершенно по-иному отношусь к укусам насекомых или внезапному удару по пальцу. Моё автоматическое отвращение к боли сменилось практически духовным переживанием. Пульсирующее ощущение в пальце напоминает мне о необходимости медитировать, и это меняет интенсивность боли. Я начинаю привносить боль на свой путь.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 23 мар 2021, 13:54

Другая перевёрнутая медитация — намеренная стимуляция мыслетворчества. Вместо того чтобы успокаивать свой ум, подстегните его. Начните с шаматхи, а затем поднимите в своём уме самый сильный шторм. Думайте. Думайте. Думайте так быстро, как только сможете. Думайте... Это ваш шанс сделать то, что вам всегда хотелось сделать на своей подушке для медитации, — ментально оторваться. Это особенно полезно в связи с кармическим бардо становления, когда вновь поднимающийся шторм кармы несёт нас к следующей жизни. Привыкнув к этим ветрам сейчас, мы сможем пройти по бушующему океану позже.
Обратите внимание, что вы способны спокойно сидеть в центре этого добровольно спровоцированного циклона и оставаться незатронутыми его буйством. Вы учитесь удерживать свою позицию посреди ментального хаоса. Не покупайтесь на мысли и эмоции. Просто наблюдайте их бунт. Эта практика расширяет представление о шаматхе: даже если ваш ум ревёт и завывает, вы способны сохранять внутреннее спокойствие. Как сказал мудрец и учитель адвайта-веданты Шри Нисаргадатта Махарадж, «освобождает незаинтересованность».
Выполняйте эту медитацию в течение одной минуты. Отдохните в шаматхе и повторите всё снова. Поскольку перевёрнутые медитации очень интенсивны, непродолжительные сессии позволяют избежать чувства сожаления. Не нужно недооценивать силу коротких медитаций. «Мы обычно считаем всё малое незначительным и не стоящим наших усилий. Например, если у нас есть всего пять минут на то, чтобы выполнить медитацию, мы говорим себе: „Пять минут — это такой пустяк. Этого недостаточно, чтобы изменить мою жизнь. “». Но когда речь идёт о медитации, краткость таит в себе семя успеха. Это похоже на бег. Вы не начинаете занятия бегом с марафона. Вы начинаете с коротких пробежек и постепенно увеличиваете дистанцию. Часто повторяемые короткие сессии так же эффективны — если не более эффективны, чем нечастые продолжительные сессии. Когда же речь идёт о соединении медитации и пост-медитационного состояния, то есть о способе превратить свою жизнь в медитацию, ничто не сравнится с короткими и частыми сессиями.

Ещё одна медитация — намеренно поместить себя в шумную и чрезмерно стимулирующую среду и постараться не потерять равновесие. Включите телевизор, врубите стереосистему, заставьте звонить будильник и сидите в этой какофонии. Отправляйтесь в шумное и безумно суматошное место и медитируйте там. Как-то раз один из сыновей Тулку Ургьена Ринпоче пожаловался ему на то, как сложно медитировать в Катманду в Непале из-за шума и других отвлечений. Ринпоче ответил: «Если ты не можешь практиковать в этих условиях, как ты будешь практиковать в бардо?»
Во всех перевёрнутых медитациях находите тишину в шуме, неподвижность в движении. Даже если вы никогда не будете выполнять эти медитации, уже само знание о них поможет вам развернуть своё отношение к нежелательным переживаниям на 180 градусов. В следующий раз оказавшись в безумной обстановке, вспомните эти наставления и трансформируйте хаос в медитацию. Я стараюсь расслабиться в этой преисподней. Я переворачиваю свой обычный подход защиты от этих ситуаций и привношу их на путь. Бывают моменты, когда я просто не в состоянии этого сделать, и мне приходится бежать. Но даже в таких ситуациях я поддерживаю дух этих странных медитаций и стараюсь преобразовать своё импульсивное отвращение.
Вершиной всех этих перевёрнутых медитаций является развитие равностности, то есть способности беспристрастно относиться ко всему, что возникает. На высших этапах пути не остаётся предпочтений в отношении хаоса или спокойствия, сансары или нирваны. Всё переживается одинаково. Нет стремления к приятным переживаниям, нет избегания неприятных переживаний.
Как мы уже видели, отвлечение — это одна из самых больших проблем в жизни и в смерти. Поэтому одно из самых важных наставлений — «Не отвлекайся». Перевёрнутые медитации — гроза отвлечений, поскольку они привносят отвлечения на путь. Они показывают нам, как перевернуть наше отношение к отвлечениям. Вместо того чтобы чувствовать, что нашу медитацию постоянно прерывают мысли, звуки и даже сама жизнь, с помощью перевёрнутых медитаций мы привносим эти отвлечения в свою практику. Они становятся нашей практикой.

Поскольку страх — обычное для бардо явление, рекомендуется просмотр фильмов ужасов как способ работы со страхом. Это мощная перевёрнутая медитация, помогающая во всех бардо, но в первую очередь в бардо становления. Поскольку мы не распознаём видения этого бардо как проекции нашего ума, чем больше мы в него углубляемся, тем более ужасающим оно становится. Страх становится настолько острым, что может заставить нас ухватиться за неблагоприятное рождение, лишь бы избежать силы воздействия нашего собственного ума. Если мы наладим отношения со своим страхом сейчас, это поможет нам работать с ним в бардо и избежать такого рождения.
Мне эта перевёрнутая медитация кажется по-настоящему сложной. Фильмы ужасов отвратительны, наполнены насилием и крайне неприятны для просмотра. Мне приходится отворачиваться или ставить фильм на паузу, чтобы привнести в него ощущение медитации. Моя обычная реакция — крайняя степень отторжения. Но каким бы искусственным и даже глупым это ни казалось, эти фильмы действительно вызывают массу отвратительных чувств. Это позволяет мне познакомиться с теневой стороной собственного существа, с тёмной стороной, выходящей на свет в бардо становления. Фильмы ужасов дают мне возможность подружиться с ужасными эмоциями, с которыми без них я бы никогда не столкнулся.

Ключевое наставление — как для жизни, так и для смерти, — соединять всё, что мы переживаем, с медитацией. Это сложно сделать без настоящей практики. Стоит возникнуть нежелательному переживанию, и в игру тут же вступают привычные тенденции, мы бежим от переживания или не устанавливаем с ним надлежащих отношений. Перевёрнутые медитации позволяют нам заменить эти плохие привычки хорошими. При возникновении сложной ситуации в игру вступает мудрость, а не заблуждение.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 26 мар 2021, 21:02

Практика чистой земли

Практика чистой земли важна, поскольку если вы не достигнете просветления в бардо, лучшее, что вы можете для себя сделать, — это родиться в чистой земле. Во-первых, рождение в чистой земле лежит за пределами сансары. Во-вторых, оттуда не возвращаются. Родившись в чистой земле, вы уже никогда не падёте в сансару, если только не сделаете этого добровольно. В-третьих, духовный прогресс в чистой земле происходит стремительно. Вы словно рождаетесь в стране, где все практикуют Дхарму. Эволюционный центр притяжения здесь настолько высок и силён, что вы просто не можете не развиваться. В-четвёртых, духовный прогресс позволяет вам развить сверхъестественные когнитивные способности. В-пятых, рождение в чистой земле — это ваше последнее рождение перед достижением просветления. Сукхавати, как правило, считается единственной землёй, в которой могут родиться обычные существа вроде нас. Рождение практически во всех остальных чистых землях требует достижения первого бхуми, что является очень высоким уровнем духовной реализации. Тибетская традиция основана на утверждении: всё следует за умом. Развитие чистых состояний ума в этой жизни приведёт нас в чистую землю после смерти. «Благодаря ориентации, которую мы придали своему уму [в этой жизни], оказавшись в бардо, мы осознаем, что умерли, и увидим Амитабху, явившегося, чтобы приветствовать нас. Мы узнаем его и пожелаем родиться в его чистой земле. Этой мысли достаточно для того, чтобы мы отправились туда немедленно.»

...Все четыре причины основаны на вере в Амитабху и его чистую землю. Это самое важное условие входа в Сукхавати. Мы должны действительно верить в эту чистую землю и силу Амитабхи помочь нам в момент смерти. Ложась спать, визуализируйте Амитабху на макушке своей головы (рис. 1), прочтите мантру, растворите визуализируемый образ Амитабхи в своём сердце, ощутите его блаженство и свет и засыпайте с Амитабхой, комфортно покоящимся в вашем сердце и уме.
Изучающие ваджраяну практикуют эзотерическую разновидность чистой земли с медитациями на священном воззрении или чистом видении. Тхить Нят Хань: это «чистая земля настоящего мгновения», четвёртого мгновения, о котором мы говорили ранее. Священное воззрение — это важная практика подготовки к бардо, поскольку её ключевое указание заключается в том, чтобы, находясь в бардо, видеть во всём совершенную чистоту. Это меняет наше отношение ко всему возникающему и устраняет привычку отравлять переживания страстью, агрессией или неведением. Три коренных яда — это «свечи зажигания», поддерживающие работу двигателя сансары: я хочу это (страсть), я не хочу этого (агрессия), и мне абсолютно всё равно (неведение). Они определяют наше существование. Три яда превращают чистый по сути своей мир в нечистую землю повседневной жизни. В бардо такое нечистое восприятие толкает нас к нечистому рождению.

Многие не придают значения традиции чистой земли, считая её «облегчённым» буддизмом для ленивых. Одни пишут, что чистые земли — для новичков, другим эта традиция кажется теистической: Амитабха напоминает бога, а Сукхавати — рай. Однако сам Будда давал учения о Сукхавати, и некоторые из величайших мастеров буддизма много писали о ней. Они призывали своих учеников выполнять практики, позволяющие переродиться там. Даже несмотря на то, что в тибетском буддизме нет школы чистой земли, в нём есть сильная ориентация на чистые земли.
Другое искушение — рассматривать Сукхавати исключительно как символ. Однако Сукхавати так же реальна — или нереальна, — как наша планета Земля. Это место, созданное заслугой Амитабхи для людей вроде нас. Мы должны отнестись к ней всерьёз. Для большинства из нас отправиться после смерти в Сукхавати — лучший возможный вариант.

Благородные истины

Если вы способны отпустить и расслабиться, переходный процесс пройдёт естественно и вы мягко проскользнёте через бардо. Это самое главное наставление. Однако некоторые учения о бардо способны оказать обратный эффект. Например, утверждение о том, что последняя мысль перед смертью имеет большое влияние, может вызвать ненужный стресс. «Смогу ли я мыслить позитивно, когда это будет так необходимо?!» «Что будет, если в момент смерти у меня начнётся паника?»
Ключевое учение заключается в том, что бардо — это одновременно и время опасности, и время возможностей. Закрывать глаза на опасность, чтобы избежать тревоги, не делает честь традиции. В буддизме неведение никогда не объявляется блаженством. Буддийский путь — это путь истины, что отражено в первой проповеди Будды о Четырёх благородных истинах. Они называются «благородными» потому, что для признания их бескомпромиссной природы необходимо обладать определённым благородством. Если вы приглядитесь к реальности, то заметите, что Четыре благородные истины попросту описывают её. Всё обстоит именно так.

Хорошие и одновременно плохие новости о бардо в том, что там тоже всё обстоит именно так. Будда вынес эту истину на свет и показал нам, как превратить опасность в возможность. Сейчас эта истина может вызывать тревогу, но это здоровая тревога. Это то, что называют «здоровым страхом». Именно поэтому четыре напоминания так важны — они вызывают у нас хорошую тревогу. Трунгпа Ринпоче: Боюсь, что когда мы начнём размышлять об этом [о смерти], нам станет по-настоящему страшно. Это просто ужасно. Вы внезапно упадёте и перестанете дышать. Какой кошмар!.. И это большой вопрос — достаточно ли воспоминаний и отпечатков в вашем уме для того, чтобы попасть в ситуацию нового рождения, где будет процветать буддийское учение. Уровень ваших заблуждений настолько высок, что вы, скорее всего, окажетесь ослами. Я не хочу вас слишком пугать, но это именно так.
Трунгпа Ринпоче популяризировал выражение «Первая мысль — самая лучшая». Это связано со свежестью всего, что возникает прежде чем встревает концептуальная «вторая мысль», создающая собственное восприятие реальности.
Что касается мира бардо, мы подчёркиваем, что «последняя мысль — самая лучшая». Это связано с тем, как сильно последняя мысль, оказавшаяся в вашем уме перед смертью, может повлиять на вашу следующую жизнь.
Согьял Ринпоче пишет: Поэтому состояние ума в момент смерти обладает исключительной важностью. Если мы умираем в положительном настрое ума, то можем тем самым улучшить своё последующее рождение, несмотря на накопленную ранее негативную карму. Если мы испытываем раздражение или беспокойство, это может повлечь за собой пагубные последствия, даже если мы хорошо прожили свою жизнь. Это значит, что последняя мысль или эмоция, испытываемая перед смертью, обладает исключительно мощным влиянием, определяющим наше ближайшее будущее [выделено автором]. Подобно тому как ум сумасшедшего обычно одержим одной навязчивой идеей, терзающей его снова и снова, так и наш ум в момент смерти совершенно беспомощен и открыт влиянию любых мыслей. Наша последняя мысль или эмоция может усилиться до невероятных размеров, завладев всем нашим восприятием. Вот почему учителя подчёркивают, что очень важна обстановка, окружающая нас в момент смерти.

Миларепа достиг просветления за одну жизнь. Как он это сделал? Что с такой яростной силой толкало его к просветлению? Страх смерти. Миларепа практиковал так, словно ему оставалось жить лишь один день. Через двенадцать лет Миларепа очистил свою карму и достиг освобождения. нам будет очень полезно осмыслить его слова: Испытывая ужас перед смертью, я отправился в горы. Вновь и вновь я медитировал на неопределённости часа смерти, покорив крепость бессмертной бесконечной природы ума. Теперь страх смерти исчез без следа, с ним покончено. Именно страх смерти заставил Миларепу победить смерть. Мы должны породить в себе здоровую тревогу такого же уровня. В конце концов, как ни парадоксально, эта мука позволила ему расслабиться в момент смерти. Она трансформировала ужасающий опыт бардо в пробуждение. Благодаря Миларепе, являющемуся для нас источником вдохновения и проводником, указующим путь, бескомпромиссные истины буддизма могут говорить сами за себя. как это всегда бывает с выпускными экзаменами, небольшой стресс, испытываемый сейчас, может сделать нашу подготовку более активной и помочь нам во время экзамена. Если мы не возьмём свою судьбу в свои руки, ею займётся карма. мы можем войти в бардо без подготовки и надеяться на лучшее, но на силу кармы невозможно повлиять слепыми надеждами. Согьял Ринпоче: Некоторые воспринимают смерть с наивной, беспечной весёлостью,думая, что по какой-то неизвестной причине их смерть пройдёт гладко и о ней не стоит беспокоиться: „Ну что ж, смерть приходит ко всем. Ничего особенного, это естественный процесс. Со мной будет всё в порядке“». Эта теория хороша, но только пока дело не доходит собственно до умирания. Наша задача как практикующих истину в том, чтобы равняться на реальность, а не на то, как мы её себе представляем. Исследователь и опытный практик буддизма Алан Уоллес пишет:
Маловероятно, что вам удастся выстроить все свои будущие жизни, как идущих гуськом уток, чтобы каждая из них обеспечивала все необходимые условия для продолжения пути. Это крайне сложно, учитывая мешанину кармы, болезненные состояния ума и привычные наклонности, сформировавшиеся в прошлом. Если структура наших жизней до сих пор была такой запутанной, трудно себе представить, что она станет более упорядоченной в будущем.»
: «Мы не всегда взволнованы, скучаем или проявляем агрессию, однако мы также не бываем постоянно радостными и спокойными... Нас непрерывно окрашивают эти изменчивые кармические тенденции. то, что обнаруживается тогда, обнаруживается сейчас. В буддизме есть место как мирным, так и гневным божествам. Если мирные божества не способны пробудить нас от сна, за дело возьмутся гневные божества и потрясут нас так, что мы не сможем закрывать глаза на истину. Открывать глаза на истину не всегда приятно. Однако это всегда приближает нас к реальности, а реальность — суть буддизма.
Трунгпа Ринпоче пишет: Очарование обещаний «Тибетской книги мёртвых» практически разрушает саму смерть. Мы так долго искали способ разрушить то, что нас раздражает, включая смерть. делают всё возможное, чтобы разрушить и устранить то смущение, которое вызывает смерть. Именно поэтому «Тибетская книга мёртвых» так популярна и считается такой потрясающей.»
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 05 апр 2021, 16:10

Если какое-то учение не вызовет в вас отклика, просто пропустите его. Чтобы подготовиться к смерти, не обязательно овладевать всеми практиками и наставлениями. Смысл в том, чтобы найти практику, с которой вы можете установить связь и хорошо её освоить. Описания всех этих медитаций призваны помочь вам найти подходящую технику и предложить богатый набор подготовительных практик.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 09 апр 2021, 05:36

Преданность

Для практикующих ваджраяну преданность является главной составляющей пути. Она также является ключевой практикой подготовки к бардо. Преданности, как и любви, трудно дать определение. Это такое чувство доверия и уверенности в духовном учителе или божественном существе, от которого буквально разрывается сердце. Преданность — это другое название полностью открытого сердца. Согьял Ринпоче говорит: «Знать, что такое настоящая преданность, совершенно необходимо. Это не слепое обожание, не отказ от ответственности перед самим собой, не огульная покорность другому и его прихотям. Настоящая преданность — это непрерывная восприимчивость к истине. Настоящая преданность основана на благоговейной и почтительной — и одновременно здоровой, обоснованной и разумной — благодарности». Если вы обладаете преданностью, в душе вы последователь ваджраяны, даже если не получали формального посвящения. Если же вам был дарован вход в ваджрный мир, но у вас нет преданности, вы только называетесь практикующим ваджраяну.
Преданность — даже без использования каких-либо других методов — ведёт к просветлению в этой жизни — или во время смерти. Сам Будда учил: «Одной лишь преданности достаточно, чтобы вы осознали абсолютную истину».
Это утверждение нашло отражение в словах мастера Асанги, который сказал, что истину можно осознать лишь через преданность. Преданность открывает ваше сердце. Это жест капитуляции и отпускания, дарующий благословения.
Преданность связана с отказом от любой формы сопротивления, со смертью защитных реакций самоконтроля. «Когда наше сердце полностью занято и захвачено силой преданности, эго не в состоянии сохранять самообладание. Оно просто моментально погибает... Эго исчезает в тот миг, когда нашим сердцем полностью овладевает дух преданности».

Согьял Ринпоче пишет, что три лучшие вещи, которые мы можем сделать, когда будем умирать, это (в порядке важности): (1) покоиться в природе своего ума; (2) практиковать гуру-йогу; и (3) выполнить пхову. Пребывание в природе ума развивается посредством бесформенных медитаций дхармакаи (см. ниже).
Гуру-йога питает преданность. Практика пховы описана ниже.
Созревая, преданность становится осознанием природы ума, так что первые два метода непосредственно связаны друг с другом. Гуру-йога — это практика смешивания своего ума с умом учителя, что поднимает вас до его уровня реализации. Это похоже на временную пересадку ума. Существует множество рассказов о людях, вспомнивших о своём гуру в бардо и достигших просветления. Если вы молите о чём-то из самой глубины своего сердца, просветлённые существа обычно немедленно отвечают на такие мольбы. Так что если вы потеряете контроль или просто не будете знать, что делать, искренне позовите на помощь.

Мы постепенно приближаемся к эзотерическим темам. Если какое-то учение не вызовет в вас отклика, просто пропустите его. Чтобы подготовиться к смерти, не обязательно овладевать всеми практиками и наставлениями. Смысл в том, чтобы найти практику, с которой вы можете установить связь и хорошо её освоить. Описания всех этих медитаций призваны помочь вам найти подходящую технику и предложить богатый набор подготовительных практик.

Бардо и трикая

дхармакая — это сущность ума, а самбхогакая и нирманакая — это игра ума. Существуют три уровня реальности — начиная от полной бесформенности (дхармакая), заканчивая полной оформленностью (нирманакая) и включая всё, что посередине (самбхогакая). Состояние будды определяется как полная реализация трёх кай, ведь трикая — это сущность того, что мы есть, — наша пробуждённая сущность, будда внутри. Смерть — это принудительное путешествие в то, чем мы являемся, погружение в глубины нашего ума, а значит, и в нашу природу будды. Иными словами, смерть — это экскурсия по трикае. Так что если мы будем изучать трикаю при жизни, мы распознаем свои просветлённые аспекты, когда они откроются во время смерти. Распознавание и освобождение одновременны.

Дхармакая и бесформенная медитация

В конце бардо умирания с ума слетают покровы всех омрачений, представлений о том, кем и чем мы являемся. Все формы вновь сливаются в бесформенном, из которого они возникли. Открывается природа ума — дхармакая (дхармата), или ум ясного света. Иными словами, смерть — это дхармакая. Если мы сможем распознать дхармакаю в момент смерти, мы достигнем просветления. Это выдающееся событие, описываемое знаменитой фразой из текстов о бардо как слияние ясного света матери и ясного света дитя. Ясный свет дитя, то есть уровень распознавания дхармакаи, который мы развиваем при жизни, узнаёт свою мать, дхармакаю, из которой всё возникает и в которой всё растворяется. Просветление — это результат воссоединения матери и дитя.
Как долго должно продолжаться распознавание дхармакаи и насколько стабильным оно должно быть для успешного воссоединения матери и дитя? Тулку Ургьен Ринпоче говорит, что если вы можете покоиться в дхармакае в течение времени, необходимого, чтобы трижды махнуть длинным тибетским рукавом, вы достигнете освобождения в бардо. Другие ламы говорят, что это время чётко не установлено. Падмасамбхава, которого считают воплощением Будды, ободряет нас такими словами: «Вы можете спрашивать себя, почему в состоянии бардо вы способны обрести стабильность через простое распознавание природы ума продолжительностью в один миг? Ответ таков: в настоящий момент наш ум запутался в сетях — в сетях «ветра кармы». «Ветер кармы» также запутался в сетях — в сетях физического тела. В результате мы лишены независимости, или свободы. Но как только наше тело разделяется на ум и материю, в промежутке [бардо], прежде чем попасть в сети нового тела, ум вместе с его волшебной игрой лишается плотной, материальной опоры. Пока он не имеет такой материальной основы, мы независимы и способны распознать. Эта сила достичь стабильности простым распознаванием природы ума подобна факелу, в миг рассеивающему тьму многих эонов. Так что если мы можем распознать природу ума [дхармакаю] в бардо так, как это происходит сейчас, когда мы получаем прямое введение от мастера, мы без малейшего сомнения достигнем просветления. Вот почему с этого самого момента мы должны привыкать к природе своего ума посредством практики.»
Отождествление смерти с дхармакаей ещё больше сбивает с толку. С одной стороны, мы (эго) больше всего хотим достичь просветления, дхармакаи. С другой стороны, мы больше всего боимся дхармакаи, ведь это смерть (отсутствие эго). До тех пор пока мы не осознаем, что для освобождения мы должны «умереть», что просветление требует отсутствия эго, мы будем одной ногой стоять на духовном пути к просветлению, а другой — на безопасном мирском пути, ведущем в противоположном направлении. Отречение — это окончательное осознание бесполезности движения по мирскому пути. Мы твёрдо ставим обе ноги на один путь: духовный. Пока этого не произойдёт, внутри нас постоянно происходит что-то вроде перетягивания каната. В один день мы питаем надежду, что сансара сделает нас счастливыми, а на следующий день осознаём, что к счастью ведёт лишь духовный путь. Бесформенные медитации готовят к освобождению на уровне дхармакаи.
Они рождают ясный свет дитя и питают распознавание, так что дитя растёт и в момент смерти узнаёт свою мать. К способам ознакомления с дхармакаей при жизни относятся махамудра, трекчо, йога ясного света, стадия завершения йоги божества, пустотность (как в сутрах праджняпарамиты) и мадхьямака.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

просто СоняАватара пользователя
Сообщения: 8145
Зарегистрирован: 09 апр 2011, 20:33
Откуда: Москва

Re: О смерти и перерождении

Сообщение 11 апр 2021, 11:24

Самбхогакая, йога божества и тогал

Распознавание в бардо дхарматы или освобождение на уровне самбхогакаи происходит в результате ознакомления с самбхогакаей посредством практики тогал («скачок» или «прямой перенос») или стадии порождения йоги божества. Выполняя йогу божества, вы визуализируете себя как божество и произносите его мантру, что можно сравнить с загрузкой божества в матрицу вашего тела-ума. Вы работаете с просветлённым звуком (мантрой) и светом (визуализацией) — первыми формами, возникающими из дхармакаи. Иными словами, с самбхогакаей.
Сорока девятидневный тёмный ретрит, также известный как относящийся к тогалу ретрит бардо, является одной из самых мощных и опасных медитаций. Для этой практики вы входите в комнату, которая постепенно затемняется, пока в ней не наступит полная тьма. В какой-то момент возникают совершенно отчётливые видения. Это видения дхарматы, яркое сияние вашего собственного ума. В течение следующих недель находящийся в ретрите привыкает к этим видениям, являющимся выразительной силой неразбавленного отвлечениями ума. Мы полностью устраняем страх «темноты», стабилизируя осознание того, что всё возникающее — просто игра нашего ума и, в сущности, этот ум хорош. Страх темноты, который мы устраняем, — это страх неизведанной глубины нашего пустотного и сияющего ума. Мы наконец знакомимся с абсолютной основой ума. Страх исчезает в связи с тем, что, как сказано в упанишадах, «там, где есть другой, есть страх». Тёмный ретрит полностью устраняет ощущение «другого».

Что это за видения, кажущиеся такими реальными? Почему я вижу их и с открытыми, и с закрытыми глазами? Где они возникают? Во внешнем пространстве мира, во внутреннем пространстве моего ума или где-то посредине? Являются ли они чем-то отличным от меня? Без прочного фундамента трекчо или пустотности (дхармакаи) легко принять эти видения за реальность. Тогда вместо просветления нас ждёт безумие. Вместо того, чтобы найти реальность, мы её потеряем. Мы больше не будем знать, что реально, и с трудом сможем отделить внешнее от внутреннего. Для неподготовленного ума подобное безумие совершенно естественно. Это связано с тем, что, с просветлённой точки зрения, считать вещи реальными — даже если они предстают перед нами при свете дня, — такое же безумие. Когда эта дурная привычка овеществлять (считать вещи реальными) распространяется на тёмный ретрит или на бардо, мы убегаем от игры нашего собственного ума (потому что думаем, что эта игра обладает истинным существованием) в безумие или в сансару, что, в сущности, одно и то же. Это похоже на попытку убежать от ночного кошмара — или, в данном случае, в него. Мы бежим из бардо дхарматы (из реальности), проносимся через бардо становления и по ошибке принимаем прибежище в сансарическом укрытии физического рождения и бардо этой жизни. Реальность (дхармата) для нас невыносима, так что мы находим другое место, которое нам теперь придётся выносить. Мы пулей вылетаем из мира чистого звука и света (бардо дхарматы), превращая его в бетон и сталь (застывшее бардо этой жизни), а потом удивляемся, почему этот мир такой жёсткий и плотный. Делая первый вдох в своей жизни, мы на самом деле вздыхаем с большим облегчением: наконец-то у нас есть твёрдое основание, на которое можно опереться. Именно это движет процессом реинкарнации.

Более лёгкая для выполнения версия тогала, более мягкий способ привыкания к сиянию собственного ума. Во время этой практики вы очень сильно зажмуриваетесь и стискиваете зубы. Каким бы странным это ни казалось, то, что происходит дальше, ещё более странно. «Когда вы прижимаете пальцы к глазам и ушам, сами собой возникают звуки и проявляются цвета и лучи света. Естественным образом покойтесь в течение продолжительного времени и привыкните к проявлениям совершенно пустых форм, которых нигде не существует — ни внутри, ни снаружи, ни посредине. Поскольку в смерти нет ничего кроме этого, вы распознаете эти звуки, цвета и лучи света как вашу собственную игру и освободитесь, что подобно встрече со старым знакомым или прыжку дитя в объятия матери.»
Нажимать пальцами на веки и затыкать уши не обязательно. Если же вы делаете это, делайте осторожно, чтобы не навредить себе. Сначала вы будете видеть лишь темноту. Но если вы позволите своему уму покоиться в этой черноте, в конце концов возникнут красные, зелёные, синие или жёлтые «лучи света» различных форм и размеров. Эти видения — естественное излучение дхарматы, вашего собственного ума.
«Когда в момент смерти способность глаз видеть пресекается, возникает естественное излучение природы дхарматы, и если у нас прежде не было этого опыта, мы будем гадать, что это за лучи. Эти спутанные проявления приведут нас в ужас. Именно поэтому мы практикуем сейчас... Эти лучи проявляются, но в них нет ничего, что можно было бы определить как реальность... Когда вы делаете это, пустые лучи природы дхарматы не исчезают, но ваш страх поотношению к ним уменьшается.

Вы можете проделать то же самое со звуком дхарматы. Позвольте своему уму успокоиться в самадхи (быть настолько свободным от мыслей, насколько это возможно), а затем стисните зубы. Вы можете услышать фоновый звук, не имеющий конкретного источника. Он может нарастать, превращаясь в рёв природы ума. Как сказано в «Тибетской книге мёртвых», «звук дхарматы ревёт подобно тысяче громов».: «Этот звук также возникает, когда мы в бардо, и вполне возможно, что мы придём в ужас, услышав его там. Поэтому нам нужно слушать его сейчас, чтобы он не напугал нас, когда мы услышим его в бардо... Когда мы просто слушаем его с расслабленным умом и ничего не изменяя, звук не исчезает, однако не существует объекта, который вызывает страх, к тому же звук никак не может вам навредить.»
Причина, по которой нам нужно привыкать к этим проявлениям [звука и света], в том, что проявления, которые мы видим во время смерти, ничем не отличаются от этих. Возникнут такие же лучи света и звуки. Именно поэтому мантра (работающая с изначальным звуком), практика визуализации (работающая с изначальным светом) и тогал (работающий и с тем, и с другим) имеют такую силу. Эти медитации работают с силами элементов творения.

Нирманакая, иллюзорное тело и йога сновидений

Движение от самбхогакаи к полностью воплощённой нирманакае отражено в одном из высказываний христианской традиции: «Вначале было слово [самбхогакая], и слово стало плотью [нирманакая]». Распознаванию в бардо становления, то есть освобождению на уровне нирманакаи, способствуют йога сновидений, практика иллюзорного тела, медитация на строфах об абсолютной бодхичитте, а также изучение пустотности. Мы находимся в этом бардо дольше всего. В опыте большинства людей присутствует лишь это бардо. «Йога сновидений существует в основном потому, что является лучшей практикой подготовки к этой стадии бардо». «Бардо называют тернистым путём, потому что его пугающий опыт сопряжён со множеством сложностей. Большим преимуществом является предварительное очищение собственного восприятия бардо посредством практики йоги сновидений. Когда придёт время, это позволит вам с лёгкостью пройти через бардо. Без подготовки, в агонии, вам будет крайне сложно преодолеть бардо.»

Падмасамбхава утверждал, что если мы сумеем семь раз осознать свои сновидения, то сможем осознать бардо становления. Йога сновидений и иллюзорное тело — взаимопроникающие практики. В сущности, это одна и та же медитация, применяемая к двум различным состояниям сознания. Таким образом, одна практика поддерживает другую. Иллюзорное тело помогает нам распознавать сны, йога сновидений помогает работать с иллюзорным телом, а вместе они готовят нас к смерти. «Чтобы подготовиться к бардо, вам нужно практиковать йогу сновидений, а чтобы практиковать йогу сновидений, вам нужно выполнять практику иллюзорного тела».
В своей традиционной форме йога иллюзорного тела является одной из Шести йог Наропы, системы медитаций высокого уровня. Однако её также можно практиковать посредством изучения пустотности и афоризмов об абсолютной бодхичитте. Идея проста: если вы можете сохранять осознанность в течение дня, вы сможете осознать свои сновидения, а затем и бардо. Сохранять осознанность в течение дня означает поддерживать внимательность и — вследствие этого — видеть всё как иллюзию (ведь так оно и есть на самом деле). краткое описание практики иллюзорного тела:
Смотрите обнажённым взглядом на эти подобные радугам формы, на проявление-пустотность,
Намеренно слушайте эти подобные эху звуки, звуки и пустотность;
Смотрите прямо на эту сущность ума, ясность-пустотность невыразима
И свободна от фиксаций: успокоившись в собственной природе ума, отпустите и расслабьтесь.


Йога божества также может использоваться в бардо становления. Если вы можете визуализировать себя и своих будущих родителей, которых видите в конце этого бардо, как божеств, такое чистое восприятие перенесёт ваше сознание в чистую землю. Чистое восприятие, или священное воззрение — это центральный аспект йоги божества и следующий шаг после практики иллюзорного тела. Священное воззрение означает, что вы видите всё не просто как иллюзию, но как совершенно чистую иллюзию. В бардо такое чистое восприятие трансформирует ваши загрязнённые проекции в чистоту, пресекает ваши негативные реакции на то, что возникает, и позволяет равностно относиться ко всему.
Прежде чем применить противоядие, подходящее для данного бардо, мы должны осознать, что находимся в нём. Если мы не готовились, это вряд ли произойдёт само по себе. Большинство людей теряет сознание в конце бардо умирания, пропускает бардо дхарматы и даже упускает возможность распознать бардо становления. Наконец они оказываются в следующей жизни, в которую их заносит ветер кармы. Так продолжается цикл сансары — пока мы не проснёмся и не увидим весь этот процесс.
Чтобы оценить, насколько осознанными вы будете в бардо, обратите внимание, насколько вы сознаёте происходящее во время глубокого сна без сновидений и сна со сновидениями. Каждую ночь вы проходите через все каи по очереди, таким образом вскользь знакомясь с бардо. Каждая ночь — это минисмерть, а каждое утро — мини-рождение. Как мы уже видели, засыпание похоже на умирание, глубокий сон без сновидений — на бардо дхарматы, а сновидения — на бардо становления. Не стоит огорчаться, если вы не распознаёте свои состояния в течение ночи — осознание этого должно вдохновить вас на практику развития такого распознавания.
Не важно, что написано. Важно, как понято.

Пред.След.

Эзотерическая литература